Александра Черчень – Герцог для сиротки. Академия магии (страница 29)
— Тетка моя всегда говорила, что от пуда краски только кожа портится, а девица клоуном становится! — назидательно сообщила я, собирая свои тетрадки. — Ну вас… Пойду к себе дальше думать…
— Хелли! — рассмеялась Каролина. — Да кто ж тебе пуд предлагает?! Это только дурочки малюются как ни попадя. А ведь просто ресницы подкрасить — это целая наука, чтоб ты знала!
Ну так-то да. Одна моя соседка в ПТУ и впрямь часами красилась, а потом смотришь — вроде и следа трудов не видать, а лицо будто другое стало — безо всякой магии! Но вот остальные!.. Как вспомню тот кошмар: щеки будто свеклой намазаны, ресницы забором чернючим стоят, а вокруг тучи синими тенями намалеваны — ну фингал фингалом! Жуть, короче. В академии и впрямь никто так не красится…
— Мне учить надо! Отстаньте! — предприняла я очередную попытку уклониться от наведения красоты и даже учебником закрылась, но девчонки уже загорелись.
— Не будь драконом! — потребовала Фиска, подступая ко мне с крошечным тюбиком и такой же кисточкой. — Давай, спинку выпрямила, глазки пошире раскрыла и огнем не дыши! Все смоешь потом, если не понравится!
Она тряхнула головой и засмеялась, а я…
Я покорно опустила книгу и расправила плечи. Не потому, что так уж согласилась, а просто вспомнила, глядя на Элифису.
Вот так же она не очень-то и давно смеялась, советуя мне: «Заходи к дракону сбоку! Вряд ли у драконов реакции такие же, как у лошадей, но к ним я бы тоже не рисковала подходить со стороны хвоста или морды…»
Сбоку…
Если вектор изломать именно что сбоку, тогда ж тот хитрый интеграл и встанет на нужное место! И вместо водопада мы получим легкий душ в режиме водной пыли, дракон и не заметит его! Легкая щекотка выйдет, может, даже и понравится.
Так…
А ветер, соответственно, не против чешуи, хоть так и легче будет грязь убрать, а чуть наискось…
Ага-а…
Но функция тогда? Это же парабола у нас выйдет?
Та-ак, но если парабола…
Посчитав немножко в уме и сбившись, я потянулась к перу, но Фиса ударила меня по руке и строго приказала:
— В уме считай! Я уж вижу, что осенило! Кари! Ну ты прикинь, как ее замуж-то отдавать?! Я ей стрелочки рисую, а ее вон осенило очередной идеей! Ужас что за девчонка…
— Не хочу я замуж! — пробормотала я, неохотно опуская руку. — Учиться интереснее…
— Не спорю, — вдруг кивнула Элифиса. — Местами и впрямь интереснее. Ты же для профессора Риота ту задачку решаешь? Совмещение бытовой магии со стихийной — его конек, я знаю. И приложений такого подхода тут непочатый край…
— Что я слышу… — задумчиво протянула Кари, возившаяся с моими волосами. — Эдак ты, Фиска, скоро круглой отличницей станешь и на доске почета в верхнем ряду герцога Таргского потеснишь…
— А может, и потесню! — откликнулась Фиса. — Вроде не мозги не жалуюсь.
— Ну-ну… В мозгах ли только дело?
— Отвяжись.
— Да я так, удивилась… Дай-ка гляну? Ох… Ох, Хелли!..
Мне под нос сунули зеркальце, и я не узнала смотревшую из него девушку.
И впрямь там принцесса была какая-то! Глазищи карие в пол-лица, носик тоненький да прямой, как с картины какой… И локоны эти на висках будто нарисованные, а тени от них скулы отчеркнули как-то совсем уж удивительно…
Не я это!
Точно не я!
Вот бы Тарису показать…
— Да ты у нас куколка… — неожиданно мягко проговорила Элифиса, отступая на шаг. — Я тебя научу так краситься, Хелли, это не особо и сложно. Ты и без того, конечно, так-то ничего, если честно… Но теперь хоть на конкурс красоты за призом отправлять. — И хмыкнула: — Никакой магии, а смотри, что вышло!
— Тебя, Фис, с руками-ногами любой салон красоты оторвет, — уважительно отозвалась Кари.
— У меня другие планы, — отрезала русалка.
А я… я не могла оторвать глаз от зеркала.
Вот если бы Тарис меня такой увидел? Но ведь это не я…
Ведь не я же?..
Конечно, Фиса никогда не мечтала работать в салоне красоты. Пфе-е… Увольте от стези парикмахерского искусства!
С ее-то внешностью, с девятью искрами огня и шестью воды, с несомненными способностями к учебе и острым умом? Да, природная лень мешает стать отличницей и упорно раздувать свои искры, но ведь и нужды особой нет. Главное для девушки — удачно выйти замуж! И не за купца какого-нибудь, между прочим!
Однако планы, которые с детства строила самая красивая студентка Королевской Академии Стихий, в последнее время претерпели существенные изменения.
