Александра Гриева – Контакт с телом: Как научиться слышать себя, чтобы жить аутентично (страница 3)
Глава 1
Контакт с телом
Отсутствие контакта с телом – очень естественно… в той среде, в которой мы живем. Если посмотреть внимательно, то мир вокруг нас не способствует тому, чтобы мы жили в гармонии с собой и со своим телом.
Одно из распространенных заблуждений – думать, что контакт с собой должен происходить естественно и включаться подобно инстинктам (которых, по заявлениям биологов, у нас почти не осталось). С одной стороны, эволюция способствовала тому, чтобы тело было нашим самым надежным другом и сообщало нам информацию об окружающем мире. С другой – если не развивать этот навык подобно тому, как мы учимся строить отношения с людьми и миром вокруг, эти эволюционные предпосылки так и останутся в зачаточном состоянии и никакой «голос изнутри» мы не услышим.
Когда ребенок срывает растения или тянет за хвост собаку, мы учим его, что этого делать не нужно. Мы учим его бережности и уважению к другой жизни. Бросая бумажку в урну, мы не только совершаем акт заботы о мире, но также соблюдаем социальные правила. Если бы мусор на траву бросали все вокруг, внутренний голос вряд ли подсказал бы нам, что надо быть бережными к природе.
Да, у нас есть некий тонкий и чуткий внутренний компас, погребенный под слоями напряжения, убеждений, стрессовой физиологии, травматического опыта, амбивалентной лояльности и желания принадлежать к определенным группам людей – список можно продолжать бесконечно. Но этому компасу жизненно необходима среда, которая способствует максимальному развитию его настроек. И когда я читаю в журнале пресловутое «Просто почувствуй, что говорит тебе твое тело», я вспоминаю мем: «Мое тело говорит мне, что я не юн и что я хочу бигмак».
Дальше я попробую рассказать о том, что мешает нам слушать себя и что с этим делать. В реалиях современного мира без определенной тренировки навыков и общего понимания того, как выглядит процесс самопознания, идти на контакт с собой, о котором все столько говорят, – довольно отчаянная идея. Как в бесконечном лабиринте кривых зеркал: каков шанс, что, не имея карты, мы увидим отражение себя настоящих?
Растелесненная культура
Современная западная культура живет в страхе перед телом и его процессами. Мы боимся того темного, бесконтрольного хаоса, который – как мы верим – открывается перед нами, стоит только отпустить тело и дать ему жить полнокровной жизнью. Мы запрещаем кормление грудью в общественных местах, маркируем изображение женских сосков на фото в соцсетях как «неприемлемый контент», жалуемся на людей с неидеальными телами в коротких шортах летом и при этом готовы бесконечно смотреть на почти полностью обнаженных отфотошопленных моделей. Мы отдаем много денег и тратим много сил за то, чтобы как можно меньше походить на живых людей. Мы обездвиживаем свои мимические мышцы уколами ботокса, закрывая другим (и самим себе[6]) доступ к нашим чувствам, а больше всего берут за свои услуги те пластические хирурги, которые готовы создавать максимально неправдоподобные пропорции тела. Мой коллега и наставник Марк Уолш писал о том, как его задержали в аэропорту, когда он решил немного потанцевать, чтобы размять затекшее после перелета тело. Мы с трудом выдерживаем проявления чужой естественности и отворачиваемся, когда кто-то плачет или смеется в метро. Все это приводит к неутешительному выводу: мы до ужаса боимся живых себя.
Впрочем, у этого есть понятные предпосылки. Как любой живой вид, мы стремимся к безопасности (подробнее об этом в главе о нервной системе), и в целом все, что мы делаем, можно объяснить попытками, пусть и довольно неочевидными, эту безопасность обрести. При этом среда, в которой мы живем, почти всегда не согласуется с тем состоянием безопасности, к которому мы так стремимся. Еще не встав с постели, мы ощущаем, как нас атакует небезопасность: всплывающие уведомления о новостях в телефоне, двадцать пять рабочих чатов, низкий навязчивый гул города за окном, ругань соседей за стенкой, детский плач или непременный мужик с перфоратором, который будит нас в семь утра лучше любого будильника. И это только ситуативные раздражители, не говоря о фоновом стрессе от недостатка сна, рабочем и родительском выгорании, попытках заработать столько, чтобы на все хватало, и общей геополитической ситуации.
