Александра Ибис – Подруга попаданки: отбор для ледяного дракона (страница 5)

В отборе принца Атареллена из огненных участвую, кстати, только я. Таково было решение Ледяной империи: принцессе отказать они права не имели, а вот остальным посметь смогли. Из-за болтовни Розарии, имею основание полагать, что это по той причине, что принц, как и я, драконов не своего вида не очень любит. Ближайшие к нам девушки: Миртарена лед Бирюз и Дженатара лед Кираль – ледяные драконессы.

Они представляются нам, хотя мне их имена, благодаря папеньке, прекрасно известны. Надя же издаёт какой-то странный звук. Так, ну, фамилии их ей явно ни о чём не говорят, так что она не из-за близости их семей к императорской семье, определяемой по приставке «лед», переживает. И дракониц от человечек она не отличает, для неё их высокий рост, очевидный даже в сидячем положении, бледно-голубые глаза и почти белоснежные волосы не показатель, хотя мне их внешность так и кричит о принадлежности к абсолютно типичнейшим, скорее всего чистокровным, ледяным.

А вот мою видовую принадлежность дамочки точно определить пока не смогли. Я рыжая в отца, что свойственно огненным, с синими глазами матери от ледяных. Им очевидно, что я смешанных кровей, но я могу быть как ледяной, так и огненной, как представительней их империи, которую родители очень берегли, так и огненной принцессой.

– Надежда Борцова, – представляется девушка настоящим именем, что, в общем-то, разумно. То, что она иномирянка известно принцу Атареллену, прислуге, значит, и всем ответственным за отбор. Мы сделали всё, чтобы не привлечь к ней всё внимание сразу, но скрыть её личность возможности не имеем.

– Человечка из неизвестного рода, – хмыкает Миртарена. – Что ты здесь забыла?

– То, что род Надежды не известен вам, говорит лишь о вашей плохой осведомлённости и недостаточной образованности, – говорю я и наливаю себе чай, чем ввожу в замешательство этих ждущих примороженных дамочек.

– Почему же? – вмешивается Дженатара, у которой я замечаю один существенный недостаток: при всей симпатичности личика, уши у неё смешно оттопыренные. Ей бы не высокую причёску собирать, а с локонами ходить. – Отсутствие какой-либо приставки говорит достаточно.

– Ох, теперь я понимаю, почему вы сидите рядом: знаний обеим не достаёт, – я принцесса, я огненная и наглая, ничего они мне не сделают. – По вашему, принц бы пригласил на отбор простую, безродную человечку? Отсутствие приставки может свидетельствовать о её происхождении из рода одарённых магов или учёных. И, да, кстати. У императорских семей нет приставок перед именем рода.

Они поджимают губы, но ни той, ни другой ледяное воспитание вспылить не позволяет. Наговори такое мне, я бы, вероятно, взбесилась, но что с примороженных взять.

Надя шепчет мне тихое «спасибо», а уже вечером, когда я спрашиваю, поясняет своё молчание: «Не люблю разговаривать с подобного рода дамами. Ответить-то я могу, но промолчать иной раз гораздо проще».

Но это будет вечером. А сейчас двери, притом почему-то именно общие, распахиваются, и нам объявляют о прибытии принца Атареллена Ледианского. Все почтительно поднимаются со своих мест, кандидатки смотрят на принца, Надя пытается спрятаться за моей спиной, а я гляжу за спину Атареллена: там стоит рыжий дракон, смутно мне знакомый. Он старше, выше, чем я его помню, но если принюхаться, то запах тот же. Запах Тирэля кан Ювенора.

Глава 3. Неподобающее поведение одного дракона, чешуя цвета чая

И я уверена, что Тирэль точно так же распознал и уловил свойственный мне запах. Иначе, почему он смотрит на меня? Так на тех, кого в первый раз видят, не смотрят.

Я скрещиваю пальцы: безымянный с мизинцем и средний с указательным. Это приветствие, придуманное нами когда-то и вот уже семнадцать лет не использовавшееся. Рыжий дракон с запахом Тирэля повторяет мой жест. Так-так-так. А вот это уже интересно, как это моего друга во дворец занесло.

– Тирэль, проверь тарелки и чашки, – отдаёт приказ принц Атареллен, прожигая меня взглядом. Хотя нет, не меня: Наденьку у меня за спиной. Я легонько отталкиваю её в сторону, вынуждая поравняться со мной. Какой смысл прятаться, если он её всё равно уже заметил? Причём сразу же.

– Леди Роксана лед Жеррарр изволила съесть тарелку овсяной каши, Её Высочество Сатресса Канаанская выпила чашечку чая, а госпожа Надежда Борцова съела клубничное пирожное, – заключает Тирэль, пройдясь вдоль стола и вернувшись к принцу.

