Александра Ибис – Влюбиться в своего мужа (страница 9)

Лорды и леди замерли в изумлении. Соранна восторженно пискнула, нарушая поражённую тишину. Мальчишка вновь нашёл меня глазами среди прочих и, свободной от короны рукой, указал себе на улыбающиеся губы. И я вновь, как дурочка, улыбнулась в ответ!

— Я признаю поражение, — подал голос Ансор, и мальчик, уберя ногу, протянул ему руку, чтобы помочь подняться. Ансор — не дурак, и помощь принял. Он умел вести себя достойно, в отличие от некоторых странных незнакомцев!

— И кто же постоял за леди Изиру? — спросил наследный принц, глядя в глаза тому, кто его одолел.

— Лорд Дирлих ашара Кризейл, Ваше Высочество! — зал вдруг затрясся. — И я жду, что вы поведёте себя согласно своему слову, — сказал мальчик, перекрывая своим голос звуки тряски и разршения. Поклон за этим последовал показательно издевательский.

Я поражённо глотнула ртом воздух, а вестибюль вместе с демонами в нём вдруг начал трескаться, словно всё вокруг было лишь зеркальным отражением в пустой комнате, качающейся над пропастью, и я одна стояла посреди неё. Пол тоже треснул, и я с криком полетела вниз.

— Пиковая Дама, проснитесь! Всё в порядке, уже в порядке! Мы пришли, Изи.

Дирлих успокаивающе гладил меня по уже давно высохшим, спутанным волосам. Я ощущала влажные дорожки слёз на своих щеках, чувствовала, что до сих пор не пришла в себя: так всегда бывает, когда снится кошмар. Но кошмарные сны, такова уж природа снов, забываются, стоит только проснуться, остаются смутным образом в голове, водоворотом, в котором вертятся кусочки одного воспоминания, которые, как ни старайся, не соберёшь воедино. Перед моими глазами же стояла слишком чёткая, яркая картина, и я точно знала: в отличие от всего вокруг, именно она была не выдумкой, хотя мне приснилась.

— Дир, — я отстранилась от него и лишь тогда соизволила оглядеться и понять, что сижу на мягкой зелёной траве, так глубоко в лесу, что тёмные деревья плотно-плотно прижимаются друг к другу по обеим сторонам земляной дорожки, от которой мы всего ничего отступили. Я опёрлась спиной о ствол ближайшего дерева за моей спиной, чувствуя слабость после сна, такую, когда не хочется двигаться, хочется лишь прикрыть глаза и… пожалуй, выпить стакан воды.

— Дир, — повторила я. — А почему ты тогда заступился за меня?

— Когда, моя леди? — Дирлих сидел передо мной на корточках, вглядываясь в лицо, словно выискивая источник моих криков в глубине кроваво-алых змеиных глаз. Кто-то, наверное, меня саму принял бы за кошмарное видение. Он потрепал короткие волосы на затылке и досадливо поморщился. — У меня сейчас нет при себе платка. И шляпа улетела, когда я за вами полез, а на ней подходящие ленты висели.

— Ты о чём? — я не поняла, к чему он это сказал.

— Я бы вытер ваши слёзы, — улыбнулся Дир. — Не пристало плакать Пиковой Даме.

Как и девятнадцать лет назад, я не сумела придумать ничего лучше, кроме как ответить на его слова слабой улыбкой. То, что кто-то обо мне заботился вот так, что тогда, что сейчас вызывало у меня недоумение. Эта внимательность со стороны Дирлиха была неожиданна и вместе с тем только напоминала о том, что всё вокруг — нереальность, которая является либо предсмертным подарком, либо сном, из которого меня выдерну либо я сама, либо с этим справится целитель.

— Почему ты заступился за меня тогда, в вестибюле, когда нам было тринадцать? Ты ведь тогда даже имени моего не знал.

Вполне возможно, что в этой странной нереальности и не было такого случая, но… здешний Дирлих ведь упомянул, как, кхм, подрался с Ансором за мою улыбку, и именно тогда заставил меня задуматься о чём он и вспомнить во сне, как именно мы познакомились в действительности. До этого часа… я никогда не придавала тому дню какого-либо значения и совсем не помнила, когда именно впервые встретилась с лучшим другом наследного принца. Для меня долгие годы существовал лишь Ансор.

— Потому что мальчик, тем более принц, не смел толкать девочку! Это же очевидно! — горячо ответил мне Дир, а я…

— Возможно, некоторых девчонок стоит толкать? — сама не знаю, почему спросила.

— Никаких нельзя толкать!

Я удивлённо приоткрыла рот, но… ничего не сказала. Мой муж был удивительно благороден. Возможно, даже более благороден, чем Ансор. Но тринадцатилетняя я этого не увидела. А сейчас… вероятно, совсем поздно, ведь он любит другую. В реальности. Не здесь…

— Идёмте, моя леди. Вас нужно привести в порядок. И узнать, что с вами произошло, наконец.

Мы встали, и я пошла с ним рука об руку по тропе. В голове, будто назойливая муха, летала мысль: "Я упустила что-то важное". Но что? Что?!

