Александра Черчень – Герцог для сиротки. Академия магии (страница 45)
— А почему маги сами себе такое не делают? Я вот уже подумала свои ботинки зачаровать.
— Видите ли, Хеллиана, далеко не каждому хочется с этим возиться и далеко не каждый это умеет. Возьмите хоть вашего студенческого куратора…
Помянув Тариса, профессор сокрушенно покачал головой и вздохнул.
— Словом, большинству магов проще купить шубу и укутаться шарфом, чем тратить на свое утепление время и резерв. А кроме того, мисс… Увы, но это запрещено. На втором курсе вам будут читать основы государственного права, и вы узнаете много нового…
Что-то кажется мне, не все новое будет приятным. Надо же! Как-то раньше я не задумывалась, что от учебы и печаль бывает…
А мой наставник опять тряхнул длинной челкой и продолжил:
— Бытовые маги делают, конечно, но потихоньку и с оглядкой, накладывая вдобавок заклинания отвлечения внимания. Я уж не говорю о том, что бытовиков не так и много, и не всех учат… многому. Вспомните свое училище: исключительно обыденные, чисто житейские, слабенькие чары.
— На уровне первого курса академии, — напомнила я.
— Так уж? — усмехнулся профессор. — Это вы, мисс, углублялись в программу, изучали то, что в нее и вовсе не входит, не так ли? И только потому, что лично вам было интересно…
Так-то да. Мало кто себе голову морочил дополнительными книжками да занятиями.
— Разумеется, существуют реестры заклинаний, которыми теоретически может пользоваться любой маг. Закончив образование, каждый из нас получает доступ к стандартному реестру. А вот за расширенную версию, мисс Хеллиана, уже нужно платить — либо работать в определенном месте, где необходимы соответствующие знания.
Вот так вот… То есть если я залезу дальше программы академии, мне за это и косички оторвать могут? А то и государственной преступницей объявить? Непременно надо включить в мою личную программу основы права, точно пригодится…
— А еще, милая моя мисс, у нас патентуются далеко не все изобретения, — добил меня профессор.
— То есть развитие магии и ее применение тормозится на государственном уровне?
— Ну все не так страшно, — ободряюще улыбнулся Риот. — Однако я прошу вас советоваться со мной по поводу всех идей, которые приходят в вашу неординарную голову. Договорились?
В общем, из аудитории бытовой магии я выходила понурая и с очень далекими от любви мыслями.
Мир несовершенен… А ведь так прекрасен! Но к идеалу же можно идти? Пожалуй, это и есть моя цель. Ну, такая, далекая очень, в перспективе, но ведь серьезная и нужная!
— Хелли!
Вот как тут озаботиться мировыми проблемами, если в дверях учебного корпуса на тебя налетает твой куратор? Студенческий… И был бы он просто куратор, я бы, может, и не забыла мгновенно о глобальных вопросах, посетивших мою маленькую головушку. А так…
А так все из головы вылетело, стоило поднять голову и глянуть в синие глаза И почему-то стало очень обидно, что меня не схватили в охапку, не одарили обиженным взглядом, не… Ничего не!
— Я полчаса уже тебя разыскиваю, — с заметным возмущением сказал мне Тарис, стоя на приличном и подобающем расстоянии: около метра. — Возьми!
— Что это? — пролепетала я, принимая тонкую папку и толстую стопку тетрадей.
— Все прочти, но тетради изучи внимательно и подробно — это мои официальные отчеты с осенней практики первого курса. Тебе следует хотя бы приблизительно представлять себе, чем мы будем заниматься и что от тебя потребуется. Осталось всего десять дней, Хелли, нужно готовиться.
— Да когда ж я все успею… — пробормотала я, прижав к себе довольно тяжелую пачку бумаг.
— Ты справишься, — невозмутимо уверил Тарис. — А я прослежу и помогу, если что. Так, что там у тебя с основами огня? Первый предмет для практики, учти. Впрочем, завтра проверим, считай, что у тебя завтра зачет.
Это точно вот этот деловой парень вчера говорил, что решил на мне жениться?.. Целовал на морозе…
— Хорошо, Тарис.
— Далее, — сказал он все тем же будничным тоном старшего товарища. — Ты сегодня после ужина сможешь уделить мне час времени? Нужно еще кое-что уточнить.
Я взвесила на руках выданные мне отчеты и вздохнула.
— Куда ж мне деваться…
— Тогда до вечера!
Мне кивнули и быстро зашагали в холл.
