Александра Долматова – Сделай выбор (страница 22)

— Хорошо, а как вам такое? — Губы девицы расплылись в неприятной улыбочке. — Этот парень с десяти лет интересуется лекарственными зельями и травами, он сам рассказывал! Уж чего—чего, а приготовить успокоительное ему под силу.

— Верно, — присоединился к подруге русоволосый. — А еще, Жинжер делал мне обезболивающий укол, когда я сломал ногу на боевой культуре, так что со шприцом обращаться умеет.

Наступила тишина. Парочка разоблачителей замерли, напряженно вглядываясь в пустоту, сам обвиняемый мялся на месте и не смел оторвать взгляда от пола. Наконец над нами раздалось тихое: «Принимается», и парень буквально растворился в воздухе. Мы с друзьями ошалело переглянулись.

— И... — неуверенно протянула я. — В результате-то что? Жинжер оказался убийцей?

— Узнаете в конце игры, — безразлично сообщил ИРПИ и добавил: — А сейчас, время следующего хода.

Должна сказать, чем меньше становилось игроков, тем сильнее запутывалось расследование. В третий раз в качестве жертвы я выбрала русоволосого адепта — того самого, что предъявил обвинения Жинжеру. И какого же было мое удивление, когда в следующее мгновение парень исчез, а иллюзия объявила:

— В одном из переулков на окраине Астонии был найдет труп адепта Шардола. Жертва умерла от неконтролируемого приступа... смеха.

— Э-э-э... — в этот раз рыжик был явно поражен методом убийства. Да и остальные тоже. Я сама стояла и глупо хлопала ресницами. Выходит, мой выбор все-таки на что-то влияет? Или нет? И что за идиотская смерть!? Опять ИРПИ издевается?

— Раз предположений ни у кого нет, — правильно понял всеобщее молчание преподаватель, — объявляю новый ход.

По итогам следующего раунда из игры выбыл Фрэд (и снова мои указания были проигнорированы), а затем и Кайл. Путем хитрых схем и совсем уж сумасшедших цепочек нам с Вильдой удалось осудить девчонку, что вместе со своим напарником избавилась от Жинжера. Затем жертвой стала еще одна девушка, а осужденным — последний одногруппник, и вот, мы с Трэвом остались в симуляторе вдвоем...

— Двое преступников выжили, — подвела итоги иллюзия. — Игра окончена.

— Серьезно? — Рыжик ошалело вылупился на меня. — Мелкий, так ты убийца?!

— И ты тоже!? — я была потрясена не меньше парня.

— С ума сойти, — пробормотал тот, а затем как-то странно сощурился. — Стоп, ты зачем своего напарника и Фрэда убил?

— Я? — ощущение подвоха, о котором я уже успела позабыть, накатило с новой силой. — Я думал, это ты...

Мы с Вильдой с подозрением уставились на друг друга. Но если это не он избавился от друзей, и не я, то выходит...

Неожиданно перед глазами все поплыло. Помещение начало меняться, стулья исчезать, шторы окрашиваться в другой цвет, а в следующее мгновение мы с Трэвильдом стояли в кабинете, окруженные десятью растерянными адептами.

— Ник, что сказал ИРПИ? — поинтересовалась эльфийка, как только нас выкинуло из симулятора.

— Вы выиграли? — спросил один из одногруппников.

— Что насчет награды?

— Трэв, Ник, а вы тоже убийцы?

— В смысле «тоже»? — из всего потока вопросов я выцепила главный.

— Ну... — Ветта отвела взгляд. — Просто мы тут поговорили, и... Представляешь, всем нам досталась роль преступника.

— Как это?

— Вот так, — усмехнулся Кайл. — Каждый из нас выбирал жертву, только не у всех она оказывалась в результате мертва. Подозреваю, ИРПИ останавливал время для всех поочередно. И ведь никто не догадался, что преступления мог совершать не один человек, и даже не два.

— О-о-о... — протянули хором я и Трэв.

— Кстати, — хлопнула в ладоши эльфийка. — Ребят, я тут кое-что поняла. Если бы мы изначально признались друг другу, убийств бы вообще не было!

— Совершенно верно. — Раздался вдруг знакомый голос. Дверь помещения отворилась, и в кабинет вошел ректор.

— Магистр Рокл?!

— Добрый день, адепты. К сожалению, сегодня вы меня разочаровали. Доверие — важная составляющая жизни актера. Если он не будет доверять своим коллегам, то как сможет работать в команде?

Все учащиеся пристыженно потупились.

— Увы, — продолжил магистр. — Но награда не достается никому. Задание выполнят другие люди, а вы продолжайте работать над собой.

С этими словами мужчина развернулся и вышел из аудитории. А мы — усталые, расстроенные собственной глупостью, разбрелись по комнатам.

Признаться, после этого случая я всерьез задумалась насчет признания. Уж не намек ли это был? Отмашка, что все уже, пора раскрыть перед друзьями карты. Но противоречивость речей ректора тогда и сейчас по-прежнему останавливала, и вызывала массу вопросов.

