Александра Болконская – Стервятница (страница 3)

Просыпаясь ранним утром, я каждый день мыла голову, убирала волосы со всех частей тела, наносила скрабы, крема, маски, а затем долго красилась, делала укладку и кропотливо выбирала одежду, чтобы выглядеть неотразимо, но в то же время так, будто я для этого совсем не старалась. Ведь меня ни косметика, ни девчачьи штучки не интересуют от слова совсем, я в них даже не разбираюсь, ведь такая красота дана мне только природой. Штукатуркой, как все девушки, я не пользуюсь.

Но Артём всё равно так и не решался подойти ко мне. И ни один из парней не оказал знаков внимания. Хотя у них был такой замечательный шанс позвать меня на дискотеку. Я же не зря всё время сижу в комнате, неужели у них не возникло вопросов о том, не скучно ли мне? Может быть, я очень стеснительная и меня стоит позвать танцевать вместе с ними?

Уродина каждый раз звала меня с ней на дискотеку, но я отказывалась, говоря, что читаю. Я надеялась, что она расскажет об этом кому-то и таинственную тихую книголюбку захотят навестить, заинтересовавшись её загадочностью. Я бы показала, что читаю «Бойцовский клуб» и все тут же влюбились бы в меня. Но увы, страшненькая девочка была не столь мне полезна.

Каждый вечер я наблюдала за дискотекой из окна, внимательно, словно дозорный, который стережёт сокровище, следя за Артёмом. Благо, он танцевал только в кругу с пацанами и на медленный танец никого не приглашал.

Уродина, конечно, забавила меня. Она приходила на дискотеки одна и отжигала в большинстве случаев в полном одиночестве, иногда присоединяясь к девочкам из других отрядов. Разумеется, что медляки ей и не светили. Негласное правило любой лагерной вечеринки состоит в том, что сам в круг популярных ребят ты зайти не можешь, тебя должны пригласить. А танцевать одному – несмываемый позор, потому я и сидела в своей комнате. Не я придумываю эти правила, однако они равны для всех и все их знают. Я не ищу этой популярности, шума и дискотек. Мне комфортно сидеть в тепле и читать книгу, ведь я не такая, как все девушки.

К сожалению, за неделю никто меня на медляк так и не позвал.

На экваторе смены мне уже осточертело прятаться в кустах, скрываясь от любых соприкосновений со спортом, поэтому я решила прогуляться по округе, хоть какое-то развлечение. Проследив, чтобы тренер не заметил меня, я скрылась в кустах. Протиснувшись сквозь ветви и листья деревьев и испачкав свою толстовку в земле, я очутилась на площадке другого лагерного отряда. На залитым светом солнечных лучей теннисном поле из стороны в сторону бегало восемь пар девушек с ракетками, которые широко замахивались, ожидая воланчика, а затем со свистом отправляли его сопернице. Бадминтонщицы успевали разговаривать, шутить, играя, а если кто-то из них промахивался или не успевал добегать до крылатого снаряда, то они дружно смеялись и помогали встать. Запыхавшиеся, уставшие и потные от игры на солнце, но всё равно такие радостные, они даже пробудили улыбку на моём лице. Из тени деревьев было хорошо видно красоту и девушек, и вида спорта, поэтому я стояла так неопределенное время, пока меня не окликнули.

– Привет! Ты хочешь поиграть? – девочка с хвостиком обратилась ко мне. Я и не думала, что меня видно.

– Я никогда не играла. – ответила я, не задумываясь, так тихо, что мой голос был чуть громче шёпота. Девочки были настолько погружены в игру и выглядели такими счастливыми, что мне самой захотелось попробовать. Так необычно, что кто-то со мной приветлив.

– Пойдем, это весело. Из какого ты отряда?

Девушки тут же поприветствовали меня все вместе, подарив очаровательные улыбки. Их вожатая радостно приняла меня и предложила любую ракетку на выбор. Все вокруг были так дружелюбны и улыбчивы, что мне даже показалось, будто меня действительно рады видеть. Находясь среди людей, полных воодушевления, я сама ощущала подъём сил и энергии.

Девочка с хвостиком начала подавать слабо и недалеко, чтобы я могла привыкнуть. Если я ошибалась или промахивалась, она тут же меня подбадривала и уверяла, что всё хорошо. Она рассказывала мне про их лагерь, корпус, в котором они живут, увлечения и интересы.

Меня безумно увлекало всё, что девушка говорила. Игра нечасто требовала бега из одной стороны в другую, иногда прыжки, но меня это затягивало ещё больше. Концентрация на летящем к тебе воланчике, чёткое отталкивание его ракеткой и обратный полёт – что-то в этом было гипнотизирующее и приятное. Плавно играя в бадминтон, я заметила, что мои мышцы не ноют, тело вид спорта не отвергает, а само увлечение идёт как по маслу, ведь под конец мы почти не двигались с места.

