Александра Халтуринская – Заброшенный рай (страница 2)
– Может начать с облика? – пусть они увидят себя, хотя бы в водной глади, может им не понравится, и они захотят что-то изменить. Змей наблюдал, и даже подходящий камень отполировал так, чтобы он мог послужить зеркалом для этой, довольной всем, парочки. Но они проходили мимо камня, совсем не заостряя внимания на своих отражениях. Видимо их все устраивало в своем внешнем виде. Может столкнуть их с Архангелом, пусть увидят, что он устроен более совершенно, чем они. Не ест, не пьет, под кустами не гадит. Ему не надо искать мягкие листики, чтобы подтереться после регулярного посещения кустиков.
Змей заметил, что женщина больше интересуется окружающим, Архангел даже иногда привлекал ее для дел по хозяйству. Деревья подстричь, например, дорожки подмести. Рафаила раздражало их безделье, и он попытался приучить к ведению хозяйства хотя бы женщину, к Адаму с предложением немного потрудиться, Архангел подступать не решался, слишком гордился первый человек покровительством Господа.
Змей наблюдал…
Слышал, как Архангел иногда хвалил Еву, чтоб хоть как-то поощрить ее к дальнейшему труду. Той нравилось, она вся расцветала от его похвалы. Он начал поощрять ее любопытство, рассказывая про растения, растущие в райском саду. И вот в один из дней, он сказал, что вот дерево, плоды которого им с Адамом пока есть нельзя.
– Почему? – принялась расспрашивать Ева.
– Создатель не велел, – кратко ответил Архангел, которого даже не посчитали нужным посвятить в причину и срок этого запрета.
День проходил за днем, иногда Ева подходила к дереву с запретными плодами, но плоды не срывала, помня о запрете Архангела.
Змей решил, что наступила пора действовать. Он тихонько подполз к Еве, и свесился с ветки. Женщину привлек тихий шелест, она оглянулась и увидела плоскую голову с пронзительными и в тоже время печальными глазами и длинное тело с блестящей на солнце кожей.
– Ну что? Хочешь попробовать? – тихо прошипела голова.
– А ты кто? – решила уточнить Ева. Она ни разу не встречала в раю таких созданий. – Вас тоже слепил Создатель? – подумала, что вероятно, это создание лепили из каких-то остатков, видимо не сильно отвлекаясь, на такие как у нее, изящные формы.
– Ну, да, слепил, – грустно прошипел змей.
– А почему я вас до сих пор не видела здесь? – продолжала допытываться женщина.
– Всему свое время, – попытался отшутиться змей. – Ты очень любопытная, лучше бы поинтересовалась, почему нельзя есть плоды этого дерева.
– Так наш Создатель не велел, мне Архангел так сказал, – неуверенно ответила она. – Но любопытство взяло вверх. – А что будет, если мы с Адамом их попробуем?
– Может Архангел боится, что вы станете как боги? Ведь вас слепили по образу и подобию, но вы не боги, вероятно, в вас какой-то важной ключевой детали не хватает, – уверенно шипел змей, словно уже знал какой-такой детали может не хватать людям, чтобы стать богами.
– Мы будем летать как Архангел? – воскликнула Ева, и бегать по кустам не придется? И попа будет всегда чистая?
– Чистая, пречистая, – прошипел Змей, содрогнувшись в конвульсиях, немного напоминающих смех…
– И будем знать все, все, как Рафаил, и волосы у меня будут как у Рафаила, и их не надо будет расчесывать каждый день? – продолжала допытываться любопытная Ева.
– Конечно, я же сказал, будете как боги, своих созданий налепите, и будете им запрещать все, что хотите, – продолжала соблазнять наивную женщину лукавая рептилия. – А потом наказывать их за то, что не послушались.
– Наказывать? – переспросила она. Змей понял, что сболтнул лишнего, и лихорадочно стал отвлекать женщину от мысли о наказании.
– Сказал же, будете как боги, кто вас потом накажет? Главное – не опоздать, не остаться тупыми лохматыми созданиями, будете есть всё-всё, не только эти, набившие оскомину, фрукты, на свете есть много разной вкусной, превкусной пищи, – выкинул он последний козырь.
– На свете – это где? Где это? Много-много вкусной еды?
– Потом покажу – прошипел довольный тем, что отвлек Еву от мыслей о наказании, змей.
– Не опоздать, не опоздать, что сказало это плоское существо? Главное – не опоздать, – женщину было уже не остановить, она быстро схватила плод, и оторвала его от ветки. Ничего не случилось, никаких наказаний…
– Не опоздать, не опоздать, – мысль пульсировала в темп сердечным сокращениям. Она открыла рот и откусила от сорванного плода. Опять ничего не случилось, не прилетел грозный Архангел, Божьим гневом тоже не пахло.
– Надо Адама угостить, – подсказал змей увлеченно чавкающей Еве.
– Обманывал хитрый Рафаил, теперь будем как он, – Ева быстро нарвала плодов и побежала к Адаму.
