Александра Гусарова – Последняя любовь Великого дракона (страница 20)

— Шура, я так тебя достал, что хочешь быстрее от меня избавиться? — хрюкнул в ответ он.

— Меня? С чего ты это взял? — мой голос прозвучал несколько фальшиво. Только Петр, похоже, этого не заметил. — Ты же всегда мечтал об этом или я не права?

— Мечтал, — согласился свин. — И когда мечта совсем рядом, я очень боюсь ее исполнения.

Я застыла с вопросом на губах:

— Но почему? Что такого страшного в этом? Или обращение угрожает твоей жизни?

— Шура, пойдем, сядем на диван? — неожиданно пригласил меня поросенок. — Я постараюсь все объяснить.

Согласно кивнув, прошла в комнату, он семенил следом. А когда села на диван, с ловкостью, непривычной для обычных свиней, запрыгнул и лег рядом, положив голову мне на колени. Так в молчании мы просидели несколько минут. Я не знала, что говорить в таком случае, он же молчал по неизвестной причине. И, наконец, начал говорить.

— Шура, понимаешь, в вашем мире очень мало магии и магической энергии, — все-таки начал Петр. — И я сейчас с легкостью могу перекинуться в дракона, в чьем облике прожил более 7000 лет, к которому привык со времен своего появления на свете. Шура, я никогда, понимаешь, никогда, не был человеком!!!

Он оторвал голову от коленей и заглянул в мои глаза. Никогда не думала, что поросячьи глазки могут отражать столько эмоций. Это были и страх, и надежда, и непонятные для меня чувства одновременно. Петр же продолжил:

— И если я сейчас стану человеком, я уже никогда не смогу стать драконом. А это страшно, честное слово. Что я смогу делать? Как устроюсь в этом мире? Не стану ли я обузой для тебя? И если ты ухаживаешь за попугаем или поросенком, это все в порядке вещей. Но ухаживать так же за взрослым мужиком — это нонсенс.

Я подняла руку и погладила его по голове:

— Все бывает в первый раз. Нас бросают в воду, чтобы научить плавать. Мы очень боимся и сопротивляемся. Зато потом получаем огромное удовольствие от этого процесса. Поверь, не так уж и плохо быть человеком. Я верю, у тебя все обязательно получится!

— Спасибо! — с этими словами он потерся головой о мою руку. — Постараюсь тебя не подвести. Звони Берте. Если пойдет вдруг что-то не так, только она сможет помочь.

Я набрала знакомый номер и попросила цыганку приехать к нам.

— Хочешь сказать, что Петра Дефендер достиг 300 килограмм? — уточнила она с сомнением.

— Да, и даже больше! — ответила я.

— И куда он так торопится? — в ее голосе прозвучало то ли сомнение, то ли ехидство. — Хорошо, скоро буду.

Берта была женщиной слова. И уже через час звонила в нашу дверь.

Решительным шагом прошла в комнату и почесала Петру за ухом со словами:

— Привет, рыжик!

— Я не рыжий, я золотой! — тут же насупился порося, если б так можно было сказать про поросячью мимику.

— Ладно, правитель, не ругайся! Это я поросенку, которого мы видим в последний раз, а не тебе, — усмехнулась старуха. — Значит, говоришь, готов? Вес какой?

— Триста двадцать! — ответили мы в унисон.

— Ай, молодцы! Как у вас дружно получается, — рассмеялась старуха. — Дай бог, и дальше так пойдет.

Я, конечно, настраивалась на худшее, но в глубине души тоже надеялась, что у нас все будет хорошо.

— Приступим прямо сейчас? — уточнила Берта.

— А чего тянуть-то? — ответил рыжик. — Не скрою, мне страшно. Но если отложить на завтра, на месяц или на год, бояться я от этого меньше не стану. Уж лучше как в омут с головой. В конце концов, я свое отжил.

Мне хотелось крикнуть: «Как отжил? А я?». Я поняла, что сейчас не тот момент, чтобы выражать свои эмоции. Петруше тоже очень не просто.

— Запомни, Петра Дефендер! При обращении ты навсегда застрянешь в этом теле. Но твое преимущество в том, что тело ты можешь выбрать любое: старое, молодое, мужское, женское. Даже цвет глаз и волос можешь выбрать по своему желанию. И в течение получаса или около того, пока не израсходуется вся накопленная энергия, у тебя будет время что-то подправить. И все, дальнейший результат будет окончательным.

— Тогда почему вы выбрали тело старухи? — не сдержала удивления я. — Молодой женщиной было бы веселее.