Учебные будни возобновились, мы с Кайлом стали выбирать миссии по серьезнее, один раз даже занялись настоящим расследованием убийства. А к началу зимы решили сделать небольшой перерыв. Впереди намечался праздник по случаю дня Всеединства, так что хотелось отметить его в Академии, в кругу близких друзей. Однако приближающееся торжество омрачил один случай...

В тот день я решила выбраться в город и пройтись по магазинам. Настроение было прекрасное — совсем недавно всем адептов выдали увеличенную стипендию, так что шоппинг намечался с размахом.

Вечерело. Руки уже были полны сумок с покупками, настроение из просто хорошего доросло до отличного. Я брела по одной из небольших улочек Астонии, когда неприятное чувство чужого взгляда заставило споткнуться и застыть на месте. Я даже назад оглянулась, но там никого не было. Потрясся головой и отругав себя за неуместные фантазии, продолжила путь. До главной улицы оставалось совсем немного — всего каких-то пару сотен метров, но тут оглушающее чувство опасности взвыло не хуже сирены, и я, сама не осознавая, что творю, резко подалась в сторону. Тело обдало жаром, а в паре сантиметров от меня пролетел гигантский огненный шар. Он с шипением впечатался в стену одного из домов.

— Сынок, ты в порядке?

— Д-да, — выдавила я из себя, продолжая смотреть вслед уже исчезнувшему плащу. Над моей съежившейся тушкой нависла женщина пенсионного возраста. Ее кожа светилась в темноте, а в речи отчетливо слышался акцент. Рядом с незнакомкой стояла еще одна пожилая дама точно такой же расы. — Все нормально.

— У тебя штанина прожжена, — обеспокоенно сообщила вторая бабуля. — Точно не нужна помощь?

От ее слов я наконец пришла в себя и перевела взгляд на свою ногу. Что ж... могло быть и хуже. Ткань приняла на себя основной удар, так что огонь лишь зацепил кожу, оставив на ней красный ожог. В другом мире и такая рана считалась бы серьезной, однако в Междумирье существовали прекрасные магические компрессы, которые могли снять последствия неудачной игры с огнем.

— Нет, спасибо, — я слабо улыбнулась и с кряхтением попыталась принять вертикальное положение. Движение отозвалось острой болью в ноге. У-у-у, пусть мне только попадется этот факир недоделанный! Горгульям скормлю!

— Вот негодники, совсем совести нет, — всплеснула руками одна из бабушек, помогая мне подняться. — Что не маг, то преступник! Житья от них нет!

— Верно-верно, — закивала вторая. — Повезло тебе, сынок, что мы подоспели. Не то бы этот разбойник тебя точно убил.

— Разбойник?

— Конечно, кто ж еще. Промышляет тут постоянно, испепеляет детишек для своего удовольствия.

— Серьезно? — Я недоверчиво покосилась на бабулек. Обычно новость о появлении в Междумирье преступника Академия узнает одной из первых. Однако заказов на розыск разбойника точно не поступало. Странно.

— Мы не врем! — возмутилась одна из женщин. — Нам Роклифна все-все рассказала! А ей Дариэлла. А той Ровар. А Ровар служит посыльным в отделе правопорядка, там ему уборщица о разбойнике проболталась. А уж она, наверное, подслушала разговор стражи.

— Не совсем. Это уборщице разболтал все посыльный, а уж она сообщила Дариэлле. — возразила вторая.

— Ты чего, совсем от старости рассудком помутилась? Уборщица не общается с Дариэллой уже два года, с того момента, как увела у нее мужа.

— Врешь!

— Да честное слово!

Я с трудом сдержала тяжелый вздох. Все понятно, разбойник этот — всего лишь плод фантазии одной из старушек. Хотела было поблагодарить дам за помощь, да распрощаться — нога с каждой минутой ныла все сильнее, так что требовалось поскорее наведаться в лазарет, но обнаружила, что две сплетницы уже потеряли ко мне всякий интерес. Пожав плечами, отряхнула испачканные в грязи руки и похромала к лесу. Пакеты с покупками, ровно также, как и мое настроение, оказались испорчены неизвестным. Хотя почему неизвестным? Я зло клацнула зубами. Ну, Джулиос! Ну, погоди! В том, что виновник всего этого безобразия именно огневик, а не какой-то там разбойник, я даже не сомневалась. Да и кому еще, если не ему? Значит, заприметил меня в лавке с микстурами, вспомнил все обиды и решил выследить, да отомстить? Хорош парень, ничего не скажешь!

Погруженная в собственные мысли я настолько отвлеклась от боли в ноге, что на остатке адреналина смогла не только добраться до леса, но и преодолеть расстояние до самой Академии. В лазарет ввалилась с хмурым выражением лица и волоча за собой пострадавшую конечность. Благо, орчанка не стала задавать вопросов — лишь молча осмотрела ожог, наложила на него компресс и наказала в следующий раз быть осторожнее. Она вообще крайне редко интересовалась происхождением ран адептов, даже осматривала — и то с позволения.