Александра Халтуринская – Виновен ли Архангел? (страница 5)

Когда горячий уголёк вонзился ей в лоно, всё помутилось перед глазами. Помнила только что высокий человек с цветком в руках, неизвестно как забравшийся на 12 этаж, говорил ей о том, что она родит не простого, а особенного младенца, что ему предстоит честь, равная богу, и что-то ещё… не совсем понятное и вразумительное.

– Но я ведь не замужем, и не была еще ни с одним с мужчиной, как же я рожу? – спросила она его. Мелькнула и исчезла мысль о непорочном зачатии, ЭКО, наверное. – Так рано мне еще рожать, надо хотя бы образование получить.

– Не волнуйся – ответил мужчина, не знавший куда деть сорванную впопыхах лилию. – Вы ни в чём нуждаться не будете. Это было последнее, что она услышала, перед тем как потерять сознание.

– Всё, дело сделано, энергии хватило на зарождение младенца с 4-спиральным ДНК, которая была у Иисуса из Назарета – Серафим был горд, словно сам только что стал отцом. Бесёнок тоже был безмерно рад свершившемуся, он всеми своими силами пытался охладить разгорячённого Серафима, чтоб тот случайно не выжег девушке лоно, но заслуг своих не афишировал. Главное, девушка была жива и не покалечена этим пылким престолодержателем. Гавриила смущала скоропалительность свершившегося, но спорить с Серафимом или тем более упрекать его за излишнюю поспешность он не смел. Оставалось только ждать появления божественного младенца. И он появился, точно в ожидаемый срок.

Когда Маша рассказала пожилой матери о случившемся на балконе, та попыталась представить дочери всё как кошмарный сон.

– Вот же та лилия, которую пытался дать мне мужчина, говоривший со мной – показывала Маша матери помятый цветок, найденный ею утром на балконе.

– Упал сверху откуда-то – отмахивалась мать, там еще 6 этажей есть. Но когда, через некоторое время появились явные признаки беременности, забеспокоилась. Ранее неверующая женщина поехала в старую деревенскую церковь и рассказала молодому батюшке, про крылатого пацана, взрослого мужчину с лилией, про наступившую позже беременность дочери, спросила совета. Батюшка подумал, что девушку просто изнасиловали, предварительно накачав наркотиками, но женщине сказал, что на всё воля Божья, и значит так было решено свыше, и противиться этому решению он не видит особого смысла, тем более, что сейчас государство материально поддерживает матерей-одиночек, так как демографическая обстановка в стране оставляет желать лучшего.

По дороге из церкви всё ещё расстроенная мать встретила высокого голубоглазого человека. Тот остановил её и стал говорить ей, что является спонсором данного прихода и считает своим долгом помогать нуждающимся семьям, тем более, что у твоей дочери скоро родится особенный ребенок.

– Какой-такой особенный? – спросила обеспокоенная мать. – Чем таким особенный?

– Вам этого до времени лучше не знать – ответил тот кратко, вручая толстый пакет.

– Видимо с деньгами, пакет-то? – поняла опытная женщина, и решила не отказываться от неожиданной помощи. Когда пришла домой, пакет припрятала и не стала рассказывать дочери о встрече с высоким незнакомцем. – Когда будут нужны деньги, достану, скажу наследство, я ведь уже немолодая и дочка без образования. Мысль о том, что человек, явившийся дочери на балконе и церковный спонсор могут быть одним лицом даже не посетила простодушную женщину.

Когда пришло время рожать, мать положила Машу в самую хорошую клинику, благо денег в пакете оказалось очень много, все крупными купюрами. Хватило бы и на новую, более просторную квартиру, но, экономная по своей природе, она решила сильно не шиковать. Мало ли что? Может лечить придётся обещанную странность ребенка. И она не ошиблась. Вскоре мальчику поставили диагноз – аутизм – неспособность воспринимать окружающих в полной мере. Подрастающий малыш жил словно в своем мире, не сильно нуждаясь во внимании окружающих.

***

– А тем временем я, Лилит (в земном приделе – Лидия Адамовна), после побега из ада решила кардинально сменить образ жизни. Жить среди людей, как ни странно очень понравилось, они, как вкусили в раю запретного плода, стали такие творчески активные и такие непредсказуемые. Словно кто-то развязал им руки, ну и понятно, все другие члены…когда они догрызли все яблоки.

