Александра Гусарова – Последняя любовь Великого дракона (страница 32)

А вечером, когда наше торжество подходило к концу, Матвеев подошел к нам:

— Ребята, вы очень красивая пара! — и при этом как-то по-бабски всхлипнул. Затем взял себя в руки и уже серьезно сказал: — Я с Жанной поговорил. Сказал, что у меня племянник сиротой остался.

Она без раздумий согласилась взять его в семью.

— У тебя здесь родня есть? — очень сильно удивились мы.

— Нет, моей родни в этом мире не водится, — покачал мужчина головой, — есть бывший хозяин этого тела, который в скором времени станет подростком. Отдавать в детский дом его жалко. Да и привычки ему менять придется. Для этого нужен любящий отец.

Наверное, это была тоже очень хорошая новость и достойное завершение праздничного дня.

А потом была наша первая брачная ночь. Мой дракон вылил на меня столько нежности и любви, что я и не ожидала. Засыпала абсолютно счастливая.

Глава 17

А под утро мне снова приснилась та зеленая ящерица. В этот раз я его разглядела более подробно. Цвет шипастой кожи напоминал изумруд. И даже блестел, словно был драгоценным камнем. На лбу и щеках, если их так можно назвать на драконьей морде, переливались полоски из стразиков, таких, какие обычно девочки делают себе на маникюре. Хотя, скорее всего, это далеко не произведения Сваровски.

— Почему ты меня не послушала? Теперь будет все плохо, — покачал головой ящер, заглядывая в мою душу.

— А почему я должна отдавать свое счастье?

— Если бы ты не вышла за него замуж, все было бы намного проще! — дракон приподнялся на передних лапах, открыл свою жуткую пасть и грозно рыкнул.

А я что? Я же во сне храбрая. Замахала на него руками и грозно крикнула:

— Пошел прочь, слышать тебя не желаю!

Существо покачало головой и исчезло, а я услышала голос Петра, который тряс меня за плечо:

— Шура, ты это меня гонишь из супружеской кровати?

Я резко открыла глаза и встретилась с взглядом мужа:

— Что случилось? Обычно после первой брачной ночи с такими криками не просыпаются.

Увидев, что любимый мужчина рядом, никуда не исчез, за окном светит скупое осеннее солнце, а наш дом стоит на месте, я немного успокоилась:

— Ерунда какая-то приснилась, не бери в голову! — отмахнулась я от него.

И чтобы не давать повода к дальнейшим расспросам потянулась за поцелуем. Мужчина, поняв, что это не его гонят, успокоился и живо откликнулся на мою ласку.

Только мое мироощущение изменилось. Я отдавалась ему словно в последний раз. И Петр это заметил:

— И все-таки, девочка моя, что тебя тревожит? — уточнил он, жуя булку с маслом за завтраком. — Я чувствую, что между нами возникла какая-то преграда. И не могу понять какая и зачем. Что я сделал не так?

Я вздохнула, зажмурилась на секунду и начала нелегкий разговор с вопроса:

— Зачем драконы носят стразики на щеках и на лбу?

— Стразики? — брови собеседника взметнулись в верх, не понимая, о чем идет речь.

Тогда я продемонстрировала ему свой свадебный маникюр. Обычно такие украшения не ношу, но в этот раз решилась. Он задумчиво посмотрел на камушки и спросил:

— Три на лбу?

— И по три на щеках, — дополнила я. — И кожа изумрудная и блестящая.

— Откуда ты его знаешь? — лицо мужчины вмиг посуровело и нахмурилось.

— Тихо-тихо, — погладила я его по руке. — На ящериц я не смотрю. Кто это такой?

— Это наш верховный бог Труменкайраль. Ты не ответила на мой вопрос.

— Я его вторую ночь во сне вижу. Он говорит, что без тебя начались беспорядки, поэтому тебе нужно вернуться домой.

Петр застонал и закатил глаза. Потом выдохнул, сел прямо и посмотрел на меня:

— Почему ты мне сразу об этом не сказала?

— Потому что, — фыркнула я. — Мне наплевать на ваши беспорядки. Только отдавать тебя я не собираюсь.

— Глупенькая, — мужская ладонь легла на мою руку и нежно погладила. — Просто, пока мы были не женаты, я мог смотаться туда обратно один. А теперь мы сможем сделать это лишь вместе.

— И что? Я не достойна быть показана твоему народу? — мне почему-то стало обидно.

— Шурочка, ты у меня лучшая, и достойна всего. Ты просто не понимаешь, что людей там нет. От слова совсем. И как все пройдет, я не знаю и не могу гарантировать на 100 %, что все будет хорошо.

— Петр, я твоя жена. И мой долг быть рядом в любой ситуации. И я знаю, что вышла замуж за дракона…

А дальше мы молчали. Я не знала, как подступиться к мужу, а он становился все мрачнее и мрачнее. Наконец я не выдержала:

— Ты знаешь, как вернуться в свой мир?

— Нет, — его ответ был коротким, словно выстрел. Он снова замолчал, лишь плотно сжал обескровленные губы. Вот и первый день замужней жизни, поздравляю, Александра!

— И что будем делать дальше? — но я молчать не собралась.

— Наверное, съезжу к Берте, — пожал мужчина плечами. — Надеюсь, она что-то знает. Амельду спрашивать бесполезно. Она в этом мире после меня появилась.

Фу-ух, хоть что-то. Первое связное предложение за последние полчаса.

— Не съезжу, а съездим! — поправила я его.

— У тебя же работа? — мне показалось, или в его глазах правда блеснула надежда?

— У нас в коллективном договоре записано, что молодоженам дается три дня на свадьбу. Я израсходовала лишь один. Плюс воскресенье. Итого еще три дня в запасе, — постаралась отвергнуть сразу его доводы.

Почему он не хочет брать меня с собой? У него там кто-то остался?

— Нет у меня там никого! — недовольно поморщился он. — Для меня существует лишь одна женщина в мире, и это ты.

— Ты читаешь мои мысли? — я удивленно вскинула брови.

— А чего их читать? — фыркнул в ответ он. — У тебя все на лице написано. Шура, я очень тебя люблю и поэтому боюсь. Я не знаю, как тебя примет мой мир, как ты воспримешь его и будешь ли ты меня любить, после того, что там увидишь.

Ага, вот, похоже, где собака зарыта!

— Ты же защитишь меня от любой опасности? — осторожно уточнила у.

Петра.

— Да, от опасности, да, — вздохнул он. — Но я не смогу защитить тебя от самой себя. И очень боюсь, что то, что ты увидишь в Кайерлане, будет сниться тебе по ночам до конца жизни.

— Там много крови и мяса? Убивают пачками младенцев?

— Нет, но это совсем другой мир. И людей в твоем понимании там нет, — он выжидающе посмотрел в мои глаза.

— Тогда я буду первой, — просто пожала плечами в ответ. А что я еще могла сказать?

Берта не знала, как отправиться в мир драконов.

— Я бы уже давно была там, если бы умела переходить из мира в мир! — усмехнулась она. Ее пронзительные глаза внимательно посмотрели на меня, словно заглядывая в душу:

— А тебе, дочка, я могу лишь посоветовать постараться принять все таким, как оно есть. Тот мир старше вашего. Я не говорю, что лучше. Но меняться по твоей прихоти он не будет.

— Да я и не буду ничего изменять, — попыталась возразить я.

Но Берта меня уже не слушала.