Александра Черчень – Дракона возбуждать не рекомендуется (страница 6)
– Вы с Ильфом взаимно друг друга раздражаете, – спустя полминуты медленно начал говорить Златогривый. – И это очень тормозит процесс обучения. Изолировать я вас друг от друга не могу… стало быть, остается всего один выход. Наладить между вами эмоциональную связь.
– Че-е-его?! – На сей раз мы с блондином были на редкость солидарны. – Да ты с ума сошел!
– И вовсе нет, – даже с легкой обидой взглянул на нас Оллисэйн. – Просто я не хотел взваливать на себя такое бремя, как вы. А тут еще и дополнительные сложности. Оно мне надо?!
– Я твой кузен, – любезно напомнил ему Ильф. – Младший родственник, которого ты не только не сберег, а подверг участи худшей, чем смерть!
– А пафоса-то сколько, пафоса! – не удержалась я от высказывания.
– Если тебе такое положение вещей нравится, то мне – нет! – отрезал Ильфрисэйн и, передернув плечами, отвернулся обратно к кузену, престав прожигать меня взглядом. – Так что, Оллисэйн? Может, хоть эту… уже можно отослать?
«Эту»?! Вот сволочь ледяная! Как лапать меня в первые десять минут знакомства, так все нормально! А как обращаться хотя бы с минимальной вежливостью – так нет!
Да, с тех пор он меня не трогал в физическом плане, да и вообще, судя по презрительным взглядам, первое помешательство прошло и Ильф успокоился. Но вести себя лучше, разумеется, не стал!
Гад крылатый!
– Отослать пока еще нельзя, – тяжко вздохнул наставник.
– Почему?! – Тут мы с ледяным озабоченным были солидарны.
– Потому! – рыкнул в ответ Златогривый и уже более мягким тоном закончил: – Итак, ребятки… ритуал проведем в ближайшее время, после того как переедем в один из городов долины. Нельзя же вечно сидеть на вершинах гор. Как раз соберем все необходимое… И да, в ваших же интересах попытаться найти хоть какие-то точки соприкосновения.
Ответить мы с Ильфом ничего не успели, Олли уже развернулся и стремительно шел к дверям из тренировочного зала. И мы оба достаточно уважали его, чтобы не кричать в спину и не догонять. Уже на пороге мужчина, не оборачиваясь, бросил:
– А сейчас-то вы что застыли? Медитируем, ребята, медитируем! Ищем самоконтроль… где-нибудь.
Мы с товарищем по несчастью обменялись злыми взглядами.
– Доигрался?! – прошипела я, откидывая с глаз темную прядку волос.
– Я? – с надменным изумлением в голосе отозвался Ильфрисэйн. – Ноэль, хочу напомнить, что львиная часть наших конфликтов начинается с твоих истерик.
– О да, – едко пропела я и закивала с карикатурно умным видом. – Конечно с моих истерик. Только жаль, наилюбезнейший, вы запамятовали, что именно этим срывам предшествовало!
– И что же? – на мой взгляд, совсем уж гадостно усмехнулся блондин, прислоняясь к стене.
– Ты! – зло рыкнула в ответ и, подойдя ближе, уперлась указательным пальцем в широкую грудь. – Если бы ТЫ не выводил меня из себя комментариями! – Снова тычок острым коготком, и я даже с каким-то мстительным удовлетворением наблюдаю, как темнеют глаза мужчины. Злится? Ну, хоть в этом мы не одиноки.
– Дор-р-рогая, держи, пожалуйста, ручки при себе, – процедил этот ледяной ящер, перехватывая мою ладонь и легонько отталкивая от себя.
Я прерывисто выдохнула, стараясь успокоиться, понимая, что такое поведение и правда выглядит не совсем логично и адекватно. Ох уж эта кровь фейри! И особенности «переплава» психики в период становления магии.
Если уж я временами испытываю злость и отвращение к себе же, то что говорить об этом драконе? Я всегда была спокойной девушкой, хоть и не чуждой некоторой доли авантюризма, а вот Ильфрисэйн – воин. У него самоконтроль и владение собой возведены в культ. Наверняка у дракона ощущение полной потери контроля, что, разумеется, его не радует.
Я прислонилась к стене рядом с драконом и на выдохе сказала:
– Извини. Я была не права.
Косой взгляд серых глаз, какая-то странная гримаса на мужественном лице и неохотное:
– И ты… извини.
– Ага… – чрезвычайно информативно ответила я.
Тишина. За окнами завывает ветер, бросая хрусталики снега в стекла, на другом конце зала горит камин, жарко потрескивая пламенем.
– Я был не прав, – выдал еще одно феноменальное откровение блондин, но тотчас немного подпортил впечатление: – Вернее не всегда прав.
– Лучше бы ты молчал, – вполне искренно ответила я.
– Опять? – многозначительно прищурился дракон, сжимая зубы.
