Александра Багирова – Развод в 50. Начать сначала (страница 35)

Светлана

— Марта, ты хочешь сказать, что мне мешок на голову надели по приказу Лени?

То, что сын встал на сторону отца это одно. Но слышать подобное из уст дочери…

— Это, мам, я только начала копать. Да, он заказал через посредника и не одного. Цепочка продуманная, и к нему сложно вела. Но конечный заказчик именно он. Доказательства у меня есть. И я бы о таком не врала. Он подкупил людей Шилова, все было по его приказу…

— Из-за патентов? Они хотели выбить подпись? Любым способом… — голос подводит.

Хватаюсь за горло, вспоминая недавние события. Когда человеку надевают мешок на голову, вряд ли его везут просто для беседы.

— Мам, он отморозок, который умел очень хорошо притворяться.

— Мой сын, — отхожу к окну.

Первые эмоции очень сильные. Они подобно цунами накрывают, окунают в омут предательства. Тимур… теперь родной сын. Он показал свое отношение ко мне.

— Мам никакой пощады. Ты это понимаешь, — Марта подходит и сзади прижимается ко мне.

— Понимаю, — отвечаю глухо.

— Девушки, простите, что отвлекаю, — на кухню входит Алексей, за ним виднеется фигура Ратмира. — Но вы должны это увидеть.

— Интригуете, Кардинал, — Марта хитро щурится.

— Почему «Кардинал»? — спрашиваю, глядя то на дочь, то на мужчину.

— Это пусть он тебе рассказывает, — дочь смеется.

— Все потом, сейчас у нас просмотр занимательной передачи, — Алексей кивает Ратмиру и тот ставит планшет на стол.

Мы с дочерью садимся за стол. И нам включают… мою сестру. Она с уже знакомым мне Петей на руках, рассказывает какой монстр Тимур, как он ее годами домогался, как изнасиловал, а потом силком повез на аборт. Как он развлекается с Ариной, а их ребенок подвергается жуткой опасности. И если бы не Вера, то малыш вообще мог не выжить. Вижу кадры нашей квартиры, хотя с трудом ее узнаю.

Зная Тимура, мне как-то слабо верится, что он мог добровольно устроить подобное в своем дизайнерском логове, где он продумывал каждый сантиметр. Для него уют всегда был на первом месте.

— Так она на него заяву накатать попытается, — чешет подбородок Ратмир.

— Как-то не представляю своего мужа насильником, — убираю прядь волос с лица. — Но я и изменщиком его не представляла. А новость вообще… надо переварить…

— Сейчас эту новость репостнут по всевозможным ресурсам к утру инет будет гудеть, — Марта откидывается на стуле. — А тетя Вера дает жару.

— Еще опека подключится. Ребенок в ненадлежащих условиях. Шилов, конечно, попытается все замять. Но снова шумихи не избежать, — Алексей стоит за моей спиной.

— Блииин! Тетя Вера меня обскакала, — выгибает бровь с пирсингом Марта. — Я только собиралась насыпать им перчику в трусы, а она первой удар нанесла.

— Она меня не поддержала, когда я с ней говорила. Встала на сторону Тимура. А сейчас его топит. Что-то у них было.

— Нам это все на руку. Развод пойдет на наших условиях, — Ратмир подмигивает мне. — Лицензии отзовем. Дело плевое.

— Одно фигово. Ленчик как бы не при делах. Все шишки на отца летят, а главный гнида, как раз он, — глаза Марты злобно сверкают. — Папка вон и без нас хлебнет со своей новой женушкой. Я смотрю, она дамочка веселая.

Да, зная характер мужа, подобные тусовки вызывают у него только чувство гадливости. Тимур не воспринимает ничего, что не укладывается в его идеальные стандарты. Даже родную дочь.

— Так ты копни на Ленчика, а я это все применю по назначению, — Ратмир широко улыбается. — Его это все равно коснется, потому как бизнес развалится. Но если хочешь жестче, сделаем.

— Хочу, — кивает Марта.

— Маме твоей еще документы надо подписать. Она сомневалась, мне не доверяла.

— Подписывай, мам. Не сомневайся! Он лучший! И он определенно на нашей стороне! Проверенный чел! — дочь переглядывается с тем, кого называют «Бульдозер», и теперь между ними происходит молчаливый диалог.