– Замечательно, – едва ли не скалится Атареллен, глядя на Надю, вцепившуюся в мою руку. – Названные моим секретарём девушки прошли первое испытание отбора и продолжат завтрак вместе со мной в малой столовой. Остальные девушки могут позавтракать здесь, скоро к вам подойдут и расскажут о том, что ждёт вас в дальнейшем. Приятного аппетита, леди.

Братец Ильяры отвешивает девушкам какой-то издевательский поклон, под охи и вздохи кладёт ручку Нади на свой подставленный локоть и уводит из зала в ту самую маленькую дверь, которой иномирянка испугалась в самом начале.

– Идём, – шепчет мне на ухо мягкий голос старого друга, пока непривычный для слуха. В отличие от Атареллена, он предоставляет мне право выбора: взять его под локоть или нет. Я выбираю первое. Роксана лед Жерррарр, та самая девушка, что ела, когда мы вошли, уходит в малую столовую одна, но её, кажется, всё устраивает.

А нам в спины прилетает недовольное:

– Это должен был быть совместный завтрак, на котором мы бы познакомились с принцем и узнали о первом испытании. На каком основании испытание было проведено раньше?

Ещё до того, как Тирэль разворачивается к говорящей со мной вместе, узнаю противный голосок Розарии лед Ароуз. Кузина стоит, сложив ручки на груди, её золотые длинные волосы рассыпаются по плечам, симпатичный носик вздёрнут. Красивая высокомерная зараза.

– Леди Розария, – голос Тирэля сладок и вязок, как мёд. Обратись он ко мне подобным образом, я бы сделала вывод, что следует держаться от него подальше. – Вы обвиняете Его Высочество и всю императорскую семью в нарушении обещаний? Очень неразумно с вашей стороны. Невесты, как и было оговорено, собрались в большой столовой. Принц Атареллен посетил вас. Первое испытание отбора было объявлено: вам сообщили результат. Вам не обещали сообщить, в чём заключается испытание. Три прошедшие испытание невесты приглашены на обещанный совместный завтрак. То, что вы неверно истолковали полученную информацию, является вашим упущением, леди Розария.

Уж не знаю, планировали ли всё так с самого начала или Атареллен изменил планы ради Нади, но обставили принц с секретарём всё грамотно. Тем не менее, это не отменяет того факта, что они те ещё гады. Эти-то прелестницы надеялись на совместную трапезу с принцем, ничего не ели, а ждать, как выяснилось, было не надо.

– Вы правы, лорд Тирэль, – склоняет голову Розария. – Прошу простить мою дерзость, такого больше не повторится.

– Вы молодая и неопытная драконица, вам простительно такое проявление чувств, но всё же… постарайтесь сдерживать своё пламя, – снисходительно улыбается моей кузине Тирэль.

Вот уж не думала, что мой друг все эти годы обучался словесному придворному искусству. Он умудрился одновременно и опустить Розарию с розовых облаков на землю, и напомнить о последствиях необдуманных слов, и довольно болезненно кольнуть. Он, огненный дракон, проявил понимание к её драконьей несдержанности, в то время как должно быть наоборот! Это ведь огненные неуправляемые, а ледяные – мастера владения эмоциями.

– Благодарю за совет, – Розария старательно пытается нацепить на лицо прохладную вежливую улыбку.

Мы с Тирэлем разворачиваемся и входим в малую столовую, где застаём картину, заслуживающую запечатления величайшим из художников. В то время как Розария и другие невесты вздыхают и возмущаются из-за отсутствия внимания принца, прошедшие первое испытание девушки, кажется, с удовольствием бы отдали Атареллена дамочкам на растерзание.

– Ваше Высочество, я вынуждена настаивать на том, чтобы меня вернули туда, откуда взяли, – подчёркнуто вежливо заявляет Надя, хотя, как успела выяснить, преклонение перед титулами жителям её мира несвойственно.

– Попробуй вот эти, они с кремом и малиной, тебе должны понравиться, – дракон же себя условностями не утруждает, придвинул свой стул к иномиряночке практически вплотную и пододвигает ей тарелку с пирожными. Одной рукой. Другая к её коленке тянется.

– Боюсь, вы ошибаетесь, у меня аллергия на малину, – отрезает Надя, выскакивая из-за стола. Смотрит на меня, потом переводит недоумённый взгляд на Тирэля, кривится и, обежав стол, присаживается рядом с Роксаной лед Жеррарр, которая, при ближайшем рассмотрении, оказывается человечкой: у неё непривычно смуглая для меня кожа, что можно было бы списать на преемственность человеческой крови через поколения, если бы не тёмно-карие глаза. Глаза – отражение сути, потому дети драконов и людей, всегда драконы, никогда карий цвет глаз не наследуют.

Роксана равнодушно смотрит на присевшую рядом девушку и наливает ей чая в чашечку. Судя по всему, на протяжении всего представления с участием Атареллена и Нади в главных ролях она спокойно завтракала. И это действительно забавно: первое испытание отбора прошли девушки, которым внимание принца не сдалось.