Точнее — померкли и отодвинулись куда-то в дальний угол сознания. Как-то не хотелось ей больше извлекать выгоду из своей красоты. А вот из ума… почему бы и нет, если обладаешь прекрасным потенциалом?
И да, при ближайшем, более вдумчивом рассмотрении бытовая магия оказалась интересной не только в плане облегчения собственной жизни и быстрого наведения красоты (вредно, очень, но иногда так необходимо!). У этого предмета, который Фиса раньше расценивала как проходной и далеко не самый важный, оказывается есть и другие стороны, и большие перспективы…
Но даже самой себе Элифиса Персайк отказывалась признаваться, что это новое мнение сформировалось не столько из-за самого предмета, сколько из-за его преподавателя.
Нет! Ни о какой, даже самой несерьезной влюбленности не шло и речи! Тем более что выйти замуж за профессора Риота ей однозначно не светит. Аристократ, королевский советник, известный маг — да у него таких девиц, как ягод на можжевельнике миссис Браненды! А тогда какой смысл заводить с ним роман? Для мелких радостей и денег «на булавки» вполне хватает высокородных студентов — они и моложе, и проще, и доступнее.
Вот только, расставшись с Тарисом Таргом, никого другого на эту роль Фиса почему-то до сих пор не завела…
Себе она это объясняла просто: временный перерыв! Надоели, надоели все мужики, все они одинаковы, любого она может подманить движением своего изящного пальчика, любой будет счастлив с ней гулять!
Кроме, конечно, профессора Риота.
Но дело даже не в том, что профессора не так-то легко соблазнить. Просто ни к чему это. Фиса вдруг загорелась жаждой знаний, интересом к учебе… ей и двадцати лет еще не сравнялось, успеет она перебрать всех достойных мужчин, а вот диплом академии уже не за горами!
И причина такого решения — вовсе не в сказанной почти мимоходом фразе Риота:
— Удивительно, Элифиса, что с вашим умом вы отстаете по некоторым предметам от своих сокурсников.
Но ведь он прав! К тому же его слова — прямое подтверждение того, что она и впрямь умна и талантлива, ведь профессору совершенно незачем ей льстить.
Что же до встреч с ним — так это только игра. Это каршанг, который Фиса обожала с детства и действительно с трудом находила себе достойных партнеров. А играть с собой вовсе не интересно…
Каршанг, и не более! Особенно учитывая тот факт, что профессор Риот никогда ей не поддавался, и все же одну партию из трех она у него выигрывала.
Встречались они трижды в неделю: вторник, пятница и суббота. Всегда ровно в одиннадцать вечера, в отдаленной от учебных корпусов и общежития беседке, которую профессор сразу же накрывал согревающим пологом, а заодно — пологом невидимости и беззвучия, чтобы игре не помешали случайные гулены и ищущие уединения парочки.
— Сокрушаюсь, что занимаю ваше время, — не уставал повторять Риот. — Но как отказаться от столь сильного противника?! Право, я не в силах… Не поверите, мисс, но мой друг, многолетний партнер — с детства! — играет хуже, чем вы. Немногим, но хуже! Так что мне остается уповать на то, что каршанг прекрасно развивает когнитивные функции мозга, логическое мышление, укрепляет нейронные связи… да что я вам рассказываю! — прерывал он перечисление. — Суть в том, что такое времяпровождение отнюдь не повредит вам, напротив!
И Фиса млела от этих признаний ее нужности и ума.
Вот если бы он еще хоть изредка говорил, как она красива, или хотя бы раз в неделю, на занятиях или наедине, кидал на нее восхищенный мужской взгляд… Нет, восхищение имело место! Но не мужское… кажется, нет.
Еще заманчивее игра становилась оттого, что шла не просто на счет. Остроту придавали ставки. Конечно же, они играли не на деньги, нет! Но профессор сам предложил отдавать за проигрыш какую-нибудь мелочь. Чисто для пущего интереса! Пустячок — вроде камешка оригинальной формы, носового платочка необычного цвета… такое вот.
И расплачивался удивительными вещами: иллюзорным браслетиком, тут же, на месте, созданным из листочка дикого винограда, небывало ярким оранжевым перышком, а то и конфеткой в нестандартном фантике. Фиса проигрывала чаще, но с огромным удовольствием придумывала штучки для своей оплаты: то прозрачный камешек с двумя дырочками, то лично сплетенную из шелковых ниток закладку для книги, то тоже какую-нибудь иллюзию из подвернувшегося под руку мусора вроде сухой веточки. Правда, иллюзии она продумывала заранее и тщательно.
Ей было ужасно интересно, хранит ли профессор ее «проигрыши». Потому что сама она хранила. Спроси — зачем, не ответила бы, но хранила. Даже тот виноградный листочек, к утру переставший быть браслетиком, вложила между страницами книги…
А еще Риот был очень симпатичным мужчиной. Не красавцем, но этот благородный профиль (вовсе не нос крючком, как сказала однажды глупая Хелли), этот разрез светло-голубых, почти прозрачных глаз — будто две льдинки, только не холодные, а теплые такие… Эти густые светлые волосы, которые он привычным жестом то и дело откидывал с глаз, склонившись над доской…