Александра Баркова – Зачарованный сад (страница 34)
Народный костюм каждая женщина шила своими руками, и хотя он создавался в рамках канона определенной местности, но был уникальным, двух одинаковых нам не найти. В XXI веке ценность ручного труда и авторской индивидуальности снова стала очевидной. Изделия ручной работы становятся все более статусными и высокохудожественными. В известном смысле мы сейчас переживаем возрождение народного костюма, но не в формах начала ХХ века, а в сущностном аспекте: наряд, создаваемый своими руками для себя.
В этом смысле я оказалась более современным человеком, чем мои молодые соотечественницы: я максимально пользуюсь креативными возможностями сегодняшнего дня, создавая не только наряды, но и ткани для них, а также заказывая аксессуары по индивидуальным эскизам. Но интересно не это, а реакция посетителей — она безоговорочно положительна, что стимулирует меня шить новые платья, заказывать новые комплекты украшений, придумывать новые шляпки и т. д. Иными словами, мне удалось найти интенцию современной культуры, откликнуться на культурный запрос. Многотысячные ярмарки крафта наглядно свидетельствуют, до какой степени это востребовано, а бывает, что брошь от знакомого мастера видишь и на посетительнице.
Есть еще одна важная причина, почему мы не теряем интереса к мифологии: современный культ природы. На страницах этой книги много говорилось о том, как горожанин поэтизирует природу, и к нам это тоже относится, но… но XXI век ставит и решает новые задачи. И этой задачей является все та же креативность, которую стимулирует регулярное пребывание на природе. Вспомним хотя бы феномен авторской песни, которая родилась у походных костров. Многочисленные научно-популярные сайты и блоги подробно рассказывают, как возрастает продуктивность работы и креативность от регулярного, хотя бы даже непродолжительного пребывания на природе. С другой стороны, сопричастность природным ритмам (пусть и в форме викканского Колеса года) дает ощущение стабильности и защищенности, поэтому даже искусственные цветы и пластиковые растения в наших квартирах благотворно влияют на нашу психику.
На страницах этой книги мы уже определили магию как изменение материального мира собственной волей, и в таком контексте вся книга превращается в развернутый учебник магии (без капли мистики). Мы с детства слышали фразу «чудеса надо делать своими руками» — и за страницами этой книги стоит такое чудо. Я позволю себе рассказать эту историю подробно, потому что мой опыт может быть полезен многим, не в качестве инструкции, а как информация к размышлению.
Как я уже упоминала в связи с барвинком и колтуном, у меня с рождения ишемия мозга, а диагноз был поставлен только в сорок девять лет. Долгое время меня спасали только гормональные всплески, порождаемые управляемым стрессом, но когда человеку под пятьдесят, то это уже не может дать силы для жизни и работы. По счастью, нам посчастливилось найти врача, далее было лечение гормональными препаратами, которые, конечно, вернули меня к жизни… но и дали прибавку в весе двадцать килограмм за год. В сочетании с возросшей физической активностью это привело к катастрофе в колене (три строки по-латыни, которые я не помню наизусть). И встала неразрешимая проблема: надо двигаться, надо регулярно ходить — но именно на это моя нога не способна. И вот здесь произошло настоящее чудо, которое так любят мистики: моя знакомая, работающая в Ботаническом саду МГУ, сказала мне, что им нужны экскурсоводы. Я поняла, что это спасение. Регулярное движение, потрясающий воздух, красота вокруг, а главное — ни при каких обстоятельствах ты не можешь пропустить прием такого «лекарства».
Ноги поначалу болели адски (я любила повторять, что живу как в сказке… в сказке Андерсена про Русалочку), но к концу первого сезона прогресс был заметен. Одновременно творился прогресс и в другой области: лекарства очистили меня, как апельсин очищают от кожуры, и я после многолетнего перерыва снова начала шить. Причем шить то, о чем всю жизнь мечтала, но никогда не решалась сделать: разноцветные повседневные платья в пол. Так не носят? Ну да, сто с лишним лет уже так не носят. Ну и что? Не затем я четвертый раз отошла от порога смерти, чтобы оглядываться на мнение хмурых теть в джинсах. (Как показали последующие события, на самом деле множество хмурых теть при виде дамы в длинном платье улыбаются и говорят комплименты.) Тогда же я узнала про возможность печати на ткани, начала шить из такой ткани первые платья, стала путем проб и ошибок учиться искусству сажать рисунок по выкройке… И, осмелев, замахнулась сделать «Дух Леса» — фотографию этого платья вы можете видеть в предисловии.