Однако мысль умирает, как внезапно прибитая свёрнутым листком бумаги, когда я поднимаю глаза от дороги и вижу то, что было скрыто за густыми нависшими над тропой ветвями, которые раздвинул Дирлих.

— Добро пожаловать в Безвременную Обитель, — прозвучал отнюдь не радостный голос мужа над моим ухом.

Как и всё в этой странной грёзе, Безвременная Обитель оказалась абсурдным и вместе с тем жутким местом. Тропа здесь расширялась и делила лесную деревушку, если это чудо можно так назвать, пополам. На ветках деревьях и под ними расположились десятки домиков кукольного размера, а за занимающими мало места домами-игрушками, у дуба с широким стволом, поперёк дороги стоял слишком длинный и большой для такого обиталища стол. А за ним сидели… нормального размера дети, которые на краткое мгновение оторвались от стоящих на столе пирожных, тортов и печений, чтобы посмотреть, кто пришёл. Все они были красноглазые, с острыми ушками. Демонята.

Однако для детей жители Безвременной Обители были слишком спокойны. Мальчик во фраке годков восьми, мазнув по нам равнодушным взглядом, продолжил степенно пить чай, примерно четырнадцатилетняя девочка с завитыми в локоны рыжими волосами и косой-диадемой ела торт, каждый кусочек которого обязательно предварительно накалывала на вилочку и ни крошки не просыпала на красивое платье с кружевами и открытыми плечами, которое подошло бы скорее девушке, которая впервые попала на взрослый бал. Двое мальчишек лет двенадцати, в красных сюртуках, о чём-то горячо спорили, но не кидались едой и не обзывались, как этого следовало бы ожидать от мальчиков. Светловолосая малышка лет шести, как и остальные, облачённая во взрослую одежду, но детского размера, в её случае это было белое строгое платье в пол с высоких воротником и идеально прямым рядом спускающихся вниз пуговиц на груди, трепала по холке белого, похожего на волка, пса и замораживала тяжёлым взглядом ледяных глаз, которых не сводила с Дирлиха.

Дверца одного из домиков на дереве с правой стороны от дороги распахнулась, и прямо Дирлиху на макушку оттуда выскочила девчушка размером с большую куклу, сжимавшая в руках бутылочку и маленькую чашку чаю.

Дирлих подставил ей ладони, на которые она и спрыгнула.

— Шляпник! — обратилась она к моему мужу с укоризной. — Чеширский Кот ждал вас часом раньше!

Она вдруг повернулась ко мне и низко поклонилась, подметя своими длинными чёрными волосами ладони Дира. Разогнулась она крайне женственно и изящно для такой маленькой малышки.

— С возвращением, Пиковая Дама. В вашу честь к чаепитию испекли новую партию убольшинок и наварили несколько котелков уменьшинок, — поприветствовала меня девочка и протянула свою малюсенькую бутылочку. — Вам нужно выпить это, Чеширский Кот уже заждался.

Я скептически посмотрела на девчушку, принимая бутылёк из её рук, после точно так же посмотрела на Дира. Тот только серьёзно головой кивнул, и мне не осталось ничего другого, кроме как капнуть себе на язык несколько крупных капель предложенного девочкой напитка(больше для меня в бутылке при моём росте просто не было).

Стоило мне сглотнуть, как всё вокруг вдруг стало стремительно увеличиваться: домики становились подходящего для демона размера, хоть и продолжали выглядеть кукольно, дорога расширилась, словно я вдруг очутилась посередине замёрзшей грязевой реки, а стол впереди и демонята за ним показались гигантскими. Я вскрикнула и, посмотрев в сторону, ошалело уставилась на ноги Дирлиха, тоже вдруг ставшего громадным. Он склонился и ссадил со своих рук девчушку, которая теперь была для меня обычного демонического роста.

— Пиковая Дама, всё в порядке, — улыбнулась она своими аленькими губками. — Вам с Чеширским Котом нужно поговорить наедине. К тому же, — девочка оглядела меня взглядом старухи-учительницы, которой досталось в ученики непутёвое запущенное дитя.

— Вам необходимо привести себя в надлежащий вид.

Из уст ребёнка лет десяти звучало как-то не естественно. Сама девочка была облачена в длинное белое платье с широкими вышитыми розами рукавами. Ткань была белее только выпавшего снега, ни пятнышка.

Дирлих склонился и подставил мне ладони. Я прикрыла глаза, глубоко вздохнула, напоминая себе, что всё это бред отравленной демоницы, и шагнула на руки Дира. Он поднёс меня к самым дверям домика не дереве, откуда выпрыгнула девочка, и я смело шагнула внутрь, потому что особой трусливостью никогда не страдала.

Меня действительно ждали.

— Великолепная Пиковая Дама, спасительница Карточного Королевства, наконец, вернулась! Вы заставили ждать себя пять лет, моя леди.

Чеширский Кот… не был котом в прямом смысле этого слова, и я не знала, уливлена или же нет. Скорее нет, чем да, всё же. Скорее нет, чем да…