Александра Черчень – Курсовая (страница 4)

– Ла-Шавоир… Позволено ли мне вас приветствовать? – мягко спросил светловолосый, и я на миг прикрыла глаза. Никогда не слышала настолько необычного голоса. Тягучий, как мед, бархатный, почти ощутимо ласкающий кожу, и эротичный, до состояния «я уже твоя». Это что вообще такое?! Юля, очнись!

– А у меня есть варианты? – иронично ответил Феликс и великодушно разрешил: – Приветствуй!

– Это была шутка.

Р-р-раз – и меда в голосе не осталось. Меня мигом пробрал озноб, и спустя еще пару секунд я поприветствовала вернувшийся разум. Только вот теперь стало интересно, что это за тип. Честно старалась смирить любопытство. Очень долго и старательно. Почти десять секунд. Но это было сильнее меня! Я быстро, всего одним глазком!

Сказано – сделано. Осторожно выглянула из-за плеча Феликса. Правда, пришлось встать на цыпочки, но это же такие мелочи! Наглый тип, представлявшийся по голосу прекраснейшим, оказался обладателем надменной морды аристократа в энном поколении, на которой аршинными буквами было написано: «Смерть несовершенству!» Собственно, кроме этой откровенной породистости, ничего особенного в нем не было. Высокий блондин с черными глазами, высокомерным выражением лица и острыми ушами. Привет эльфам! Я искренне считала, что вы посимпатичнее…

Ла-Шавоир, разумеется, в это время не молчал, и я решила прислушаться к набирающему обороты скандалу.

– А вы, Элливир, много на себя берете, и хамство вас совсем не красит. Как и все остроухое племя.

Элливир… Изумрудный город… Гудвин… Элли. Что за дурацкая сказка?! Почему ЭТО – Элли?!

Я еще раз оглядела «сказочный персонаж», и мне захотелось ругаться матом. Похоже, психолог скоро понадобится мне.

– Неужели? – В голосе «Элли» опять тягуче переливался соблазн. – А будет ли мне позволено поинтересоваться, какое занятное создание вы держите за руку?

Так-с… Это я, насколько понимаю?

– Позволено, – великодушно кивнул зеленый. – Это та, к кому вам придется прислушиваться в дальнейшем!

Похоже, заявление болотника никого из присутствующих равнодушным не оставило. Но если у меня натурально отвисла челюсть, то Элливир владел собой лучше и просто недоверчиво уставился на оппонента огромными антрацитовыми глазами. Ох, какие глаза… Как космос. Даже серебряные искры появились. Словно звезды…

– С чего бы это? – мягко спросил блондин.

Я потрясла головой и подавила желание обо что-нибудь ею побиться. Мне никогда не нравились мужчины такого типа, а уж настолько высокомерные – тем более… Да что это такое?!

– Так решил Гудвин.

– Забавно, – мурлыкнул эльф, и у меня опять перехватило дыхание.

Взглянула на остроухого в поисках того, за что им можно так восторгаться, но опять не нашла. Впрочем, физиономия Элли тотчас показала, что та степень надменности, какая там была до этого, – еще не предел. Он отвернулся, явив горбоносый профиль, и спросил у Феликса:

– Ла-Шавоир, а с чего это мы, высший народ, должны слушаться переселенку? Причем, судя по глуповатому выражению ее лица, совсем новенькую.

– Тебе повторить? – сладко поинтересовался зеленый. – Правитель так хочет. Вы у нас в гостях, притом с определенными целями, а еще и с определенными проблемами. То есть в ваших же интересах, Медный, прислушаться к настоятельным просьбам Гудвина.

– Это унизительно, – спокойно ответил Элливир.

– Это оправданно, – покачал головой Болотный лорд.

– Хорошо. – Блондин, подхватив полу черного одеяния, склонился в грациозном поклоне. И добавил: – Буду рад новой встрече, но в другой обстановке, девушка.

Он клыкасто ухмыльнулся, и меня навестили прежние мысли о званом ужине. А этого не позвали, вот и злится. Но не пора ли прекращать чувствовать себя дичью?

– Леди, – резко поправила его я.

– Что? – В черных глазах на миг отразилась растерянность.

– Леди. – Я вышла из-за широкой спины кикимора и прямо взглянула в невероятные очи, изо всех сил пытаясь в них не потеряться. – По рождению и праву, лорд Элливир, потому настаиваю на соответствующем обращении.

– Правда? – Темно-золотая бровь поползла вверх.

– Юлия Аристова, – четко, по-военному, склонила голову и вновь с вызовом посмотрела на него.

– Как скажете. – По чувственным губам скользнула улыбка. – Юла Ариста.

– Что?!

– Так ваш род звучит на нашем наречии, – пояснил он. – До встречи… леди.

Потом он стремительно развернулся и удалился в сопровождении охраны.

Мы с Феликсом некоторое время задумчиво смотрели вслед этому невероятному типу, а затем я спросила:

– А у эльфов тоже засуха была?