…На юго-западе Англии простирается графство Девоншир, обитель древних чудес. Самое известное из них — мифические собаки его болот, которые (миф утверждает, что собаки, а ученые считают, что болота) воют так страшно, что скот околевает от ужаса. Да-да, «собака Баскервилей» именно отсюда. Эта местность называется Дартмур, и пейзаж мог бы стать идеальным фоном для большинства романов классического фэнтези: помимо болот, это холмистые пустоши с причудливыми скальными выступами, древние кромлехи (каменные круги) и менгиры. Когда-то это были королевские охотничьи угодья, сейчас — национальный парк, то и другое весьма способствует безлюдности и сохранению природы в древневолшебном виде. Но помимо холмов и болот есть в Дартмуре и лес. Он зовется Вистманский (Wistman’s Wood) и стал знаменит благодаря фотографу Нилу Бёрнелу. В 2018 году по всему интернету разлетелись фотографии эльфийского леса, где кряжистые деревья покрыты мхом, на них растут папоротники — и все это затянуто сказочным туманом. Эти фотографии называли лесом из «Властелина Колец» или просто мистическим… а фотограф рассказывал, что поймать момент, когда туман все-таки зайдет в лес, — очень сложно, что часто приходилось уходить ни с чем, но в итоге десятки волшебных фото бродят по Сети, заставляя миллионы людей восторженно замирать.
В их числе была и я. Случайно встретив этот туманный лес на каком-то сайте, я влюбилась с первого взгляда и захотела сделать из этого фото платье. Особенно поразили меня папоротники, растущие не на земле, а прямо на деревьях, — они и потребовали отделать платье перьями. Спасибо китайским производителям — сейчас купить бахрому из перьев можно просто и недорого. К сожалению, мне пришлось изменить цвет фото на более бирюзовый, чтобы он соответствовал цвету этих перьев. Остальное было делом шитья, включая мучительное вшивание четырех метров перьевой бахромы в рукава.
И вот платье было готово, я в нем выступила, отсняла шикарную фотосессию… и поняла, что не готова надевать его пару раз в год на какой-нибудь бал, что я хочу ходить в нем — и буду. Так мой первый сезон в ботаническом саду прошел в «Духе Леса».
Ко второму сезону я вошла во вкус. Меня уже не устраивали принты исключительно на бальных платьях, я хотела носить их повседневно. Я научилась превращать небольшую картинку в двухметровое полотно. Так появились «Туманные ели» и сарафан «Замок в холмах». Одобрение зрителей росло, вместе с ним росла и дизайнерская дерзость — и я взялась за «Хаддон-холл».
Платье «Туманные ели».
Ефименко П., фото, 2025
Наверное, каждый любитель Средневековья, увидев фото этого замка, воскликнет: «Хочу там жить!» Это замок тюдоровской эпохи, который… двести лет простоял запертым. Он зарос плющом, в точности как замок Спящей Красавицы, пока в самом начале ХХ века Джон Маннерс, девятый герцог Ратленд, не решил вернуть его к жизни — но не стал перестраивать, а только на протяжении долгих лет реставрировал. Сейчас замок принадлежит младшему брату нынешнего герцога, который и заботится о замке. Я читала их блог, любовалась их елизаветинскими залами, и постепенно у меня вызревала мысль: «Если я не могу жить в Хаддон-холле, я могу в нем
Мне хотелось этого так сильно, что я решила сделать платье-трансформер: откидные рукава, которые как бы стилизация под тюдоровские наряды (точнее, под наши представления о них), на самом деле съемные, а без них это платье превращается пусть и в дизайнерское, но вполне повседневное, в нем можно читать лекции. По воле судьбы в первый раз я его надела на два мероприятия сразу: сначала выступала на фэнтезийном концерте — с откидными рукавами, потом их сняла и помчалась на лекцию. Но когда надела его второй раз — уже в Ботанический, на «Русалок» (было изрядно холодно, а оно хоть всего лишь по мотивам Тюдоров, но по-тюдоровски очень теплое!), то с той поры так откидные рукава и не снимаю. Как ни странно, это не мешает иногда в нем читать лекции.
Работа над изображением была огромной. Из одного фото надо было сделать четыре полутораметровых полотнища и два метровых, убрать «шум», возникающий при увеличении и некоторые лишние детали. Один и тот же фрагмент фото становился передней и задней планками платья, другой — левым откидным и правым основным рукавами, изменяясь при этом настолько, насколько это было необходимо. После этого шитье мне показалось отдыхом — платье было сшито за четыре дня (как обычно, без швейной машинки).