Не обернуться на него стоило трудов, но я справилась. У нас с герцогом Таргским дружеско-кураторские отношения, про остальное мы забыли. Видимо, оба. И это не обидно вовсе, а очень даже хорошо, вот!
Я вообще со всем способна справиться! Но в библиотеку за учебником права точно сегодня не попаду.
И плакать почему-то захотелось… Не иначе от учебной нагрузки, правда же, Хелли? Ведь правда?!
Потому что все другие объяснения настолько дурацкие, что не заслуживают даже того, чтобы их озвучили!
Тарис прав. Сейчас главное — практика!
Я морщила лоб, старательно пытаясь свести воедино новые данные о переплетениях стихийных потоков. Никак не получалось. Возможно, из-за того, что мозг был слишком взбудоражен другими событиями. Например тем, что вдруг снова снизошедший до меня Карыч сидел на моем подоконнике с уличной стороны и невозмутимо чистил перья. Не разговаривал, но пялился так выразительно, что спустя полчаса я не выдержала и спросила:
— Тебе что-то надо, вредная птица?
Оная птица лишь заклекотала, и ехидства во взгляде появилось еще больше. Словно что-то знал! Я подалась вперед и сердито задернула занавески. И без него беспокойства хватает!
Например, о кипе тетрадей Тариса, которую он, весь невозмутимый и деловой до невозможности передал мне сегодня днем для ознакомления. И сказал, что вечером еще надо что-то там уточнить.
Так вот — я ознакомилась. И вечер давно наступил…
Я бы даже сказала, что практически ночь на дворе! Одиннадцатый час как-никак.
Проверять меня он завтра собирался. А что сегодня уточнять будем, стесняюсь, спросить?!
Словно в ответ на мои мятущиеся мысли из гостиной донесся неуверенный голос Каролины:
— Хелли, тут к тебе пришли. Но мне, если честно, кажется, что тебя нет дома.
— Кто? — тотчас подорвалась я и выскочила в общее пространство.
Сердце на несколько мгновений замерло, а потом ускорило свой ритм. И правда пришли…
Тарис стоял в дверях, прислонившись к левому косяку плечом и скрестив руки на широкой груди. И надо сказать, что выглядел герцог совсем не как аристократ высшей пробы! Напротив, словно его болотные шусы всей стаей по самым терновым местам болота за шиворот протащили! Одежда грязная, потрепанная, а местами еще и подпаленная…
— Добрый вечер, Хелли, — поздоровался Тарис, подняв на меня прозрачные голубые глаза. Будто устал очень… — Прошу прощения, что задержался. У нас поставили спарринг.
— Ничего страшного, — переплетая пальцы, заверила я и тотчас попыталась перейти к делу. — Я тут практически все просмо…
— Отлично, — оборвал меня Тарис и со вздохом потер висок. — Пойдем куда-нибудь на нейтральную территорию, все мне расскажешь, и я дам кое-какие инструкции.
Я чуть замешкалась, но кивнула и метнулась в комнату собирать все необходимое. И уже краем уха слышала диалог в гостиной.
— Эм, Тарис, — начала Кари, и в ее голосе слышалась решимость. — Я не уверена, что это хорошая идея.
— Пойти куда-нибудь и обсудить грядущую практику? — с отчетливо слышимой иронией спросил герцог. — А какая хорошая? Мне сейчас ввалиться в комнату к Хелли? Я-то не против, поверь.
Очень хотелось заорать, что вообще-то я против! Но соседка справилась и без меня.
— Нет! Но вот гостиная…
— Под твоим пристальным осуждающим взглядом? Нет уж, увольте, — фыркнул в ответ Тарис. — Тем более моя подопечная не имеет ничего против нейтральной территории.
Я выскочила из комнаты и кивнула еще энергичнее.
— Одеваться не стоит, мы останемся в здании, — сказал Тарис, когда я потянулась к курточке.
Я покраснела, осознав свою неосознанную глупость. Действительно, в общежитии холлы есть, где ребята часто занимаются.
И мы вышли в коридор, а оттуда двинулись к лестничному пролету. Но, вопреки моим ожиданиям пошли не вниз, а наверх.
— Эм… — протянула я, насторожившись и подумав, что, возможно, Каролина была-таки права. — А зачем мы туда?
После резкого поворота перед самым носом появилась дверь чердака.
— Потому что последние дни перед практикой в других местах занимаются чем угодно, кроме учебы и деловых вопросов, — спокойно пояснил Тарис, открывая тяжелую створку и галантно пропуская меня вперед.