Александра Бракен – Темное наследие (страница 97)

– Зачем? – спросила Приянка. – Что происходит?

– Руби оставила нам подарок, – ответила я. – И нужно его забрать.

Мы не стали возиться с дверью. Мы просто взорвали чертову стену.

Оглянувшись, я увидела, как в темных глазах Приянки отражается пламя. Черная балаклава скрывала ее лицо, но когда осела пыль и землю усыпали обломки кирпичей, оно буквально излучало удовлетворение. Удушливый запах дыма забивал ноздри. Я глубоко вдохнула и коснулась передатчика в ухе.

– Трехминутная готовность, – сообщила я остальным. – Ви, ты на позиции?

В ответ я услышала негромкий взрыв у главного входа на склад Мерсера, куда как раз направились Вайда и ее команда из семи «пси».

– Мы внутри, – произнес голос Вайды в наших передатчиках. В ответ тут же раздались выстрелы.

Я махнула рукой, отправляя свою группу дальше, к тлеющим остаткам помещения, где Мерсер предпочитал отдыхать подальше от своих сообщников. Джейкоб выступил вперед и взмахом руки впечатал двух солдат Мерсера в стену.

– Оставайся здесь, – скомандовала я. – Позаботься, чтобы никто не вошел и не вышел, пока мы не вернемся.

Они с Лизой откликнулись на мою просьбу о помощи, как и десяток других «пси»-детей, с которыми я не общалась и не встречалась много лет. Как только сеть снова ожила, перемены нарастали, и это движение было уже не остановить.

Один голос можно заглушить, но не десять. Сотню – тем более. Или тысячу.

Мы не хотели насилия, не пытались страхом заставить других подчиниться. Но действуя вне рамок закона, мы собирали информацию, защищали таких, как мы, и открыто обращались к людям, чтобы рассказать им правду, которую скрывали те, кто стоял у власти.

– Мы внутри, Макс, – проговорила я в передатчик. – Приготовься.

Макс, ожидавший нашего возвращения снаружи, в грузовике, ответил:

– Готов. -На мгновение в ушах взорвался шум помех, а потом парень, понизив голос, добавил: – Мой папа…

– Я помню, – сказала я, шагая впереди остальных. – Не беспокойся.

В коридоре нас поджидал один из бойцов Мерсера, полусонный, полуголый, переполненный адреналином. Он выстрелил куда-то наобум. Один из Кинетов поднял его в воздух, а потом оглушил, швырнув на пол.

Приянка встревоженно взглянула на меня.

– Я знаю, – ответила я. – Но если их не окажется здесь, мы обыщем следующий склад, а потом следующий…

– Он будет перевозить их с места на место, – прошептала она. – Как только мы разделаемся с этой базой, он все поймет. Если они еще…

Приянка не закончила предложение. Живы.

Мы медленно продвигались по списку складов и других объектов Мерсера, обыскивая их в поисках Романа и Ланы. Мерсер больше не брал ее в свои поездки, и это давало мне надежду, что она все еще вместе с братом. Но каждый раз, когда Макс пытался выяснить точное место, он видел только тьму.

– Они живы, – убежденно сказала я. – Они обязательно живы, и мы их найдем. Но в любом случае нужно спасти детей, которых держат здесь.

Девушка выпрямилась. Ее глаза наполнились решимостью, и она сказала:

– Ты чертовски права. Этого будет достаточно.

Для этого нас достаточно.

Внутри помещение оказалось в точности таким, как его описывали Приянка и Макс: коридор с множеством комнат и кабинет Мерсера, который сейчас был заперт. Мы выжидали и последние полторы недели каждый день просили Макса попытаться выловить и Мерсера тоже, пока не стало ясно, что он покинул главную базу «Синей звезды», отправившись на встречу с Муром и его людьми.

Приянка предпочла бы, чтобы он оказался здесь: она мечтала спалить здание дотла, и чтобы он смотрел на это, связанный и с кляпом во рту, с заднего сиденья машины, которая бы направлялась к ближайшему пропускному пункту ООН. Но мы обе понимали, что этого недостаточно: на его месте обязательно появится другой, кто продолжит его дело и присвоит его возможности. Если мы хотим вывести Мерсера из игры, нужно подорвать саму основу его бизнеса и вытащить на свет все преступные сделки, которые он так тщательно скрывал.

