Александра Гусарова – Полёт на одуванчике (страница 8)
Молодой человек, стоящий рядом, преданно смотрел в черные глаза соблазнительницы и внимал каждому ее слову. Она ему что-то шепнула на ухо, он кивнул в ответ и быстрой походкой пошел в сторону столов. Она же двинулась в нашу сторону.
– Владмир, дорогой, какими судьбами? – Матильда подошла к Ребуни и собственническим жестом подхватила моего компаньона под руку.
– Помогаю кузине вывести в свет младшую дочь! – я действительно сегодня была в светлом платье, подходящем и для дебютантки. Ребуни с улыбкой высвободился из цепких коготков женщины и подхватил под локоть меня. – А вот что здесь делаешь ты, да еще в сопровождении молодого Августина?
– Я? – она притворно похлопала ресницами и изобразила смущенную улыбку, прикрываясь веером. – Я за него замуж собираюсь. Молод, богат, перспективен. Ему нужна именно такая женщина как я, чтобы не спился и не изгулялся. Я научу его послушанию и найду правильное применение наследству Августинов. А кузина твоя, похоже, за дочкой хорошее приданое дает!
После этих слов лицо женщины приобрело хищные черты, она похлопала Ребуни веером по руке и поспешила навстречу жениху.
– Вы с ней хорошо знакомы? – решила уточнить и без того очевидный факт.
– Мари! Я слышу в твоем голосе ревнивые нотки? – рассмеялся этот несносный мужлан. – Не стоит. Все, что нас когда-то связывало, осталось в далеком прошлом.
– Вот еще! – я недовольно передернула плечами. – И если я твоя племянница, то нужно знакомить с потенциальными кавалерами, а не самому танцевать!
Веер в моей руке гневно затрепыхал, разгоняя злость и неловкость момента. Любой женщине неприятно, когда рядом есть другая, более яркая и интересная для противоположного пола.
– У тебя же наследство хорошее! – издевательски повторил он слова Матильды. – Боюсь разочаровать местных мальчиков. Они издали в тебе видят юную девицу, а по факту получат полицейского в юбке!
– О, это прозвучало почти как комплимент! – ехидно отозвалась в ответ.
– Пойдем, подышим свежим воздухом! – Владмир потянул меня в сторону балкона.
Когда мы остались совершенно одни, спросил уже абсолютно другим тоном:
– Здесь мы не играем. Запомнила ее? Сможешь повторить?
Хм, честно говоря, я и там не играла. Да ладно. Согласно кивнула и попросила:
– Мне бы еще услышать их общение между собой, чтобы сыграть правдоподобнее.
– А ты не так глупа, как может показаться на первый взгляд! – усмехнулся этот гад. – Я постараюсь, чтобы на задании вы пересекались как можно меньше. Твоя задача будет в несколько ином ключе. И совсем забыл сказать, что заказчик при благоприятном исходе пообещал заплатить приличную сумму.
Я просто не представляла, что после этой фразы в моих глазах должен был появиться алчный блеск. Я никогда не испытывала нужды в деньгах. И лишь отметила про себя, что неучтенные папенькой деньги могут пригодиться. А как выяснилось много позже, Рибуни отложил этот факт в своей голове. И не только этот.
Он взял мою руку, решительным жестом положил на свой локоть, и мы снова вернулись в зал. Мой сопровождающий оглядел зал, нашел парочку, которая мило ворковала недалеко от столов с вином и закусками, и твердым шагом повел меня в ту сторону.
Остановились мы, немного не дойдя до них.
– Душечка моя, рекомендую попробовать гусиный паштет!
– Я его терпеть не могу! – скривилась я. Папенька очень любил паштеты, привезенные из Фразии. Однажды я их объелась. С той поры этот деликатес перестал для меня существовать.
– Точно, богатая наследница! – расхохоталась неожиданно Матильда, разворачиваясь в нашу сторону и подмигивая Владмиру. Затем вернулась к юному Августину:
– Ави, пупсик, а я его люблю. Дай мне бутербродик! – голос нежными колокольчиками снова зазвучал в ушах окружающих.
Мы понаблюдали за поведением парочки еще минут десять и наконец-то покинули этот прием.
– Почему она так вызывающе себя с тобой ведет? – не удержалась я от вопроса.
Мужчина лишь криво усмехнулся. Я думала, что не получу ответ. Но он все-таки произнес сквозь зубы:
– Она хотела бы видеть меня на месте Августина. Я по богаче и по знатнее буду. Только я ей не по зубам. Вот она и решила, что лучше синица в руках, чем курвель в небе.
И что это сейчас было? Кто-то решил похвастаться своим происхождением? Похоже, этот странный лимер не до конца выветрился и из его мозгов.
ГЛАВА 5
Миси пришла в себя. Эту радостную новость нам сообщили из госпиталя сегодня утром. Мы поехали к гувернантке вместе с Николасом. Зять посчитал своим долгом навестить женщину, которая практически ценой своей жизни спасла подопечную, то есть меня.
