Александра Байт – Клуб пропавших без вести (страница 84)

– И правда, Рита, зачем грустить? – Заметно смягчившийся после воспитательной беседы с отцом Костя шагнул ко мне и, помедлив, бросил взгляд на Алика. – Не возражаешь?

Тот слегка подернул плечами, и Костя заключил меня в платонические объятия. Я крепко прижалась к нему.

– Можно мы будем иногда приезжать? – Отстранившись, я шмыгнула носом.

– Конечно. Буду рад видеть вас двоих. Но если этот балбес, – Костя с напускной суровостью покосился на Алика, – тебя обидит, знай: ты всегда найдешь заступника в моем лице.

И когда Алик, насторожившись, тут же бросился ко мне, Аникеев-младший захихикал:

– Не бойся, отбивать не буду! Рита вообще не в моем вкусе.

– Ах так? – Настал мой черед смеяться. – Выходит, ты все-таки мне врал?

Как хорошо, что мы стали настоящими друзьями, преодолев щекотливый момент в отношениях, – все произошло именно так, как говорил отец Вениамин.

– Мы действительно будем рады видеть вас двоих. – Подошедший очень кстати священник тепло сжал нас с Аликом в объятиях. И, обменявшись взглядом с моим любимым, протянул: – Риточка, мы тут поговорили… Словом, ты по-прежнему можешь опубликовать мое интервью. В любое время, когда захочешь…

– Нет. – Я покачала головой. – Можете не сомневаться…

– Риточка, выслушай. – Отец Вениамин мягко положил руки мне на плечи. – Я знаю, что ты удалила все материалы. Но ведь эта история слишком невероятна, чтобы так просто ее забыть, верно? Возможно, ты захочешь написать книгу, взяв за основу какие-то факты моей биографии. Если появится такое желание, знай: у тебя всегда есть мое разрешение! Возможно, эта работа поможет тебе найти себя.

– Отличная идея, – тут же вдохновенно встрял Алик. – Куколка, это было бы замечательно! Такой закрученный сюжет, сдобренный любовной историей, – книга выйдет достойная. И ты всегда можешь начать ее с пресловутого «Все персонажи и события являются вымышленными…».

Так… кажется, я поняла, откуда дует ветер. Алик за два дня проглотил мою первую книгу о событиях в клубе и теперь, похоже, уверился в моем писательском даре. Ладно, о книге я могла подумать всегда, а сейчас меня ждало самое трудное испытание – прощание с Машей, моей маленькой подругой. Малышка стояла поодаль, косясь на меня, и я всерьез опасалась, что она еще дуется.

– Милая, – я подошла к ней и присела на корточки, – ты не против, если мы двое будем иногда навещать вас? Мне хотелось бы дружить с тобой, но я пойму…

– Ты будешь мне звонить? – Маша вдруг потянулась ко мне, и в ее голосе зазвучали слезы.

– Конечно, моя хорошая. – Я сжала в объятиях хрупкое тельце и сама дала волю слезам. – Ты на меня не обижаешься?

– Нет. – Девочка отстранилась и серьезно взглянула на меня. – Дядя Саша сказал… он тебя любит. И вы должны быть вместе.

– Какой еще дядя Саша? – бестолково переспросила я. И вдруг вспомнила, как накануне Алик долго сидел с Машей за столом, о чем-то ей рассказывал, потом они вместе рисовали… Я оглянулась на Алика. – Так ты Саша?

– Она неподражаема, правда? – хихикнул Алик, бросив взгляд на удивительно похожих в своей оторопи отца Вениамина и Костю. И снова посмотрел на меня. – Да, куколка, теперь ты знаешь мое настоящее имя. После возвращения с того света пришлось стать серьезнее. Давно пора было представиться, но все как-то не подворачивалось момента…

– Погоди-ка… – Я обалдело повернулась к Маше, чувствуя, что должна прояснить еще одну, уже последнюю загадку, проверить ту самую упорно ускользавшую от меня мысль. – Милая, это ведь он сидел на крыше, как Карлсон? Его ты видела в вашем доме?

– Да, – робко кивнула Маша.

– И про него рассказывала мне?

– Про него…

– Но, милая, ты ведь сказала, что он старый! Это совсем сбило меня с толку…

Девочка подняла ясные янтарные глаза на четверых взрослых, ошарашенно ожидавших ее объяснений.

– Дядя Саша старый, – с достоинством ответствовала Маша и, уловив нашу потрясенную реакцию, уже тише пояснила: – Как папа.

– Ничего не понимаю. – Алик потряс головой и обратился к Косте: – Тебе сколько?

– Тридцать семь.

– А мне тридцать четыре.

– Машенька, как же так? Какие же они старые? – взмолилась я и, вдруг осознав самое страшное, охнула. – Я ведь всего на год младше дяди Саши! Милая, неужели и я старая?

– Ну… – Маша отвела взгляд, не решаясь ответить. – Не знаю…

– Старая, старая, – первым залился смехом Алик, – но я все равно тебя люблю!

Вскоре мы уже вчетвером от души хохотали, вспоминая, как сами в детстве считали глубокими старцами всех, кому было чуть больше десяти.

Отсмеявшись, я снова сжала Машу в объятиях. Потом, спохватившись, сняла с шеи цепочку с кулончиком и застегнула на девочке:

– На удачу, милая.