– Да, – рассеянно ответил зеленый. – Даже сильнее, чем у нас. У них человейков даже в зоопарках не осталось. А еще «прогрессивная страна, гуманизм – наше все»…

– Вот тебе и вегетарианцы, – ошарашенно пробормотала я, с содроганием вспоминая набор белых красивых зубов остроухого.

Глава 2

Минут через десять мы сидели в просторном кабинете и задумчиво смотрели друг на друга. Не знаю, о чем думал Феликс, а я пыталась составить список вопросов. По степени важности. Но Болотный лорд, видимо, не горит особым желанием со мной общаться, а соответственно, и просвещать.

Отдыхая от странного облика моего визави, я начала разглядывать кабинет. Ведь помещение, в котором человек проводит много времени, часто несет на себе отпечаток личности хозяина.

Комната была… темной. Но не давящей. Странно, но факт. Или такое впечатление складывается из-за задернутых коричневых гардин? Свет едва-едва проникает в комнату, и его хватает только на слабое освещение лица собеседника и общих черт обстановки?

Стены отделаны панелями темного дерева, массивный стол стоит в углу и производит весьма солидное впечатление. На нем располагается небольшой глобус, массивное пресс-папье и лежат несколько папок и листов бумаги. На стене за Феликсом висит большая карта, зрительно разделенная на четыре сектора. Из-за полумрака точные цвета разглядеть, к сожалению, не смогла. Тут было также несколько картин и пара этажерок с какой-то мелочовкой за стеклом.

Вывод? Хозяин кабинета – аккуратист, деловой человек, возможно, коллекционер. Любит стиль минимализма. А теперь можно поразмышлять о том, куда я вляпалась. Кстати, не без посильной помощи зеленого.

Что мы имеем? Проблемы. Притом их масштаб абсолютно неизвестен. Это в целом.

А конкретно:

А) Мне предлагают работу. Уже неплохо, так как работа – это предположительно деньги и какой-то статус в местном обществе. И если учесть то, что нахожусь я во дворце, статус наверняка немалый. Контингент, конечно, своеобразный, но мы переживем. В конце концов, женщины и в другом мире – женщины. А я на то и психолог, чтобы со временем разобраться в их… особенностях.

А теперь переходим к неприятному.

Б) Эльфы. Как много в этом слове!.. В принципе, это можно было бы сделать подпунктом графы «А», но, наверное, все же стоит поставить отдельно. Так как эльфы – это проблема. Как минимум одна, но зубастая.

В данный момент во дворце происходит непонятное. Местные дамы внезапно оценили прелесть длинноухих мужиков. Все бы нормально, если бы дамы не были иного вида разумных. И раньше такого эффекта не было.

– О чем вы думаете? – внезапно нарушил тишину Ла-Шавоир.

Я откинулась на спинку стула и внимательно посмотрела на его резкое, темное лицо с неожиданно светлыми глазами. Почти неприятно светлыми…

– О том, куда вы меня втравили.

– Лучше бы подумали о том, что в незнакомом месте стоит держать свой гонор при себе, – нахмурился кикимор. – Тем более не хамить в лицо Хозяину Медной горы.

– Кому? – Я нервно рассмеялась.

Ох, Юлька, хотела ты в жизни сказки! Вот получай!

– Хозяину одной из трех поющих гор эльфов, – пояснил Феликс. – Не любят их, но уважают. Визита Элливира мы не ожидали…

– Официальная причина?

– Урегулирование конфликта и налаживание дипломатических связей. Притом если первое разрешили быстро и достаточно просто, то со вторым возникли сложности. – Феликс наклонил голову и устало потер переносицу. – Эльфы желают плотно общаться, всячески взаимодействовать и даже согласны пойти на уступки в таможенных вопросах.

– Как понимаю, раньше такого не было? Из-за чего конфликт? – Заметила промелькнувшую на лице собеседника досаду и резко добавила: – Господин Ла-Шавоир, вас никто не заставлял тащить меня сюда. Насколько я успела понять, переселенцы в этом мире нередкие птички, и, стало быть, то, что мной занялся сам управляющий дворцом, это нонсенс. Поэтому продолжаю настаивать – я нужна вам. А мне нужна информация. Извольте ее предоставить. Вы не поверите, но жить мне очень хочется. И желательно благополучно.

О своем желании как можно скорее вернуться домой я говорить не стала. Если у него на меня планы, то это надо держать при себе. Да и вообще… дома меня никто не ждет.

Поэтому сейчас я прямо смотрела в неестественно голубые глаза и не позволяла ни единой эмоции отразиться на лице. Я не сомневалась в его желании сделать из меня марионетку. Но куклы бывают разные.

Да я и правда по рождению аристократка. Пусть жили мы не как при Российской империи, но понятия о чести и самоуважении родители мне внушили. И я не я буду, если какому-то зеленому водяному позволю использовать меня вслепую!

– Юлия… – Он наклонил голову и медленно провел указательным пальцем по подбородку. – Хорошо. Вы – дар. Дар богини. Я просил – она выполнила. Но, к сожалению, мы не всегда получаем желаемое.