Александра Черчень – Три желания для Янтарного лорда (СИ) (страница 7)
Я мысленно вздохнула с облегчением. Если слушается – значит, самые обычные заросли, а не филиал Шепчущего леса. Шепчущие кусты – звучит же!
Шиповничек любезно убрал выступающие над землей корни, спрятал колючки и подсунул под руки ветки с уже созревшими ягодами. Я благодарно сорвала несколько штук и с наслаждением прожевала сладкую мякоть. От растения пришло пожелание, чтобы я взяла с собой несколько плодов и посадила где-то подальше от этого места.
Я вполне понимала несчастный шиповник. Живет на отшибе, с одной стороны жуть какое легендарное озеро, с другой не менее легендарный лес, через который не пройдешь. И ветром семена не унесет, и на сапогах случайного путника не уйдут, и в звере не ускачут.
Вот и размножаешься на своем участке земли. А хочется-то экспансии!
Подготовка к ночлегу была быстрой. Достала из рюкзака одеяло и подстилку. Полезная все же штука – магия! Раз – и у тебя в сумке дополнительное безразмерное отделение.
Ну а утро добрым не было!
Потому что стоило мне открыть глаза, как взгляд уперся в сидящего в метре от меня так и не сожранного фоморами Янтарного. Он сидел на заботливо организованном шиповником кресле, сплетенном из корней и веток. Гладил листочки, нежно касался ягод и, судя по крайне сочувственной ушастой морде, тоже слушал мысленные стенания растения о тяжкой судьбинушке.
– Как я тебя понимаю, – тихо вздохнул фейри, и на его ладонь опустилось сразу несколько плодов. А после взгляд упал на меня, и высший расплылся в улыбке. – Ула, ты проснулась! А я там завтрак приготовил.
– Ты… что?
Интересно, я еще не проснулась или как? Или я простудилась после вчерашнего купания и теперь мне такой вот оригинальный бред мерещится?
– Завтрак, – не поленился повторить лорд. Поднявшись, переместился ко мне, не церемонясь, подхватил под мышки и поставил на ноги. Поправил мою растрепавшуюся косу, и потащил за собой со словами: – Мы плохо начали! Вернее, ты решила, что плохо.
Я уже собралась было сказать, что простила его безо всякой компенсации, как уловила дивный запах… еды.
Булочек. Свежих булочек, что лежали на подносе рядом с фруктами. А на большой тарелке аппетитно дымилась яичница-глазунья с беконом.
– Я человек, мне нельзя есть то, что ты мне даешь, – скорее себе, чем ему, напомнила я.
Принимать еду от фейри, если ты за нее не платил, – себе дороже. В лучшем случае тебе могут подсунуть какую-то аппетитную на вид гадость, и будешь маяться желудком, а в худшем посчитают, что ты теперь тоже что-то хорошее должен сделать для такого прекрасного представителя дивного народа.
Высший только насмешливо фыркнул и, щелкнув своими ногтями, состоящими казалось из цельного идеально отшлифованного камня, сказал:
– Я, Аламбер, хозяин Янтарного холма, повелитель древней Смолы, заклинатель Времени и господин Драгоценного Хребта, даю слово смертной деве по имени Ула, что еда из моих рук безопасна. И не влечет за собой долга. Так будет отныне и впредь. Довольна?
– Да!
И я уселась на траву, схватив тарелку. Хоть что-то хорошее!
Янтарный некоторое время с интересом следил, как я ем, а потом великодушно сообщил:
– Помогу я тебе, Ула! Понравилась ты мне.
Я подавилась булочкой, в которую только что запустила зубы.
– В каком смысле?
От помощи этого фейри хотелось бежать сверкая пятками. Вот не зря я тогда и встречи с «Ведающим» хотела избежать. Интуиция – не иначе!
– В прямом, – проникновенно посмотрел на меня высокий лорд. – Хорошая ты девушка. Целеустремленная!
– И?..
– И я знаю, как тебе обрести силу!
– Ну и?
Да, я не отличалась красноречием, но после всего, что случилось, болтать с таким опасным существом с настолько интересным чувством юмора не хотелось. А если бы я погибла в том лесу?! Да добровольно я бы в него не сунулась!
Но обрести силу очень хотелось, потому я до сих пор я сидела и слушала.
– В общем, для начала нам нужно найти волшебные сапоги, – с очень умным видом начал Аламбер, загибая первый палец. Янтарный ноготь сверкнул, несмотря на отсутствие прямых солнечных лучей. – Сапоги не простые, они выведут тебя на нужную дорогу, доведут до нужного дома.
– Судьбоносные и путеводные сапоги. Какая прелесть.
– Вот ты иронизируешь, а зря, между прочим. Ты выросла в Стране фей, как вообще можно настолько скептически относиться к магии! Ты сама хочешь стать фейри!
– Поняла, сапоги, – решила не спорить я. – А дальше?