– Почему она не взлетает как Архангел? – на секунду у нее мелькнуло легкое подозрение, но она быстро себя успокоила. Надо съесть больше Адама, чтоб летать выше, быть умнее и есть много вкусной еды. Когда пришел Адам, она поглощала плоды один за другим, затем протянула ему пару штук.
– Ешь, будем как боги, – летать, есть много разной вкусной пищи, лепить созданий, и наказывать их. Главное – не опоздать, – твердила жертва банального лингвистического программирования в перерыве между поглощениями очередного плода.
Вид женщины, безнаказанно жующей те самые запретные плоды, и незнакомый сладостный аромат сильно возбудили Адама, последняя фраза послужила сигналом к действию. – Главное – не опоздать. И он, уже без всяких сомнений взял предложенные плоды и с аппетитом стал их поглощать.
Наевшись досыта, они лежали на траве, обоих стали беспокоить странные ощущения. Ева, вдруг заметила, что Адам голый, а его орган, доныне не привлекавший ее внимание, т.к. был всегда в съеженном виде, теперь расправился и напоминал небольшой столбик. Адам с интересом разглядывал его, пытаясь придать ему привычное свисающее состояние, но столбик активно сопротивлялся, пока окончательно не прилип к животу. Ева в ожидании появления крыльев, только почувствовала, что внизу живота вдруг томительно заныло.
Адам, отвлекшись от своего взбунтовавшегося органа, заметил, что Ева зачем-то пытается руками прикрывать свою щель, всегда такую неприметную. Она старалась, незаметно от Адама, унять свою взбунтовавшуюся промежность, но странное возбуждение только усиливалось.
Змей наблюдал за поведением, объевшихся запретными плодами, людей. Он вдруг понял, что это было.
– Какой же ты пошляк, Господи, напичкал плоды половыми гормонами. Теперь весь мир для них заиграет новыми красками, – он помнил, как это бывает. – Это великая сила, заставляющая пробиваться через горные породы и горячую лаву, любить, ревновать и заниматься другими подобными глупостями. Да, теперь в раю не соскучишься.
Райский стражник, увидев запретное дерево, все плоды которого были варварски оборваны, растерялся. Только один плод на самой верхней ветке одиноко качался под неизвестно откуда взявшимся ветерком.
– Это люди сорвали все плоды, – услышал он тихое шипение.
– Кто здесь?
– Это я, змей, – существо решило прикинуться обыкновенной рептилией.
– Откуда ты здесь взялся, змей? – растерянный Архангел, казалось, не ждал никакого ответа.
– Что с ними случилось, что они решились так бесцеремонно обойтись с запретом Создателя?
– Решили, что, отведав запретного, они станут как боги, Создатель, вероятно, хотел подшутить над своими творениями, – ответила ему незнакомая рептилия. Про банальную передозировку половыми гормонами змей уточнять не стал.
Архангел переместился на поляну, где, объевшиеся плодами, люди, барахтались на траве. Они не сразу поняли, как унять свои взбунтовавшиеся органы, но после первых неудачных попыток, наконец-то восставший орган Адама вошел, как в масло, в промежность Евы. Первый раз все случилось очень быстро, а потом они с огромным удовольствием повторяли и повторяли этот удивительный опыт.
Рафаила замутило от вида этого зрелища. Люди, заметив Архангела со змеем, нисколько не смутились и не пожелали даже на минуту отвлечься от своего занятия. Через несколько секунд Ева в экстазе закричала.
– Мы как боги, можем делать все что хотим! Получать сладостное наслаждение, летать, есть вкусную пищу, создавать своих созданий и наказывать их.
– Хотите своих созданий? Один тут уже натворил на свою голову, – Рафаилу припомнился Люцифер. – Хотите и вкусно есть и кого-то наказывать? – пораженный такими низменными запросами, разгневанный Архангел подхватил ветром своих крыл эту разнузданную парочку и почти мгновенно переместил их на край недавно обнаруженного в раю туннеля. Никто не знал, куда ведет этот туннель, и как он глубок. Адам и Ева, не веря в серьезность намерений Архангела, продолжали целоваться, не в силах оторваться друг от друга. Закипев от такого неуважения, Рафаил вновь гневно расправил огромные крылья, он брезговал прикоснуться руками к этой, охваченной любовной лихорадкой, парочке. Поднялся ветер, взлохмативший прекрасную всегда красиво уложенную гриву Архангела и змей, словно помогая этому праведному вихрю, столкнул в туннель Адама, который падая, так и не выпустил Еву из объятий. Вслед им как проклятие полетели гневные слова Архангела:
– Адаму – добывать свой хлеб в поте лица своего, а Еве, не создавать потомков легко и непринужденно, а рожать их в муках. А вкусную пищу будете есть, если сами себе ее вырастите, поймаете и приготовите. Наказывать (воспитывать) будете того, кого вырастите с огромными мучениями.