Женщина лежала в кровати бледная и несчастная. Наше появление вызвало не ее губах легкую улыбку.
– Какая честь для бедной гувернантки! Спасибо, что пришли! – Миси протянула мне руку.
Николас оказался проворнее и пожал хрупкую ладонь женщины:
– Это вам спасибо за спасение нашей девочки!
– Ваша светлость, она же практически мне как родная дочь. Поэтому не стоит благодарностей! – с грустной улыбкой она покачала головой.
– Но все же! – зять неуклюже сунул ей в руку мешочек с деньгами и торопливо вышел, что-то бормоча про работу.
– М-да, не думала я на этом заработать! – фыркнула гувернантка. А я обрадованно кинулась к ней на шею, радуясь, что она снова со мной.
– Расскажи, как ты? – спросила, отстраняясь от нее.
– Лежу, как видишь! И добавить больше нечего. Лучше расскажи, как продвигается наше дело?
От этого простого «наше дело» мне стало очень тепло на душе.
– Пока ни как, если не брать в расчет, что меня взял в команду глава первого полицейского управления.
На рассказ о моих подвигах ушло минут двадцать. Мисси весело смеялась, слушая истории о наших с Владмиром перепалках. О танце я рассказать постеснялась. Или это были те ощущения, которыми не хочется делиться ни с кем.
– А завтра мы идем на бал, где я буду играть Матильду! – закончила свой рассказ я.
– А что ты скажешь Его светлости? – озаботилась Миси.
– В смысле, что скажу? – не поняла ее тревогу.
– Балы раньше 10 вечера не начинаются. Что ты скажешь твоему официальному сопровождающему? Для вдовы посетить бал нормально. Для юной дебютантки без сопровождения неприлично. Николас решит, что обязан пойти с тобой. Утром ему нужно идти на работу, а не плясать до рассвета. При этом ты будешь в образе непонятной мадам.
– Ой, об этом я и не подумала! – мои щеки порозовели. Иногда рассудительности мозгам не хватало. И гувернантка всегда была палочкой-выручалочкой.
– Опять ты меня на ложь подбиваешь! – вздохнула она. – Попробуй взять разрешение на дежурство у моей постели, так как прежняя сиделка ушла, недовольная оплатой. Николас тут же предложит найти другую. Мне же придется покапризничать, что я согласна лишь на уволенную или на тебя.
В итоге мы остановились именно на этом варианте, ничего лучшего не придумав.
Вернувшись домой, обнаружила объемный ящик с эмблемой первого полицейского управления. Любопытство всколыхнулось и буквально выплеснулось через край. Что мне они могли прислать? Отодрав липку ленту, склеивающую створки, увидела нечто ярко-красное, покрытое россыпью драгоценных камней. Вытащила, встряхнула и застыла от восхищения. Это было платье. Дерзкое, с открытыми плечами и тугим корсетом. К платью прилагалась записка:
Вот и отличный повод проверить меня в деле! Я тут же облачилась в экзотический наряд. Этого было бы достаточно для того, чтобы знакомые не узнали Марию Обю, принцессу Гразельскую. Жесткие формы одежды, непривычный цвет сделали меня неузнаваемой. Да вот только на Матильду я похожей еще не стала. Подошла к зеркалу и начала работать над своим лицом. Добавила меланина в волосы, чтобы сделать их темными. В отличие от магических красителей такое насилие над организмом меняло цвет часов на шесть, не более. Подтянула мышцами щеки, убрав девичью припухлость и сделала их более впалыми. Подобным же движением перераспределила жировые ткани, придав объем нижней губе, превратила курносый кончик носа в загнутый книзу и добавила небольшую горбинку. Потом поработала над телом и конечностями. Сверила изображение в зеркале со своими воспоминаниями. Из-за стекла на меня смотрела коварная соблазнительница юных графов. Осталось лишь проверить эффект на нашем общем знакомом. Я, недолго думая, вызвала экипаж и поехала в полицейское управление.
– Мотя, какого черта ты здесь делаешь? – Владмир нахмурился, встал из-за стола и угрожающе сделал шаг в мою сторону. – И зачем в это платье вырядилась?
– Решила, что ты все-таки лучший жених, чем Августин! Ты же любишь меня, дорогой? – как, оказывается, просто болтать такие глупости, скрываясь за другим лицом. Но вот голос меня неприятно удивил. Он оказался именно таким, как рисовался в моем воображении: низким, хриплым, колокольчики не звучали и в помине. Думала, что сейчас меня раскроют, но нет. На голос Ребуни не среагировал.
– Как такие глупости могли прийти в твою хорошенькую головку? – мужчина нахмурился. – Моя юношеская влюбленность в экзотическую бабочку императорского двора прошла лет двадцать назад.