— Увы, — усмехнулась Берта, доставая неизменную трубку изо рта. — В тот момент я об этом не знала. И мне казалось, что пожилой женщине будет проще устроиться и спокойнее жить. Ведь в моей жизни был Петра Дефендер, поэтому вряд ли меня прельстит другой самец.

Я посмотрела на «самца», который опустил голову вниз и смешно развесил уши по бокам и хвостик вниз. Что будет, если я в него влюблюсь с первого взгляда, а он пойдет перебирать женский пол уже в человеческом обличье? И я хотела об этом расспросить и Берту, и Петра. Только старуха не дала, прикрикнув на нас:

— Чего притихли? Мое время денег стоит. Давайте проводить ритуал!

— Мне выйти? — уточнила я, ведь в первый раз меня просили погулять.

— Нет, — покачала головой она. — В этот раз уйду я. А вот ты будешь очень нужна. Я лишь удивленно пожала плечами и села ждать.

Берта повернулась к поросенку и начала что-то быстро тараторить на незнакомом мне языке. Это был странный сплав трех звуков: р, ш и а.

Вдруг поросенок покрылся крупными мурашками, потом по его коже прошла волна. Я замерла в предвкушении.

— Расслабься, Шурочка, — хрюкнул свин. — Это лишь подготовка. Сейчас будет основное действие.

— А я предпочту удалиться! — как-то ехидно прищурилась Берта. — Если что, я не кухне!

С этими словами старуха важно удалилась, попыхивая своей трубкой, а я застыла, сидя на диване и не понимая, что происходит.

Поросенок передними лапами поднялся на диван рядом со мной и деловито уточнил:

— Тебе сколько лет?

— Тридцать, а что?

— Значит, мне будет тридцать пять, — затем прикрыл глаза и начал читать заклинание на том же языке, что только что использовала цыганка.

Неожиданно произнес уже мне знакомое «авель мобиле», резко закрутился волчком на задних лапах и через секунду предстал очень симпатичным, но абсолютно голым мужчиной.

Я зависла, разглядывая незнакомца. Он был достаточно высок и отлично сложен. На животе явно проступали пресловутые кубики, а на руках отчетливо видны вены, которые опоясывали мощные мускулы. Мой взгляд перетек вверх. Очень хотелось посмотреть ниже, но я как-то не рискнула. И тут же встретилась с насмешливым взглядом темных глаз.

Черные волосы были зачесаны назад и чем-то напоминали нахохлившегося попугая. И я вспомнила, что именно его однажды видела во сне.

— Ну, и как я тебе? — поинтересовался мужчина, знакомым голосом Петра. — Берта сказала, что у меня есть полчаса, чтобы исправить то, что не нравиться.

— Верх мне нравится, — необдуманно ляпнула я.

Мужчина тепло рассмеялся и уточнил:

— А низ?

И я набралась смелости и скользнула взглядом в сторону пола. Там все тоже было хорошо, даже можно сказать, богато. Ну, вы поняли, что я имею в виду. Но это только спереди. А вдруг у него сзади хвост с шипами? Дракон все-таки! И я скомандовала: — Спиной повернись.

Он послушно развернулся, демонстрируя мне крепкую пятую точку и мощные икры на ногах. Я же залюбовалась широким разворотом плеч, сужающимся к достаточно тонкой талии. Хорош, ничего не скажешь!

Потом меня словно осенило:

— Петр! Ты свой организм сам послушай, вдруг что-то не в порядке изнутри. На глаз же это не определить.

Он согласно кивнул головой и застыл, прикрыв глаза. А я, хоть и основательно покраснела, но получила еще одну возможность хорошо разглядеть образец мужской красоты, так сказать, в первозданном виде.

Доведется ли мне это сделать еще раз?

— Так, вот здесь немного колет! — деловито пробормотал Петр и поднес руку к району печени. Поводил ей по кругу и удовлетворенно кивнул.

— Здесь тебя все устраивает? — деловито уточнил, показывая на мужское достоинство.

— А причем здесь я? — еще сильнее покраснела от его слов. — Твое же тело.

Он хитро прищурился и со смешком ответил:

— Тебе же пользоваться придется! И запомни, других мужчин в твою жизнь я не допущу, — это было сказано с грозным выражением лица.

Только у меня сразу потеплело в груди, а тревога, сидевшая прочно в душе, отпустила. Я ехидно прищурилась в ответ и уставилась ему прямо туда, заставив уже покраснеть мужчину.

— Думаю, устроит! — вынесла свой вердикт.

— Тогда все! — оповестил мир о своем появлении новый член общества и звонко щелкнул пальцами.