Я сдуру оценила, какая восхитительная линия мужественного подбородка получается… О-о-о-о… голову вскинул, глаза сверкают, морда надменно-соблазнительная, в волосах искрится серебро…
Я помотала головой, пытаясь сбросить наваждение. Опасное такое! Зная себя, от любования физиономией этого типа мне захочется перейти к всесторонней оценке тела.
А тело у него-то ого-го!
Та-а-ак! Ноэль!
На этом этапе Ильф протянул мне ладонь и спросил:
– Мир?
– Мир. – Я со вздохом вложила в его горячие, несмотря на ледяной род, пальцы свою руку, а после вслух выразила еще один беспокоящий меня нюанс. – Вот только как мы с тобой при таких-то отношениях будем упомянутые Олли точки соприкосновения искать? Как ни крути, наша неприязнь простым «Мир» не лечится. Вернее не сразу.
Ильф промолчал. После скользнул пальцами по моему запястью, нежно касаясь чувствительной кожи, и обхватив его, властно притянул меня к себе. Пока я ошеломленно хлопала глазами, он откинул волосы с моей шеи, провел по ней губами до уха, отчего я не сдержала судорожный вздох, и промурлыкал:
– Точки соприкосновения, говоришь? Ну, у меня есть варианты…
Вторая наглая лапа легла мне на ягодицу и сжала, недвусмысленно намекая, какие именно варианты крутятся в голове этого мерзавца!
Глаза у меня выразительно округлились, я нервно хихикнула и переспросила:
– Что?
Дракон повторил. Ни капли не стесняясь, нагло глядя мне в глаза и многозначительно улыбаясь, он повторил!!! При этом не преминул уточнить, что именно имел в виду!
– Ноэль, детка, ты же понимаешь, из-за чего наши конфликты? – ласково проведя ладонью по моим бедрам, проворковала эта сволочь.
– Из-за того, что некоторым спермотоксикоз в голову ударил?! – едко поинтересовалась я, пытаясь вывернуться из рук дракона.
– Ну, это тоже, – не стал отрицать очевидное Ильф. – Но в основном, малышка, из-за другого! Совсем из-за другого!
Я осмотрела светившуюся чисто мужским самодовольством морду и решила сделать ему приятное. Напоследок.
– Излагай свои домыслы.
– Ты не можешь меня забыть! – торжественно выдал блондин. – Я тебе понравился, зацепил, а признать это у тебя духа не хватает. Вдобавок я был несколько холодноват… Но как видишь, сейчас все иначе. Так что…
Я решила перебить этот ходячий концентрат самолюбования и самоуверенности!
– А ты не офонарел?!
– Разве что немного, – чистосердечно сознался Ильф и добил: – Да, я был слишком откровенен, а вы, девушки, такое не любите. Опять отрицать будешь?
Я даже замерла, не зная, как реагировать на эту непробиваемую убежденность в своей правоте!
А дракон тем временем решил, что пора от слов переходить к действиям! Обе его руки обхватили мои ягодицы, притом одна ладонь расположилась уже как раз по пути к самому сокровенному! Но не успела я что-либо протестующе вякнуть, над ухом послышался хриплый шепот.
– Ты влечешь меня как никто…
Губы провели по шее, пальцы мужчины поднялись выше, к пояснице, забираясь под рубашку, касаясь чувствительной, неожиданно разгоряченной кожи.
Желание, которое с момента пробуждения в этом замке было смутным, неопределенным и «лечилось» кратковременным пребыванием в холодном душе, за физическими нагрузками, вдруг вновь подняло голову. По телу прошла дрожь, оседая внизу живота раскаленным вихрем, дыхание сбилось, и внезапно стало не хватать воздуха, а то место, где касался мужчина, жгло так… так… что я хотела продолжения. Хотелось, чтобы этот момент не кончался. Чтобы не было произнесено ни одного слова, так как я знала: если он скажет что-то еще – этот миг будет разрушен. Миг, когда дыхание сбивается от страсти, миг, когда его глаза темнеют до цвета грозового неба, миг, когда мы так близко… что хочется продолжения.
А еще мне хотелось ощутить его губы. На моих губах, на шее, на груди… на теле.
От этих мыслей становилось лишь жарче. Ладони потели, между бедер стало влажно и горячо. Дракон прикрыл глаза и глубоко вдохнул. На чувственных губах появилась понимающая улыбочка и, облапив меня по новой, на сей раз еще и шлепнув по попе, а также пощупав грудь, он смело предложил:
– К тебе или ко мне?
Что?..
Меня как холодной водой окатило! Истома и легкий туман в голове тоже пропали, уступив место злости. Вот же… гад крылатый! Непрошибаемый, грубый, да еще и хам последний! Он за кого меня принимает, вообще?!
Я вскинула голову, с яростью глядя в глаза воина, и отчеканила: