Александра Черчень – Невинность для Зимнего Лорда (СИ) (страница 18)

Ощущая, как пальцы Лейдина смелеют, и мое тело не остается равнодушным к таким вольностям, я тихо пробормотала:

— А… как же твое здоровье. Разве можно сейчас?

— О, моя маленькая княжна, мне не просто можно, мне нужно! — мужчина опрокинул меня на спину и навис, опираясь руками по обе стороны от лица. — Это исцелит меня лучше любой магии.

— Разве? — краснея спросила я, ощущая, как в живот утыкается более чем весомое доказательство хорошего самочувствия лорда.

— О, да, радость моя, — пробормотал он, начиная покрывать поцелуями мою шею, спустился к скромному декольте и нетерпеливо скользнув языком по коже, сказал. — Какое счастье, что на тебе не это пафосное убранство в лучших традициях крионских князей! Его дико неудобно снимать и даже если просто задрать, там еще три нижние сорочки, юбки и панталоны для парашютистов.

Я хихикнула, от того как метко и смешно он охарактеризовал удивительно красивый, но столь же неудобный наряд моего народа.

А дальше мне было не до смеха, потому что Зимний наглядно, а также тактильно продемонстрировал то, насколько ему больше нравится это платье, а особенно то, что под ним. Подол синего наряда был бесцеремонно задран и не успела я даже пискнуть от возмущения, как ощутила на коленке горячие пальцы, которые тут же скользнули выше по бедру, пользуясь тем, что Майский элементаль принес все то же неприличное белье из чужого мира. Уже не два клочка и три веревочки, как памятный алый комплект, но все равно весьма и весьма откровенное по моим меркам и взглядам, которым были привычны скорее упомянутые Лейдином “панталоны-парашюты”.

— Что мы так дрожим? — спросил Лейдин, властно сжимая одну ягодицу и переходя ко второй. — Помнится, ты была очень смелой когда просила тебя связать…

— Потому и была смелой, — краснея ответила я, прикрывая глаза и наслаждаясь ощущениями. — Безвыходность положения имеет свои прелести. Особенно когда до этого только страх неизведанного мешал оценить их.

— Но теперь-то страха нет?

— Зато смущение осталось.

— Думаю, мы с ним справимся, — поднимаясь к моему лицу, прошептал мужчина.

Он приподнял мой подбородок и коснулся губ нежным, почти трепетным поцелуем, который все длился и длился… Терпкий, как выдержанное вино и такой же пьянящий, сладкий настолько, что хотелось еще и еще, им было невозможно насытиться. Я первая легонько куснула Зимнего за нижнюю губу и он усмехнувшись, углубил поцелуй, и тот сразу перестал быть настолько томным и неторопливым.

Я выгибалась в сильных руках, требовательно запускала ногти в широкие плечи и целовала, целовала, целовала в ответ, совершенно забыв и о приличном поведении, которое должно было быть свойственно крионской княжне и обо всем остальном.

Какие могут быть нормы морали, когда ты сидишь на мужчине, потираясь о его мужскую плоть, ощущая твердость пока еще сквозь ткань белья, и она уже мокрая настолько, что кажется раздражающе лишней? Какие приличия могут задерживаться в голове у молодой девушки, если руки мужчины требовательно сжимают ее груди, играя с острыми вершинами сосков, а горячий рот скользит по шее все ниже и ниже… и ты со сладким предвкушением понимаешь, что на этом он ни за что не остановится?

Лейдин одним движением стянул с меня платье и небрежно бросил на пол, а после притянул ближе, сразу поймав сосок ртом и втянув в рот. Я охнула, ощущая как играют с нежной плотью губы и язык… которые явно знали, что и как надо делать.

Я запустила пальцы в белые волосы и, выгнув спину, протяжно застонала. Перед невидяще распахнутыми в потолок глазами искрились и вились разноцветные вихри и мне почему-то поневоле вспомнились пресловутые бабочки. Но сейчас все было не важно.

Не важно ничего, кроме наглых и уверенных рук, которые уже гладили бедра, не стесняясь забирались под белье и ласкали влажные лепестки сокровенного местечка.

— Вот, маленькая, вот так, — смотрел на меня Лейдин лихорадочно блестящими глазами и, казалось, всем существом впитывая мой образ. Такой вот… обнаженной, с бесстыдно торчащими сосками, нетерпеливо двигающейся навстречу пальцам внизу, что давно уже хозяйничали в лоне, вонзаясь в будоражащем кровь ритме.

Я вцепилась в плечи Зимнего до боли, с силой проводя ногтями по белой коже и оставляя красные следы. В теле словно бесовский огонь ожил. Мне было невероятно хорошо и так же невероятно невыносимо. Хотелось, чтобы все скорее закончилось, наконец окунув меня в сверкающую бездну наслаждения, но еще и хотелось, чтобы это длилось вечно.

Вспышка перед глазами и мои стоны, которые я уже не могла сдержать закушенные губы…

Боги, если все запретное так прекрасно, то я точно стану отъявленной грешницей. Тем более, у меня есть восхитительный учитель, более чем сведущий в плотских радостях.