С чего бы это, вдруг она решила сменить образ существования? Спросили бы иные проповедники нравственности. Да все просто – я вновь влюбилась. Нет, не так как бывало раньше, по прихоти и жажде наслаждения. В данном случае на объект моего поклонения в плане взаимности не было ни малейшей надежды. Все, ранее живущие, были очарованы мною, но после потопа, когда всех смело потоками разгневанной воды, мы все погибли. Но как оказалось в моём случае, не навсегда. Ведь я, Лилит, обладаю первородным телом, сотворенным Создателем из огненной лавы и ила морских глубин. Властелин ада принял меня с распростёртыми объятиями. Но, быстро заскучав в аду я стала подумывать, как бы опять вернуться на землю и начать жить, наслаждаясь результатами греховного падения этих Божьих любимчиков. Адский Господин пошёл мне навстречу, дал мне возможность, не покидая его владений, вселятся в людское подсознание – видеть всё, что видят они, чувствовать все, что чувствуют они. Но этот суррогат существования не дарил мне тех ярких чувств, которые я могла бы испытать в своем первородном теле. Тем более, что у людей, к которым я подселялась очень быстро расшатывалась психика и их начинали считать просто сошедшими с ума. Их жизнь по этой причине начинали принудительно ограничивать, и продолжать существовать в этих, упрятанных в различные психлечебницы, телах становилось совсем уж тошно.

Когда-то в результате какой-то суматохи в аду все отвлеклись, я удрала из адского придела в своем собственном теле. В аду нет зеркал, и первое время после побега и обретения истинной свободы я многими часами наслаждалась своим зеркальным отражением, угольными волнами волос и отблеском рыжей лавы в раскосых глазах.

Брюнетка в расцвете лет, какой она была в течении многих веков, неплохо устроилась и в современном мире. Только смущал один момент. Ведь некую особенность своего тела, такую как хвост, немного ящеровидный, мне было уже сложновато скрывать под тем минимумом одежды, который нынешнее время разрешало носить женщинам. Сначала я просто носила длинные мешковатые юбки, иногда просто отбрасывала хвост как ящерица и какое-то время пыталась тормозить его новое отрастание. Но это помогало ненадолго. Затем стала просто внушать окружающим людям, что они не видят в моем образе ничего странного. Это оказалось намного проще, чем регулярно отбрасывать свою, столь любимую мною, часть тела. Эти жалкие потомки Евы, наскоро состряпанной из худосочного ребра Адама, были настолько внушаемы и покорны, что манипулировать их сознанием было не очень сложно.

Сейчас она заведовала клиникой неврозов, где лечила своих пациентов традиционными и нетрадиционными методами. Клиника процветала, так как она прекрасно умела лечить все эти расстройства. Лилит прекрасно знала весь спектр основных причин – то остаточные проявления воспоминаний из прежних существований, то подселение адских сущностей, которые из отведенного им места в бессознательном, нелегально рвались в сознание, будоража и разлагая психику людей. В бытность адского жития, и я не раз прибегала к таким проникновениям с той лишь разностью, что мне Создатель почему-то оставлял всю память о своём первом и всех последующих воплощениях, а этим ничтожным потомкам Евы – нет. Как известно, ребра избыточных запасов мозга не имеют. По каким-то причинам Создатель ограничил им мозговую активность почти на 90 %. Чужие энергии и чужое сознание, которые иногда вторгались в них, сводили тех с ума, заставляли заглушать непонятные реакции своего организма алкоголем и наркотиками, а наиболее нервных даже доводили до самоубийства.

– Зачем он обрекает меня на эту огромную память? Что мне с ней делать, почему с каждым воплощением не лишает воспоминаний о прежней жизни? Это наказание мне за своеволие, что ли? – часто размышляла Лилит.

Она помнила все свои перевоплощения и в своем теле до потопа, и, после адской милости, в виде подселенцев. Как она, то в образе некой царицы развлекалась на пирах, то жила в виде простой горожанки. В последнем воплощении помнила эту знаменательную встречу в малейших деталях, хотя с тех пор и прошло более двух тысячелетий. «Зной, разливающийся по узким улицам города, стражников и толпу зевак, идущих за человеком, тяжело передвигавшимся под очень тяжёлой для него ношей. Измученный жаждой рот, кровавый пот заливает глаза. Она шла в толпе за его последними на этой земле шагами, многие в толпе думали также. И в тот момент, когда с Его плеч сняли крест, ибо поняли, что он не в силах донести его до своего места казни, я буквально толкнула тело девушки, в сознание которой проникла, навстречу ему. Заставила снять свой плат и отереть им его лицо от пота и крови, дать напиться из нательной фляги, которую эта девушка всегда носила с собой. Вероника – так её звали. Я помнила всю жизнь этого воплощения… Как она хранила окровавленный плат в очень холодном ларчике из чёрного обсидиана, так вовремя подаренном странным купцом на ярмарке. Девушка прикопала его в пещере, где семья хранила продукты, и все тогда очень удивлялись, почему они там так долго хранятся. Она так и не открыла своего секрета до конца жизни, когда, по совету того же купца, схоронила ларчик с окровавленным платом именно в этой стороне храма, и, вероятно, не случайно, эта стена и некоторые помещения под ней – единственное, что сохранилось от всего храма. Стена до сих пор стоит и около неё до сих пор плачут потомки людей, так жестоко убившие Его.