Воланчик из стороны в сторону…

Туда и сюда…

Удар, ещё удар…

– А это не девчонка с нашего отряда? Эй! – крикнули парни из волейбольной команды так, что меня будто обухом по голове ударили. Надеюсь, там нет Артёма.

Я повернула голову. О нет, он там!

– Тебя тренер потерял. Он не в духе, лучше возвращаться. – мой Артём смотрел куда-то в сторону. Ужас, он видел, как я играю в бадминтон. В эту лёгкую, позорную девчачью игру, да ещё и с девушками в юбках. Я на их фоне, должно быть, жируха.

– Это твой отряд? – подошла ко мне девочка с хвостиком. – Ты останешься или…? – не говоря ни слова, я бросила ракетку на землю и быстрыми шагами направилась к мальчикам, даже не взглянув на соперницу. Я не такая, как все девушки. Меня не интересуют эти женские виды спорта, девичьи разговоры и прочий бред. Я одна из парней, меня мало волнуют эти ваши юбки. Прошу, мальчики, не ассоциируйте меня с ними, я другая! Я одна из вас!

Поравнявшись со своим отрядом, я почувствовала превосходство над отрядом бадминтонщиц. Я находилась в мужском коллективе, в то время как они об этом и мечтать не могли. Гордо задрав подбородок, я направилась вместе с ними к нашему корпусу и даже физически могла ощущать их взгляды и девичью зависть, спрятанную за ними.

Как я могла согласиться на их предложение поиграть вместе? Неосознанно присоединившись к ним, я словно забыла, кто я такая и зачем я здесь. Я, в отличие от них, нахожусь в мужском коллективе, а значит я другая, не такая, как они. Отличающаяся от всех девушек.

Тренер, завидев меня, лишь закатил глаза, а затем объявил: «С сегодняшнего дня будет два капитана. Артём, Саша, набирайте себе команды».

Наконец-то! Сейчас Артём меня выберет, мы сблизимся в игре, а потом мы начнём встречаться. Заправив волосы за ухо, я взглянула на моего будущего парня из-под ресниц: «Посмотри на меня, я так жду твоего внимания. Артём, я здесь».

Первыми оба капитана начали выбирать других парней, что пробуждало во мне негодование, но всё же воспринималось спокойно. Моё сердце забилось чаще, когда в командах и Саши, и Артёма было выбрано уже пять человек. Судорожно сглатывая внутри, но стараясь выглядеть незаинтересованной снаружи, я посмотрела в глаза своему будущему парню, стараясь выглядеть неприступной. Очередь второго капитана, он выбирает уродину. Ура! Осталась только я одна, и теперь Артём однозначно обратит на меня внимание, увидит, какая я таинственная и отличающаяся от всех девушка. Неделя спортивного ада не прошла даром, мои муки будут вознаграждены. Не имея сил уже скрыть улыбку, я чуть пошатнулась, начиная делать шаг в сторону будущего парня.

Пока на сцену нашей любви не завалилась Виктория, своим появлением разрушив наш прекрасный ансамбль и чуть не сорвав целое действие, а может даже и всю постановку.

– А что тут у вас? – сказала она, оглядывая отряд ехидным взглядом.

– Вика, пойдешь ко мне в команду? – молниеносно задал вопрос мой Артём.

– Да, с радостью. – и вот лицемерка чуть ли не с разбега побежала к моему парню.

Даже уродину взяли в команду. Даже её взяли в команду, а меня нет! Я вижу Викторию насквозь, всё, чего она хочет – повилять хвостом перед парнями во время игры. Сволочь, тварь, она специально появилась только сейчас! Всё, чего она хотела – помешать мне! Грязная шлюха!

Она не сорвала постановку, она сожгла весь мой театр своим лицемерным кокетством.

Истерика внутри накатывала, разрывая и кромсая последние куски равновесия. Ради этого я терпела этот чёртов лагерь?

– Ты в порядке? – я и не заметила, что дала себе слабину. Чуть не заплакала в присутствии своего злейшего врага. Виктория обратилась ко мне, повернувшись полностью корпусом и таращась в моё лицо, ожидая реакции. «Хочет довести меня? Прямым ведь текстом говорит, что я слабачка и мне стоит уйти отсюда, чтобы не мозолить глаза». – Я и не заметила, что у вас распределение. Если хочешь играть, я уступлю.

Ну и хитрая же сука. Если бы моё внутреннее состояние имело тело, то оно бы пальцами размазало слёзы по лицу, а затем, предотвращая бешенство, с разбегу врезалось бы в кирпичную стену головой. А затем принялось делать то же самое с Викторией. Я уверена, что в тот момент на самом деле было видно, что меня трясёт. Она прекрасно знала, что делала, и я не могла этому противостоять.

Негласный закон популярных над изгоями гласит: если они заняли твоё место, то интересуются о твоём желании вернуться на него только из вежливости. Твой долг – предоставить им делать всё, что они хотят, иначе будут мстить.

Виктория настолько умело отыгрывала безвинную овечку, что у меня не было и шанса противопоставить ей хоть что-то. Я медленно покачала головой.