Александра Багирова – Развод в 45. С чистого листа (страница 11)

- Пока еще пол определить невозможно.

- Вов, что ты такой смурной! – дергает его за руку. – Ты видел, какой у нас красавчик! Самый красивый малыш у нас будет.

- Дан, там горошина.

- А я мать, я больше вижу! И скоро поймешь, что не ошибаюсь!

К счастью, приходит официант и бессмысленный разговор прерывается. Он расставляет блюда. Владимир себе заказывает греческий салат, и то вряд ли к нему притронется. Кусок в горло не лезет.

Дана же накидывается на еду. Она ест так, будто за ней гонятся и сейчас все отберут. Быстро, с жадностью, едва прожевывает.

Чего ты спешишь! Не можешь хотя бы есть, как женщина? Кричит у себя в голове.

Невольно вспоминается, как ест Лина. Аккуратно разрезает, аристократично держит вилку в руке. А как она кладет еду в рот, это же такое зрелище. Каждое движение завораживает. Как она жует, наслаждаясь вкусом. Не спешит.

Вова нервно сглатывает.

Лина – королева, в каждом жесте, движении, слова, взгляде, это у нее в крови. И после королевы, окунуться в простоту Даны, это конкретно понизить планку.

Вова слишком долго жил с королевой, чтобы быстро привыкнуть к изменениям.

Но они настали. Он правильно сказал – Лина прошлое. А вот Дана его новая реальность. Все правильно. Так должно быть.

- Капец как вкусно! Ммм, - берет сало, кладет в рот и причмокивает. Облизывает пальцы. – Они тут так готовят, обалдеть! Вов, наконец-то мы будем счастливы, - смотрит на него преданным взглядом.

- Угу…

- Только я не пойму, зачем ты эту мымру выпустил из больнички? Там же все договорено было. Нельзя ей на свободу. Она же гадить начнет.

- Врач не мог ее больше держать. Она грозилась рассказать его секрет. А если бы на него надавили, он бы и нас сдал, - нехотя объясняет.

- Блииин! Паршиво. Надо что-то новое думать.

- Ешь, Дан. Я отойду, - встает и направляется в уборную.

Умывается холодной водой. Прислоняется лбом к зеркалу. Тяжело дышит.

Так и стоит минут десять. Даже не реагирует, на входящих мужиков.

- Извините, вам плохо? Помочь? – кто-то участливо его за плечо трогает.

- Нет. Все нормально.

Возвращается к Дане. А она уже расправляется со вторым десертом.

- Вов, ты салатик будешь? А то я как-то это… не наелась, что ли.

- Бери. На здоровье.

- Улыбнись! Мы же празднуем! – встает с места, подходит к нему и целует губами, измазанными в креме, - Сладкий поцелуй, - смеется. – Можем дома продолжить.

- Угу…

Он едва дожидается, когда закончится ужин. Везет Дану в дом. Он хотел, чтобы она еще у себя жила, но Дана уже после банкета, после того как Лину врачи увезли, сразу же намылилась к нему домой. Так и осталась.

Пока он был на работе, она все вещи Лины собрала и вызвала службу, чтобы их вывезли.

Наверное, оно и к лучшему. Незачем напоминать.

- Мне еще на работу надо заехать, - высаживает ее у дома.

Надо его продавать. Этот дом полон призраков. Жизни тут не будет. Владимир уже сейчас не может в нем находиться.

Едет к себе на работу. Заходит в офис. Достает телефон Лины, и отвечает от ее имени на сообщения. Проверяет переписки. Вроде бы все, так как надо.

Хотя ни фига не так!

- Владимир, я к вам, - в дверь просовывается голова.

Секретарши на месте уже нет. Оно и понятно. Вечер. Это Володя пришел, чтобы побыть в тишине. Но у тут в покое не оставляют.

- Проходи.

- Дело сделано, - Катя падает на кресло напротив него.

- Где она?

- У моей мамы ее поселила.

Глава 16

- Хорошо. Пусть там будет. Докладывай мне про каждый ее шаг, - Владимир устало откидывается на кресле.

- Кирилл долго во Франции не пробудет. Как только сможет, он приедет, - Катя смотрит на него преданно, с готовностью исполнить любое поручение.

