Александра Багирова – Никогда тебя не отпущу (страница 7)

Это поцелуй зверя, завоевателя, победителя.

Тело — раскаленная сталь.

Не могу противостоять. А должна! Обязана!

Его руки бесстыдно блуждают по моему телу, пробуждают то, что я похоронила вместе с ним. И нечто новое, некий ураган, с которым я не была знакома. Но этот ураган, наполняет энергией, вызывает безумное желание и жажду. Хочу пить его огромными глотками, и понимаю, что никогда мне не насытиться.

— Я так соскучился, — его слова льются ко мне в рот, попадают внутрь и окутывают окровавленное сердце теплым покрывалом. Они уносят боль, даруют забвение.

Дверь лифта открываются. Нас обдает холодным воздухом.

Пробуждение. Морок спадает.

— Не смей! — кусаю его за губу. — Ты не имеешь права! — во рту его кровь. Она мне кажется сладким ядом.

Упираюсь руками в его грудь. Денис смотрит на меня, медленно слизывая кровь.

— Только я имею право, — берет мое лицо в капкан своих ладоней. — Запомни, Виктория, иного не будет.

Поднимает меня на руки и несет по коридору. Одной рукой открывает дверь, входит внутрь, аккуратно кладет меня на диван.

— И что дальше? Чего ты добиваешься? — вскакиваю, упираю руки в бока.

Ярость взрывается новой волной. Ненавижу, за то, что напомнил, как он искусно умеет лгать, далеко не только словами.

Глава 9

— Хочешь пить? — неожиданно спрашивает. — Американо с молоком без сахара, как всегда?

Он стоит, засунув руки в карманы брюк. Невозмутимый, на первый взгляд спокойный, только пульсирующая венка на шее выдает волнение.

— Черный кофе. Одна ложка сахара и стакан минералки, — скрещиваю руки на груди. — Все меняется, Денис, вкусы тоже.

— Ок, — разворачивается и выходит из комнаты.

Смотрю по сторонам. Помещение явно нежилое. Тут еще сохранился едва уловимый запах краски. Ремонт в светлых тонах, стандартная мебель, квартира напоминает отельный номер.

Срываю со головы фату, которая каким-то чудом продолжала болтаться сзади. Раздражает. Все бесит.

Не хочу его видеть, и не могу находиться одна в комнате. Нонсенс.

Иду за ним. На его запах. Застаю на кухне, включает кофе-машину.

— Успокоилась? — спрашивает не оборачиваясь.

— С тобой это непозволительная роскошь, — бурчу себе под нос и усаживаюсь на край мягкого уголка, кладу руки на стол. — Ты снял эту квартиру?

— Да.

— Ольга твой бизнес продала, — вырывается на автомате.

Почему я снова о ней?

— В курсе. Пусть подавится, — пожимает плечами, продолжа стоять ко мне спиной. — Плевать.

— У вас дочь. Может, что-то из твоего наследства Еве достанется, — зачем-то продолжаю разговор на жутко неприятную тему.

— Это не моя дочь, — ведет плечом, выдавая свою агрессию.

— Ну да, ну да, — даже не злюсь. Другого ответа не ожидала. Он и дальше будет убеждать меня в своей лжи. — Только если ты оказался жив, то вы по факту с ней муж и жена. И ребенок записан на тебя. Плевать, да?

— Разведусь, — ставит передо мной черный кофе и стакан минеральной воды.

— Спасибо, — обхватываю стакан и делаю маленький глоток. — А потом уедешь?

— Нет.

— Может, тебе результаты теста ДНК показать? Я сама его делала, Ольга не знает.

— Зачем? — снимает пиджак, кидает его на диванчик рядом со мной, сам садится напротив на стул.

— Чтобы освежить моменты вашего брака. Еву жаль, папка от нее отказывается, — злобно щурюсь. Желание укусить его хотя бы словесно, растет с каждой секундой.

К Еве я действительно не испытываю никакого негатива. Ребенок ни в чем не виноват. Она хорошая девочка, послушная, милая и ласковая. Растет практически без матери, еще и в семье моего отца… печальная участь. Она на свет не просилась. Но если они по каким-то своим причинам зачали ее, то пусть несут ответственность.

— Ты падаешь в моих глазах еще ниже, Денис, — обхватываю чашку с кофе обеими руками. — В своем нежелании нести ответственность за ребенка. Ева растет как сирота, при живых родителях. Это не правильно.

— Пусть ее папаша и несет ответственность. У меня есть Агата. Моя дочь. Вот ей я собираюсь сообщить, — наклоняет голову набок, ждет моей реакции.

— Запрещаю, — только одно слово удается выдавить из себя, настолько он меня ошарашил.

— Я хочу быть рядом со своей дочерью. Ты мне этого запретить не можешь, — скалится.

— Агата столько всего пережила. По твоей милости тоже. Хватит, Денис! Я не позволю калечить психику дочери! — повышаю голос.

— Я желаю Агате только счастья. Я защищу вас, — поддается немного вперед.

— От себя защити! От тебя у нас одни неприятности. Мы нормально жили. Оправились от всех ужасов! — зажмуриваюсь. Не даю предательским слезам выплеснуться наружу. — Вот зачем ты появился?! Чтобы снова нас мучить?!

— Чтобы быть с вами, — в голосе звучит такая знакомая нежность.

Лживая нежность!

— Нет!

— Чтобы ты наконец-то стала моей женой! Моей, Виктория, и ничьей больше! — слова припечатывают меня к дивану.

— Ты женат! А у меня ребенок от другого! У меня жених! Которого ты, возможно, покалечил!

— Я уже люблю мальчика, — открываю глаза и встречаюсь с его жадным взглядом. — Он твой сын, я люблю все, что связано с тобой. Я усыновлю его, воспитаю как своего сына. Несмотря на… — замолкает. Сжимает руку в кулак, стискивает зубы так, что слышу, как они скрипят.

— На что?

— Оставим это… Будь со мной, Вик. И мы со всем справимся.

— Договаривай раз начал!

— Я прощу тебе, решение не спасать нашего малыша. Переступлю через это. Я смогу, — взъерошивает волосы.

— Ты… ты… Чтооо?! — мои глаза округляются до боли.

Хватаю чашку с кофе и выплескиваю ему в лицо. Руки дрожат, немного промахиваюсь, и попадаю чуть ниже, на белоснежную рубашку.

Наблюдаю, как по белой ткани расползается коричневое пятно. Очень символично… именно в эту коричневую жижу он превратил наши отношения.

Допускаю, что ему кто-то мог сказать подобную чушь.

Но как он мог поверить?! Зная меня?! Что я могла избавиться от нашего с ним ребенка?!

Следом выливаю на него стакан воды. И мне мало. Хочу еще кромсать, рвать, орать.

Денис встает, по лицу стекает вода, в глазах отражается безумие.

— Правда глаза колет, да, Вик? — хмурится. — А не проще ли все признать? Я пойму тебя. Попытаюсь…

Расстегивает пуговицы на рубашке. Снимает, кидает ее на пол.

Смотрю на Дениса. Тру глаза. Позабыв про макияж. Открываю. Снова тру.