Я устало сползла пониже, устраивая голову на подушках и всерьез вознамерилась отдохнуть после произошедшего.

— Ку-у-уда? — с порочным смешком спросил мужчина, обхватывая меня рукой за талию и приподнимая, а второй освобождая свое достоинства из плена одежды. — Все только начинается, малышка.

— Что? — ошарашенно пробормотала я и ощутив, как нижних губ коснулась большая головка округлила глаза и длинно выдохнула, когда член плавно вошел одним движением.

— То-о-о, — прошептал Лей, прикусывая мочку уха и, вновь меня приподнимая, чтобы резко опустить на свой могучий стержень. — Какая ты…. ох..

— Какая? — задыхаясь спросила я, не отрывая взора от его глаз, сверкавших завораживающей темной страстью.

— Нежная, — еще одно движение от которого я едва слышно застонала. — Очень нежная… очень горячая… очень влажная… очень для меня готовая.

От этих пошлостей здравый рассудок окончаотельно меня покинул. Я стала двигаться уже сама, все быстрее и быстрее, в попытке вновь достичь той вершины блаженства и привести к ней Зимнего. Он до синяков сжимал мои бедра, лихорадочно вскидываясь и толкаясь в меня, а я лишь прикусывала в ответ его шею, чтобы не кричать в голос.

Время перестало существовать, реальность потерялась в ощущениях и наслаждении, которое с каждой секундой, с каждым движением, становилось все сильнее и сильнее.

И вот, вершина, финал, вспышка, я снова разлетелась на сверкающие осколки и осыпалась вниз, на грешную землю.

Пришла в себя я несколько минут спустя. Мы лежали рядом, Зимний нежно и трепетно меня обнимал, гладил животик и периодически целовал, то в щечку, то в носик, то в шейку, то в губки. Иногда увлекался и целовал в губки уже более серьезно, но я не имела ничего против.

— Это было…. потрясающе, — не удержалась я, и поделилась эмоциями.

Зимний только самодовольно улыбнулся и опять полез целоваться, подминая под себя. Но далеко мы не зашли, он почти сразу отстранился и, заботливо закутав меня в покрывало, спросил:

— Пить хочешь?

— И покушать тоже не откажусь! — прислушавшись к своему организму, проговорила я.

— Сейчас все будет, — кивнул Лей и, натянув обратно штаны, хлопнул в ладони призывая одного из элементалей.

В воздухе закружились снежинки, и материализовался Снежный, почтительно спросивший о том, что господам угодно. Когда он пропал, я спросила у Лорда.

— Лейдин, а как теперь быть без Вьюги? У всех Времен Года явно неспроста именно три элементаля…

— Да, тут как в старых легендах “на трех китах” держится наша сила. Проще управлять стихией, когда у тебя она разделена на трех полуразумных помощников.

— Но они слуги… Может это и оскорбило Вьюгу? — осторожно предположила я.

— Лио, ты не понимаешь… мы не рабовладельцы, мы всегда разрешали элементалям заниматься тем, что им больше всего нравится. Вьюга и правда не очень любила домашние хлопоты, потому занималась в основном другим… Ей не на что быть обиженной.

Я промолчала, подумав, что раз мужчина так говорит, то у женщины точно есть причина для того, чтобы дуться. Но ввиду того, что обжигающе-холодная ярость Вьюги едва не убила меня и моего нерожденного ребенка — сочувствовать я ей не спешила.

Однако, думаю, Времена Года не дураки и такое происшествие на самотек не пустят.

Словно вторя моим мыслям, Лейдин задумчиво протянул.

— Но несмотря на все мной рассказанное Судьба все же смогла подловить на чем-то одну из моих слуг.

— Это ее проделки? — неверяще спросила я, потому как слишком уж расходился в моей голове величественный образ мудрой и всепонимающей Судьбы из храмов моего мира и вздорной женщиной обидевшейся на мужской отказ. В конце концов мстить за такое — себя не уважать…

Но ладно, как говорится не суди и не судим будешь.

Отвлекая меня от умных мыслей, по груди скользнули руки Лейдина и, неверяще вскинув на него глаза, я поинтересовалась:

— Что… опять?

— Опять! — довольно кивнул он и опрокинул меня на кровать, покрывая смеющееся лицо поцелуями…

Уже после мы стояли у окна обнявшись, Зимний рассказыввал мне легенды о незнакомых созвездиях в небе и перебирал пальчики, периодически их целуя.

Было… красиво и спокойно. Умиротворенно и светло.

Горы искрились в холодном свете звезд и луны, сосновый лес, запорошенный снегом, качался на ветру, от чего шапки искристых снежинок падали вниз.

Мне было хорошо.

— Лио… — тихо сказал Лейдин.

— Да? — почти не слышно откликнулась я.

Он развернул меня к себе, нежно поцеловал в лоб и произнес:

— Мы с тобой неправильно познакомились с точки зрения нормальных людей, отношения развивались тоже не совсем правильно. Было много всего…. и будет наверное еще больше, так как нам предстоит провести вместе жизнь, ранее я не приносил никаких клятв и обещаний, но теперь хочу.