И вот какое дело: живое тело будет чувствовать
Можно говорить себе, что контакт с телом нам зачем-то необходим, но на самом деле у нас гораздо больше причин его разорвать, чем поддерживать. И неудивительно, что все наши благие намерения – к тому же журналы о здоровой и духовной жизни почему-то редко говорят о реальной цене тесного контакта с собой – разбиваются о тот или иной подводный камень, а чаще обо все сразу. Так вот, о подводных камнях.
Достаточные причины не быть в контакте с телом
Тело – это непознанная территория
Что знает о себе и своем теле среднестатистический подросток? Как ваши родители учили вас понимать себя? Насколько точно вы можете, закрыв глаза, представить свою фигуру? А подвигать одной частью тела, например лопаткой? Сколько видов усталости или головной боли вы различаете? Как правило, все это остается где-то за чертой внимания, за кадром, как ненужная подробность, – ведь можно выпить таблетку «от головы» или сдать себя на техобслуживание врачам и другим специалистам, в конце концов, это их работа, пусть разбираются.
Каждый из нас с детства привык жить в ситуации сбитых координат: «Мама, я замерз?» – «Нет, ты хочешь кушать». Сколько раз мы слышали, что ощущений, которые мы испытываем сейчас, не существует, или они не такие яркие, как нам кажется, или не стоят нашего внимания и участия. В конце концов, мы сами не можем понять, что чувствуем на самом деле. Какую еду я люблю? Какое прикосновение мне нравится? Я замерзла? Я голодная? Я хочу в туалет? Все это давно истерлось о привычные фразы «Ешь что дают», «Не выдумывай» и «Потерпи». Одно из базовых заданий на контакт с собой – это давать себе возможность пойти в туалет всякий раз, когда мы замечаем, что хотим в туалет. И каждый раз это оказывается настоящим инсайтом, от которого буквально сносит крышу: сколько всего мы, оказывается, не чувствуем! Как можно говорить о более глубоком контакте с собой, если мы привыкли не замечать даже такие простые вещи?
У этого явления есть вполне понятные эволюционные предпосылки, поэтому если вам захотелось позвонить старшим родственникам и сказать им все, что вы думаете об их методах воспитания, то не стоит. Эта книга посвящена тому, чтобы на основе множества факторов понять, как мы оказались там, где оказались: в семье, где наш голос не мог быть услышан, в среде, которая боится телесных проявлений и отрицает их, в «кортикоцентричном» мире[7] Очень Умных Людей, где тело и все, что с ним связано, находится на низшей ступени иерархии. Мы слишком часто оказываемся в ситуации, когда приходится выбирать между безопасностью и пониманием себя, и слишком часто вынуждены выбирать первую в ущерб последнему[8].
Также все мы слишком часто подвергались медицинским вмешательствам и испытывали сопутствующее им ощущение беспомощности, когда нам не говорили, что происходит, отнимали контроль над телом, не помогали увидеть в нем союзника, а не угрозу, – и тело стало восприниматься территорией максимальной небезопасности, не поддающейся контролю и даже несущей риск для жизни. Если вы когда-нибудь видели, как в поликлинике заливается плачем чей-то ребенок и три медсестры помогают его держать, пока четвертая делает укол, пытаясь попасть иглой в каменные от страха мышцы, то вы знаете, о чем я говорю.
Знакомиться со своим телом – это как вступать в чащу, где живет Баба-яга. Или гулять по незнакомому городу без карты, телефона и знания языка. Если вы, как и я, стремитесь к максимальному контролю, то эта идея покажется вам просто безумной. И точно так же, как незнакомая местность, путешествие по телу может вызывать тревогу, крутить живот и рождать ощущение беспомощности, если у нас нет знающего проводника, который не только расскажет, где что находится и как устроено, но и предостережет от потенциальных опасностей.