Александра Багирова – Никогда тебя не отпущу (страница 30)

— Я хочу поехать с Агатой купить железную дорогу Марку. Я обещал, — смотрит мне в глаза болезненным взглядом. Словно его ранили, а он продолжает двигаться сквозь невыносимую боль. — Он мне уже дорог… он же твой…

— Агата останется дома. Ты все равно узнаешь, — вздыхаю. — Галину порезали сегодня. И дома отцу ее кровью угрозы написали. Поэтому он был тут.

— Что уже? — вырывается у него растерянное.

— То есть ты знал? — отшатываюсь так резко, что с грохотом врезаюсь в стол.

Глава 38

— Вик, твой папаша много дел натворил, — не мигая смотрит мне в глаза. — Рано или поздно, он должен за все ответить.

— Ты за этим стоишь? — спрашиваю шепотом, голос сел.

— Не я…

— Но ты знаешь, кто это, — ответ вижу в его глазах, даже подтверждения не требуется.

— Да…

— Почему Галина? Она не лучший человек, но зачем так, — закрываю рот рукой, подавляя всхлип.

В кого он превратился. Похоже, я была о нем лучшего мнения, чем он есть на самом деле.

— Вик, если бы я мог, я бы предотвратил. Не успел, — разводит руки в стороны. Но сожаления не вижу.

— Своего отца тоже ты отравил? — высказываю жуткую догадку.

— Думаешь, я а такое способен? — глаза полыхают огнем, в них кроме ярости больше ничего не прочитать.

— Думаю, да и на что-нибудь похлеще.

— Я никогда не причиню вреда ни тебе, ни детям.

— А твои новые друзья, с которыми ты связался? — держусь руками за стол, пол под ногами качается.

— Я уберегу тебя ото всех. Никто не приблизится. Ты будешь в безопасности, — рычит.

— Так же как Галина? А потом скажешь, прости, я не успел? Или это надо было для дела?

— Не будет такого! — подходит ближе, осторожно убирает локон, упавший мне на глаза.

— Денис, они уже строчат мне смс с угрозами. Твой «друг» Степан предлагает сотрудничество, названивает, приезжает! Отличную компанию ты себе выбрал! Так будь с ними! Не лезь ко мне! Оставь! Если на меня плевать, — всхлипываю, — Подумай о дочери! Агата подобного не заслужила!

— Что за смс? — крылья носа трепещут, в глазах уже настоящий пожар.

— Поиграем, сучья дочь! И я должна быть уверена в своей безопасности после этого? Просто довериться твоим словам? — отталкиваю его со всей силы. — Не подходи! Не прикасайся! НИКОГДА!

— Я разберусь, Вик. Обещаю, все скоро закончится! Я близок к цели. Когда смогу, я все-все тебе расскажу.

— Еще не забудь познакомить с той бабой, которая тебе названивала, и к которой ты как верный пес помчал! — зря я это ляпнула. Спалила свою ревность, что пожирает меня куда сильнее врагов.

Потому что не будь Денис обманщиком, мы бы вместе справились. А так… он на стороне врагов.

Сейчас он это подтвердил. Безвозвратно растоптав нас.

— Все не так. Она не моя баба, — взъерошивает волосы.

— Пошел вон! — отворачиваюсь.

— Вик!

— Ни слова больше не говори, — пытаюсь передать взглядом все свое презрение, все свои разбитые надежды и изувеченную любовь.

Денис разворачивается и уходит. А я заливаюсь слезами, в который раз прощаясь с ним. Сколько обещаю себе, что все, хватит. А все равно в глубине души на что-то надеюсь.

Подхожу к окну. И вижу какую-то возню во дворе.

Что опять случилось? Выбегаю к воротам.

Денис держит за ворот куртки Карима. Тот побитый, едва стоит на ногах.

— Отпусти его немедленно! — кричу.

Охранники нас окружают, но я даю им знак не лезть. Если они затеют драку, тогда с Каримом может произойти непоправимое.

— А то что? — скалится Денис.

— Ты ненормальный! Слабого будешь бить? Человека, вышедшего из больницы? — от моих слов, Карим болезненно морщится.

Задела его мужское самолюбие. Но в данной ситуации нет времени выражения выбирать.

— Еще и замуж за него сходи! Я ведь не оправдал твоих надежд. Не то, что он! — выплевывает каждое слово с неприкрытой горечью.

— А это не твое дело! Я сказала, убирайся!

Швыряет Карима об металлический забор. Мой бывший жених со стоном оседает на землю.

Денис запрыгивает в машину и уезжает. А с носа Карима течет кровь, глаза закатываются, он в полусознательном состоянии.

— Зачем же ты из больницы вышел?! — причитаю.

— Виктория Андреевна, позвольте, помогу, — охранник склоняется над Каримом и пробует остановить кровотечение. Его напарник уже звонит в скорую.

— Виктория я так тебя люблю, — шепчет заплетающимся языком.

А я не знаю, что ответить. Правильнее всего было бы — забудь меня. Я приношу тебе только неприятности. Но сейчас явно не время для подобного разговора.

К счастью скорая приезжает быстро. Извиняюсь перед Каримом, что не могу поехать с ним.

Дети превыше всего. А сейчас я не могу их оставить. Я все еще не понимаю, от кого исходит основная угроза.

Денис знает, но он не сказал. Значит, и рассчитывать, на его защиту бессмысленно.

Неужели теперь он враг?

Эта мысль отравляет. Не хочу верить. Не могу смириться. Но факты вещь упрямая. А они указывают именно на это.

Глава 39

Следующие два дня проходят спокойно. Если можно назвать состояние, когда сидишь как на вулкане, ожидая со всех концов извержения.

Карим снова в больнице. Ему ожидаемо стало хуже. А я… не хочу к нему ехать. Переписываюсь с ним, желаю скорейшего выздоровления, игнорирую его признания и теплые слова.

После всего происходящего, меня полностью от него отвернуло. Не в Кариме дело. Он ничего плохо не совершил. Просто во мне окончательно что-то разбилось и восстановлению и починке не подлежит.

Отец тоже мне звонит. Рассказывает, что жизни Галины ничего не угрожает. Просит быть осторожной и не выходить из дома. Также снова предлагает уехать. И обещает заехать ко мне на днях. Его видеть тоже не желаю. Беда нас не объединила. Доверия к нему нет. Хоть есть сомнения, что все же не он главное зло. Но от этого не легче, слишком отец постарался отравить мне жизнь, чтобы я так просто все забыла.

Конечно, провести время с детьми — это хорошо. Но я не могу вечно сидеть взаперти. Мысли атакуют. И Денис все из головы не выходит. Неужели он встал на сторону врагов? Что вообще в его голове? Чем он думает? Что с ним происходило эти четыре года?

На третий день мне звонят из больницы. Сообщают, что Ярослав пришел в себя, и хочет меня видеть.

Детей оставить одних не решаюсь, потому вижу единственный выход — звоню брату. Костя соглашается, правда он не в восторге от моей идеи. На удивление, он солидарен с моим отцом. Пока я не покидаю дом, твердит мне не переставая, что тут оставаться опасно.

В больницу доезжаю быстро. Охрана на месте. Ярослава перевели в другую палату. Он выглядит заметно лучше. Уже не такой бледный, даже улыбается мне.

— Викуся, как я рад тебя видеть! Спасительница моя! — тянет ко мне руку.

— Яр, очнулся! — сажусь на край кровати и расцеловываю его в обе щеки.