– А дальше ты заходишь в этот самый дом, зовешь хозяйку и просишь отдать тебе драную ткань из чулана. Тебе будут сулить шелк и атлас, предлагать бархат и драгоценные полотна, расшитые камнями, – не бери! Только драную из чулана!
– Ты издеваешься?! – наконец вспылила я. – Совсем за дурочку меня держишь? Причем тут обретение сути и какая-то ткань?
– А ты сказок не читала? – подмигнули мне лукаво прищуренным глазом. – Все не то, чем кажется, малышка Ула. Мы – фейри! И часто самое неказистое и есть самое драгоценное! И вообще, даю слово, что это приключение на шаг приблизит тебя к обретению силы. Я, Аламбер, хозяин Янтарного холма…
Пока он приносил клятву по всем правилам, я нервно покусывала то нижнюю губу, то булочку. Булочка оказалась с яблоком и корицей, потому ее кусать, конечно, было интереснее.
Высший, видимо, понял, что мне нужно время, потому поднялся и сказал:
– Вернусь через час. А ты поразмысли.
Я и поразмыслила. Доверять ему отчаянно не хотелось, но выхода у меня не было.
Мое путешествие в ночи Холлан-Тайда уже началось, и оно привело меня к этому фейри. Ну или его ко мне… Значит, все правильно. Вдобавок такими клятвами не разбрасываются, так что он действительно знает, что делает.
Ну а что касается сапогов и ткани… такие легенды я действительно слышала! Потому, когда Аламбер вернулся, я обрадовала его своим согласием, и мы отправились искать судьбоносные сапоги.
– Вот они! – торжественно заявил дивный, ткнув пальцем в… в… них.
Внешний вид сапог не выдерживал никакой конкуренции.
Вообще. Даже если задаться целью и ходить в одной и той же обуви двадцать лет, проверяя ее на прочность решительно везде, – та пара и то была бы в лучшем состоянии!
А в этой, мне кажется, шатались по всем злачным местам Волшебной страны, начиная с Мертвых Болот и заканчивая пещерами хобгоблинов. А на обратном пути предыдущий хозяин судьбоносных сапогов мотанул время на несколько столетий назад и прошел по самым злачным местам загаженного человеческого города.
– Аламбер, это не могут быть они, – попытала удачу я.
– А я уверен, что они! Все, как написано в книге: были закопаны под камнем с распятым на нем лордом Светлого Дола.
Я бросила взгляд на жавшихся в сторонке троллей. Злобные громилы трепетно обнимались каждый со своей лопатой и с завистью посматривали на уже давно мертвого лорда Благого Двора, чей высохший труп по-прежнему был прикован к мраморной глыбе.
– Говорила мне мама, что грабеж до добра не доведет. Жил бы спокойно охотой и собирательством, так нет… – тихо пробормотал один из них, за что получил тычок под ребра от второго.
Да-да, грабеж – это плохо! Особенно плохо нападать на тропе на беззащитную девушку и субтильного на вид типа, закутанного в темный плащ. Тип может оказаться высшим лордом и очень обрадоваться тому, что рабочая сила нашлась сама и не придется копать собственными высокородными лапками!
В общем, да, спрятана обувочка была действительно на совесть.
– Они больше моих ступней на несколько размеров!
– Ула, малыш, везде свои недостатки! – развел руками Аламбер и, раскланявшись, сказал: – А дальше сама.
И пропал! Опять пропал, оставив меня с двумя троллями, которые явно были очень недовольны своим унижением! Тролли многообещающе оскалились, но тут из воздуха высунулась мужская рука со знакомыми янтарными когтями и погрозила здоровякам пальцем.
– Мы пойдем, – дружно решили низшие фейри.
Спустя минуту я осталась на поляне только в обществе сапог и мертвого хозяина Светлого Дола.
Устало села на плиту и тронула ногтем вбитый в камень штырь, к которому крепились цепи.
Было жалко.
И себя и вот этого несчастного. Кажется, это про него я лет пять назад в книжке читала. Мать приносила на предмет изучения войны между Благими и Неблагими.
Насколько я помню, он не был злобным самодуром. Вполне себе типичный рыцарь Благого Двора. Златокудр, зеленоглаз, прекрасен и в доспехах. Кстати, они до сих пор на нем… даже не заржавели. А вот от красоты ничего не осталось. Оставшиеся волосы как слежавшаяся пакля, глаза высохли, а кожа пергаментом обтянула кости.
А еще говорят, что фейри так просто не убить… Вот он – мертвый дальше некуда.
Бывший Господин Светлого Дола, наказанный Королевой Титанией за измену. По одной из версий рыцарь написал стихи леди Неблагого двора, да не абы какой. Та леди наслала гнусное колдовство, в результате которого Благая королева целых тринадцать лет носила непрозрачную вуаль…
Может, действительно все случилось именно так, а может, и совсем по-другому… Но мне казалось, что в любом случае наказание было слишком жестоким.