После предательства именно эти люди сохраняют мою веру, помогают держаться. Хотя, Алексея и Ратмира я знаю всего ничего. А Тимура всю жизнь… вот они превратности судьбы.

— Подпишу. А я не сомневался, — выдает адвокат. — Поэтому уже пообщался с Тимуркой. Я и не знал, что у него сегодня так весело.

— Веселье только начинается, — усмехаюсь.

— О, приехали, — Алексей выглядывает в окно. — Выходит из кухни, потом слышится хлопок двери.

Потом голоса, шорохи.

Через несколько минут он зовет меня в гостиную.

— Светлана, поскольку у вас вещей нет, а вы моя гостья, я взял на себя смелость и немного по-мелочи заказал, чтобы вы чувствовали себя комфортно. Если не понравится, всегда можем сделать другой заказ.

— И это немного, — Марта качает головой.

— Алексей, и правда, это слишком. Я вполне могла себе что-то купить, — рассматриваю пакеты известных брендов, которыми завалена комната.

— Мне приятно, честно, — в его глазах теплота появляется, нечто человеческое. То, чего оказывается мне не хватало все это время.

Я привыкла заботиться о Тимуре, а чтобы он думал обо мне, как-то этого никогда не было. Даже в начале наших отношений, он не спрашивал, как я себя чувствую, ничего ли у меня не болит. А я и не знала, что может быть иначе. Находила в Тимуре хорошие качества, старалась замечать именно их.

— Мы же и не будем вас стеснять долго. Подберем квартиру с Мартой.

— А вот тут я настаиваю, чтобы вы остались у меня. Мне одному так надоело, вы скрашиваете наши холостяцкий будни с Тайсоном. И с точки зрения безопасности, мне так спокойнее, вы всегда под присмотром.

Словно в подтверждение слов хозяина пес трется о мои ноги и доверительно в глаза заглядывает.

— А Тай тебя признал, — замечает Марта.

— Он ее учуял сразу. И так и не отходит, — смеется мужчина.

Тут раздаются сразу два звонка. Марта и Алексей синхронно достают свои телефоны.

— Шилов, — подмигивает мне Алексей.

— О, неожиданно, — восклицает дочь. — Дядюшка Ефим соизволил вспомнить о племяшке. Он че решил выйти из своего астрала, — Марта прыскает со смеху.

Алексей отходит принять вызов. Марта тоже проводит по экрану.

Я становлюсь рядом, чтобы услышать разговор дочери, очень уж интересно, что сообщит брат мужа, на которого все добро и было переписано.

Глава 48

Когда было покушение на Тимура. Мы тогда все перепугались. Леня настаивал, что все надо переписать на кого-то, чтобы к отцу вопросов не было. Сын хотел, чтобы я и патенты отдала. Но тут я проявила твердость, и сказала, что раз мне не угрожают, то я ничего переписывать не стану. Это труды всей моей жизни, и я не готова была с ними расставаться.

А вот фирма, завод, подвергались постоянным проверкам, докапывались до любой мелочи. Были попытки и рейдерского захвата. Потому предложение Лени выглядело вполне рациональным.

Стал вопрос на кого?

Кандидатура была только одна — младший брат мужа Ефим.

Он человек весьма специфический, долго с ним общаться невозможно. Но Тимур считал его надежным, потому что его брат отрицает любые материальные ценности.

Ефим с головой ушел в астрологию, духовные практики, постоянно проходит новые учения, сам занимается наставничеством. Обзавелся небольшой группой своих последователей.

Отрицать материальное, он конечно отрицает, но вот ничего не имеет против того, что Тимур на постоянной основе оплачивает ему путешествия в разные страны и прохождение там всевозможных духовных курсов.

Моего мужа это устраивало, потому что его брат не глядя подписывал все, что от него требовалось.

С Ефимом я никогда не была близка. Я старалась его избегать. У меня от него болела голова. И если бы человек действительно разумные вещи говорил, это одно, но он нес несусветную чушь, которая для меня как человека науки была дикостью.

Брат мужа называл меня приземленной женщиной, с плохой энергетикой, советовал пройти обряд очищения.

В общем, чем меньше я Ефима видела, тем мне было лучше.

Алексей вышел поговорить по телефону с Шиловым в другую комнату. И Марта, видя мой интерес включает громкую связь.