Александра Дроздова – Ведающая (страница 17)

Весь совет был одет в черный цвет и, теперь траурный образ Киарана стал мною понят, и все они носили длинные волосы. Как же они ухаживали за ними? Или уход за прической не считался бестолковым растрачиванием резерва?

Совету надоело рассматривать нас или позволять рассматривать их, с нами заговорил мужчина, сидящий в самом центре, он был ящером. У него была темно-зеленая чешуя, которая убегала за черную ткань, а глаза были полностью желтые с черным зрачком. Его вид настораживал с непривычки.

— Добро пожаловать, Василиса и… прошу прощения, мне неизвестно имя юной девы. — сказал он и вопросительно посмотрел на мою дочь.

Варя не захотела отвечать. Она сделала несколько шагов назад и зашла мне за спину, зацепившись ручками за мое платье.

— Это моя дочь, Варвара. — за нее ответила я.

— Добро пожаловать в наш-ш-ш мира Василиса и Варвара. Меня зовут Хааш-ш. Я — Ящер и мастер из совета десяти, а это моя жена — Хена.

Хааш указал на женщину, сидящую справа от него. Она тоже была покрыта чешуей, но цвет ее был золотой. Глаза у жены Хааша были сочно оранжевые, скулы острыми, а губы алыми и красиво очерченными. Ее черные вьющиеся волосы стремились к полу. Хена была потрясающей красивой, невероятной и необычной.

Хена кивнула в знак приветствия, но ее обращенный ко мне взгляд был полон тоски и, как мне показалось, какой-то застарелой боли.

Хааш продолжил говорить:

— Вам, наверное, очень хотелось бы знать, зачем вы здесь, Василиса. И вы сильно удивитесь, когда я скажу, что это моя личная просьба, но подождите проклинать меня.

Я не успела произнести все то, что мне хотелось сказать о его личных проблемах и о методах их решения, но в его глазах промелькнула такая же гремучая смесь печали, что и у Хены. Невысказанное так и осталось в моих мыслях.

— Совет, и я в том числе, не настаивает и не указывает ведающей, что ей делать и как жить, лишь оберегает, помогает и направляет, если так угодно. Однако, в нынешних обстоятельствах, я просто не мог поступить иначе, ведь мне необходима именно ваша помощ-щ-щь. — произнес Хааш, а взгляд его был полон мольбы и отчаянья.

— Наш-ш-ша дочь больна. — заговорила Хена и нежно взяла за руку своего мужа. Из ее глаз медленно потекли слезы, она не смогла быть спокойной.

Хааш с любовью взгляну на Хену и снова заговорил:

— Как вы уже могли догадаться, ни один из мастеров не смог мне помочь. Нашей ведающей к тому момента уже не стало, и я обратился за помощью на Войру, где ведающих было целых три. Ульрих Великий, правитель тех земель, прислал мне витиеватый отказ. Нам с женой оставалось только молиться.

— И мы молились! — горячо сказала Хена. — После многочисленных обращений ко всем богам, мне был дан ответ. Эндана, богиня смерти и удачи, откликнулась на мой зов.

Я помнила, кто такая Эндана из книги, но продолжила слушать Хену:

— Эндана указала, что помощь может прийти в лице новой ведающей, но Эндана не сообщила, в какую сторону склонится чаша ее весов, к удаче или к смерти. Мы будем необычайно рады и благодарны, если вы избавите нас от томительного ожидания…

— Как вы смотрите на то, чтобы попробовать помочь нам? — Хааш задал самый главный вопрос.

И кто бы мог отказаться в такой ситуации?

— Конечно, я сделаю все, что в моих силах. — ответила я, другого произнести я бы никогда не смогла. Айрих, находящийся рядом вздохнул. Был ли это вздох облегчения или же напряжения, сложно было предположить — он же не дом.

Какая надежда отразилась на лице у супругов Хааша и Хены, однако, не только у них. Я обратила внимание, что и у других членов совета прослеживалось заметное облегчение. Холоден остался Киаран, но к его толстокожести я уже привыкла, еще один человеческий мужчина выражал безразличие, и абсолютно безэмоциональной осталась миловидная блондинка. Она, как раз, сидела рядом с Киараном. Остальные же мастера не стеснялись открыто проявлять эмоции и широко, радостно улыбались.

— Нашей благодарности нет предела… — сказал Хааш и быстро преодолел расстояние до нас.

Хааш крепко обнял меня, а потом присел на корточки перед Варей и сказал:

— Не бойся меня, Варвара.

Хааш протянул ей руку для нашего, земного, рукопожатия, чем изрядно удивил Варю. Она уже успела привыкнуть к том, что этот жест доброго приветствия стал ее личным.

Варя счастливо рассмеялась и ответно протянула руку. Все, больше Варя не боялась ящера Хааша. От его почтения даже Грозный не скрылся, волку достался учтивый кивок, а Лапочке необидная щекотка по перышкам.