- Ты хорошо все организовала. Как я хотел, помяли, но не сильно. Ему пойдет на пользу. А то совсем распустился сопляк, - он отодвигает ящик, достает стопку банкнот и кидает на стол. – На мелкие расходы.

- Спасибо! – она мгновенно сгребает купюры, глаза алчно блестят.

Иногда у гениальных и талантливых людей, как ее отец, рождаются вот такие ошибки природы.

Впрочем, у него та же ситуация. При воспоминании о сыне, внутри поднимается черная, удушающая волна. Лучше бы у них с Линой вообще не было детей, чем иметь такого сына.

Это его крест, и ему его нести.

- Я пойду? Или еще будут указания? – переминается с ноги на ногу.

- Иди.

Продажная тварь, мысленно добавляет.

Она ни секунды не раздумывала, когда он предложил ей сделку. Да, с одной стороны – ему это на руку, с другой, он презирает подобных особей.

Но Катерина сейчас нужна. А потом… потом она получит свое.

Дверь хлопает, Владимир встает из-за стола и подходит к окну. Город горит яркими огнями, тот же самый город, который много лет назад они хотели покорить с Линой. Они сидели в дешевой кафешке и на салфетке рисовали планы.

Они были полны надежд, идей, энергия бурлила, и казалось, нет ничего невозможного. Как же Владимир любил свою Паулину. Она уже тогда, в дешевой кафешке выглядела королевой. Это в ее крови. Он любил ее до трясучки, восхищался и боготворил.

А сейчас Лина – живое напоминание, кем он мог быть, и кем не стал. Они были как две половинки. Свет и тьма. И чем больше было света в ней, тем больше тьмы Владимир поглощал. Соответствовать своей королеве, всегда и во всем. Не допустить, чтобы ее что-то расстроило, и ни в коем случае нельзя, чтобы тьма ее коснулась. Он все поглощал, сжирал, давился ядом, и был уверен – это единственно возможное решение.

А в какой-то момент тьма его заполнила. Он стал недостоин своей королевы. Слишком грязный, пропахший всем тем, от чего он ее оберегал.

Они оказались по разные стороны. Свет и тьма не могут быть вместе. Его королева должна оставаться чистой. А он пойдет наверх, без нее, к своему величию, которого был лишен. Он станет черным королем, и рядом с ним будет женщина, удобная и наиболее подходящая. Больше никакой любви, которая все отравляет. Только чистый расчет.

Владимир больше не намерен растворяться в чувствах. Они губят. Они уже сожрали его душу. Дана – идеальный вариант, серая, неприметная, заглядывающая ему в рот и при этом далеко не глупая.

В идеале, он бы выбрал не Дану, а мене отталкивающую особь. Но карты легли так, что это может быть только Дана. Ничего, ему она подходит. И возможно, он вылепит с нее когда-то подобие человека. У них будет ребенок, которого Владимир воспитает правильно. Малыш – это тот лучик света, который разбавляет его тьму. Даже королю в его темном царстве нужен огонек тепла, маленькая надежда.

А надежда его сейчас погребена под завалами предательства его светлой королевы. Такая правильная, принципиальная королева, совершила то, что навсегда закрыло для него врата рая. Именно после ее поступка, Владимир осознал – им никогда не быть вместе. И если он не ударит первым, это сделает Паулина.

И все равно Владимир продолжает видеть в ней свет. Даже ее предательство он впитал, кормил им свою тьму.

Он поступил с ней очень благодушно. Он свергнул, но не растоптал окончательно. Паулина вынудила его напасть, он лишь действовал на опережение. Ее надо было растоптать, ибо она слишком сильный противник. Он не смог. По многим пунктам дал заднюю.

Владимир не сомневается, она восстанет, она же королева, величие у нее в крови. А темное царство останется у него в единоличном пользовании. Он все для этого сделал, сжег мосты в черном огне.

Еще многое предстоит сделать. Сложно, ломать свою королеву. Но надо признать, они не выстояли вместе. Он предал, она предала. Жестокие жернова искромсали их. Пора разделять и властвовать, ей свет, а он станет королем тьмы и возьмет все, что возможно. И если Лина захочет его уничтожить, он ответит. Нет больше ничего, чтобы его сдерживало. Он со своей стороны сделал все, чтобы ее отпустить, но теперь за свое темное царство Владимир намерен бороться.