Маша поправила клевер на тонкой шее и снова потянулась ближе.

– Рита, – раздался у меня в ухе еле слышный шепот, – дядя Саша сказал, ты – настоящая принцесса… Помоги мне найти маму.

От этой простой просьбы у меня перехватило дыхание. Я так и не смогла стать мамой этой чудесной крошке, а теперь… ну как я могла помочь ей в столь трудном деле?

Но, взглянув в доверчивые глаза Маши, я вдруг встряхнулась. И окончательно убедилась, что знаю ту, которая вполне могла бы справиться с этой ролью. Добрую и всегда готовую помочь, немножко эксцентричную, временами педантичную и занудливую. Ту, что так мечтала о ребенке… Она совершенно не умела готовить, зато мастерски плела косички. А еще наверняка довела бы Костю до бешенства своими нравоучениями с первых же минут общения. И, кстати, была совсем не в его вкусе – а что, неплохое начало!

– Машенька, не могу ничего обещать, – честно ответила я и тут же ободряюще улыбнулась. – Но на правах принцессы сделаю все, что в моих силах.

– Спасибо, что поговорил с Машей. – Я повернулась к Алику, когда провожавшие нас превратились в крошечные точки. – Кстати, что ты ей сказал?

– Правду. – Он на мгновение отвлекся от дороги, посмотрев мне в глаза. – Я сказал ей, что не могу без тебя жить.

Я в который раз смахнула слезы, и Алик расплылся в мягкой улыбке.

– Не переживай, куколка. Мы правильно сделали, что уехали. Надо пощадить чувства Кости. Ему нужно время, чтобы тебя забыть…

– О чем ты? – Слезы просохли сами собой. – Он ведь ясно сказал: я не в его вкусе. Мы друзья.

– Ох, куколка, боюсь, не все так просто… – покачал головой Алик. – Мне показалось, он относится к тебе иначе.

Неужели я по-прежнему небезразлична Косте? Как жестоко получилось: я воспользовалась его гостеприимством, подружилась с его дочерью, вскружила ему голову. И, кстати, невольно спровоцировала эти дурацкие сплетни в деревне. А теперь укатила в город как ни в чем не бывало, с другим кавалером. Скоро пойдут гулять новые слухи – о коварной «нимфе», бросившей наивного тюфяка Аникеева…

– Стой, Алик, стой! – закричала я, толком не продумав свой план. И в ответ на недоуменный взгляд любимого пояснила: – Вернись, пожалуйста, к магазину, мы только что его проскочили. Я выйду буквально на минуточку. Хочу купить воды, и… нужно попрощаться с продавщицей.

Удивленный Алик послушно развернулся, и вскоре машина притормозила у маленького кубика с вечно сидевшей перед ним скучающей девушкой.

– Значит, покидаете нас, – хитро прищурилась она, протягивая мне бутылку воды. – С новым кавалером – судя по машине, небедным. А как же наш Аникеев? Не подошел?

– Аникеев? – Я помедлила и, решив импровизировать, смело выпалила: – Аникеев ваш тот еще бабник! Мне надоело ловить на нем взгляды всех окрестных девиц! А завтра, кстати, приезжает еще одна столичная штучка! Зачем дожидаться, когда разобьют сердце? Нет, мне нужен мужчина поспокойнее, не такой донжуан…

– Этот? – хитро кивнула продавщица, и, обернувшись, я обнаружила прямо за спиной своего пыхтящего от негодования красавчика.

– Этот, этот, – резко бросил он и, сжав меня за локоть, потянул в сторону машины. – Кто-то ведь должен сделать из этой «нимфы» приличную женщину!

– Ну не сердись, любимый. – Мы отмахали несколько километров, прежде чем я наконец-то решилась робко погладить Алика по плечу. – Я предпочла тебя Косте – и не могла допустить, чтобы по деревне ходили глупые унизительные слухи… Прости, милый…

– А, ладно, – великодушно бросил Алик, оттаивая. И вдруг лукаво подмигнул мне. – Ну ты и хитрюга! Уже анонсировала приезд новой «девицы», который сама и устроила. Можно не сомневаться, что с такой рекламой Костя точно обратит на нее внимание! Что говорить, ты – пиарщик от бога!

– С какой еще рекламой? – кротко прикинулась дурочкой я. – Ну да, я звонила вчера Нине Николаевне. А как, по-твоему, я могла подарить ее украшение Маше без спроса? В том, что пожилая дама захотела навестить племянника, нет ничего странного. Как и в том, что я попросила ее взять с собой Аню. Только представь: приедет Нина Николаевна в Лесное, увидит брата… Ей точно понадобится помощь психолога!

– Ну-ну, – прыснул Алик, явно не поверивший в мое невинное блеяние.

Я бросилась было возражать, но тут громко запел мой мобильный. Ого, на ловца и зверь бежит…

– Ритка, я поступила в аспирантуру! – огорошил меня бодрый голос подруги. – Готовься, скоро будешь помогать в исследовании, у меня гора методик! Собираюсь на недельку с тетей Ниной в это твое Лесное, завтра увидимся!

– Анечка, поздравляю! – с чувством произнесла я. – Конечно, помогу, но… Словом, увидеться завтра не получится. Мы уже уехали…