Хааш снова обратился ко мне, весело улыбаясь. А зубы-то у него были с выделяющимися острыми клыками. Все же они больше походили на змей, нежели на ящеров.

— Все инструкции Вы получите от моего воспитанника, Киарана, а сейчас у вас есть замечательная возможность прогуляться по столице.

— А как же ваша дочь? — ошеломленно спросила я.

— Она не страдает, мы сделали все, чтобы этого не было. От одного дня задержки ничего не изменится, но и затягивать не стоит. — сказав это, он выразительно посмотрел мне в глаза.

Что происходило с дочерью Хааша и Хены, мне не стало понятней, а то, что задерживаться не будем — это я предельно осознала.

Айрих потянул меня за рукав в сторону выхода, я послушно отправилась за ним, но обернулась и вопросительно посмотрела на Киарана, пойдет ли он с нами? Абсолютное ничего выражало его лицо, что ж, обойдемся без него.

Уменьшенным составом на одного мастера мы оказались перед выбором, куда же нам пойти? Что интересного было в Городе — Мастеров? Варя внесла корректировки в план действия, высказавшись о своем голоде. Было решено отправиться в лучшее столичное заведение, по мнению Айриха и Ларна, и там наесться от души, а по пути рассмотреть достопримечательности Города — Мастеров.

Ура! Долгожданное спокойствие и простое наслаждение жизнью!

Глава 21

Город — Мастеров не содержал в себе особенных достопримечательностей, кроме самих мастеров колдовства, город был простым, чистым, приятным глазу, жители воспитанные и добрые — так было для Айриха и Ларна. А мы еще не успели привыкнуть к чуждому облику новых рас и животных, меня и Варю поражали даже цветы в горшках, поэтому мы изрядно задержались по пути к заведению, где Айрих с Ларном решили нас накормить, но зато получили массу удовольствий.

Наша команда остановилась напротив двери, над которой висела деревянная табличка, где было изображено что-то похожее на жар-птицу или павлина, или страуса. Единственное, что было действительно ясно, исходя из красочной таблички — это была птица. Я рассудила, что самая полезная птица во всем мире — додак, и именно ее художник пытался изобразить. Мне пришлось удостовериться и спросить у сопровождающих, так ли это было. Они подтвердили, что таверна носила название «Додак». Да, к таким художникам лучше было не обращаться, но раз вывеска не отпугивала посетителей, то еда в таверне должна быть действительно вкусной.

Внутри было мило и комфортно, чем-то напоминало мне паб. Столы из дерева были добротные и тяжелые в паре с такими же мощными стульями. Отполированная до блеска стойка, куда выставлялись напитки и блюда, разграничивала зал для посетителей и кухню. Гостям таверны можно было наблюдать, как повар заведения «Додак» для них готовил. Готовое блюдо забирала подавальщица и разносила по столам. Изюминка кафе была в живой яйценосной птице додак, которая гордо восседала на этой самой стойке. Она привлекала внимание своим ярко-красным оперением и цокающими по столешнице коготками.

Мы заняли столик в самом углу. Грозный с Лапочкой спрятались под стол. Я им предложила занять более выгодное положение, но Лапочка мне ответила, что это самое лучшее место. Я не стала их переубеждать.

Так как мы не разбирались в местной кухне, я попросила Айриха помочь нам с выбором. Для полноценного обеда было еще рановато, поэтому он заказал сытные пироги с разными начинками, помимо них мужчины взяли каждому по омлету с копченостями.

Пока готовился заказ разговора не складывалось, ибо я погрузилась в наблюдение за поваром, который и сам напоминал пирожок своей вытянутой по краям формой и плотной сердцевиной. Он был таким ловким, что готовка в его исполнении стала затягивающим зрелищем. Приветливая девушка принесла нам наш заказ, когда кухонное волшебство подошло к концу.

Ларн обратился ко мне с вопросом, вынуждая вернуться из простой жизни в ту, где мне предстояло спасти дочку одного из мастеров, а я являюсь единственной ведающей на всем континенте:

— Василиса, как тебе совет?

— Хааш и Хена вызывают у меня искреннее сочувствие. Эта супружеская пара находится на своем месте в системе управления, они показались мне справедливыми. Про остальных что-то определенное сказать я не могу. — ответила я.

Я, действительно, так думала. Это не они выдернули меня из моего мира. Хааш и Хена сделали все, что было в их силах, обратились за помощью ко всем, к кому могли и, к моему глубокому сожалению, у них ничего не получилось. Молиться богам, когда твой ребенок умирает — это было не то, чтобы самое основное, это было единственное, что им оставалось. За что мне было их винить? За то, что богиня Эндана их услышала и помогла? Так, это означало, что они заслужили божественной помощи. За что меня забрали из привычного мира? Так, это для того, чтобы я спасла их дочь. Наказанием это было для меня или благословением мне еще предстояло узнать. Я не буду спорить с волей богини пока, я постараюсь выполнить миссию, из-за которой мы сюда попали, но потом… потом я попытаюсь вернуться.