Мы пришли сюда, чтобы спасти детей, которых он похитил, но еще найти файлы и записи – свидетельства его преступлений, имена сообщников. А если этих улик для закона окажется недостаточно, мы будем судить его по нашим собственным законам.

Приянка взялась за ручку двери в его кабинет и посмотрела на меня:

– Вместе пришли, вместе и уйдем?

– Вместе пришли, вместе и уйдем, – пообещала я. – Лиза, Джен – вы идете с При.

Девушки сорвались с места. Я скомандовала остальной группе двигаться дальше, осматривая другие помещения в поисках детей.

– Когда закончите, вернитесь к Джейкобу!

Когда стихли возгласы подтверждения, я побежала вперед, завернув за угол. По словам Приянки, Мерсер – параноидальный ублюдок – всегда путешествовал с многочисленной охраной. Сейчас он тоже взял их с собой, и я легко справилась с единственным бойцом, который попытался выстрелить в меня из-за двери. Он даже пытался с кем-то связаться, но недолго. Я еще слышала его стоны, когда наконец нашла ту дверь, которую искала.

От вида этого помещения у меня перехватило дыхание. Повсюду громоздилась медицинская техника, от которой тянуло энергией, хотя аппаратура находилась в режиме ожидания. Небольшой металлический операционный стол и сразу за ним – больничная кровать, на которой неподвижно лежала маленькая темноволосая девочка. Ее кожа была синюшного цвета, будто из тела высосали всю кровь.

На мгновение мне померещилось, что я вижу не эту маленькую девочку. Я видела Приянку. Романа.

Я стиснула зубы, сдерживая ярость. Мониторы и прочие устройства по обе стороны кровати отображали стабильные показатели, но мне было не до них – я уставилась на темнокожего мужчину в лабораторном халате. Он стоял спиной ко мне, осторожно настраивая капельницу девочки.

Мои подошвы скрипнули по плиткам, и он застыл.

– Отойди от девочки, – приказала я ему, держа его под прицелом. – И подними руки.

– Мы нашли детей, – сообщила Вайда через передатчик. На заднем плане слышался лязг и звуки ударов. – Но Романа и Ланы здесь нет.

Меня пронзил острый приступ боли. Я резко выдохнула, расставаясь с последней искрой надежды.

– Мне бы не помешала некоторая помощь, – проговорила Вайда. – Некоторые дети не хотят идти тихо.

– Сейчас буду, – сообщила ей Приянка. Ее поддержали еще несколько голосов, но их заглушил гул медицинской техники.

– Джон Уэнделл? – переспросила я, чувствуя, как в моем сердце разрастается ненависть.

Он кивнул. Я видела в его лице черты Макса, искаженные морщинами и напряжением.

– Тебе чертовски повезло, что я пообещала твоему сыну тебя не убивать. – Мой голос дрогнул. Та маленькая девочка… если он что-то с ней сделал…

– Макс? – прошептал Уэнделл. – Мой Макс? Он здесь?

– Снаружи, – сообщила я. – Ты можешь пойти по доброй воле или я тебя потащу, но в любом случае остаток своей жизни ты будешь искупать то, что натворил здесь.

Он резко сглотнул, так что дернулся кадык.

– Добровольно. Другие дети…

– Мы уже их забрали. – Я посмотрела на девочку. – Ее можно перевозить?

Отец Макса кивнул и принялся отсоединять ее от аппаратов. Девочка не шелохнулась, только глубоко вздохнула во сне.

– Не прикасайся к ней, – сказала я.

– Мы снаружи, Зу, – сообщила Вайда.

– Я возвращаюсь к вам, вы еще…

Дверь у нас за спиной распахнулась.

Лицо доктора Уэнделла изменилось снова – глаза его вспыхнули.

– Приянка.

Это чувство не было взаимным.

– Верно! – рявкнула она. – Вернулась, чтобы лично утащить тебя в ад.

Зная, что она вооружена, я убрала свой пистолет в кобуру и взяла девочку на руки. Ее щека прикоснулась к моему плечу, и малышка инстинктивно обхватила меня руками за шею.

– Вперед, демон, – приказала Приянка. – Быстрее. Или тебе нужно серное облако, чтобы вылететь на нем отсюда?

– В такой враждебности нет необходимости… – начал доктор Уэнделл.

Девушка пихнула его вперед, направив ствол ему в спину.