Александра Астафьева – Тот самый гость (страница 4)

Он опять лает, и, вытянув язык, как будто улыбается.

— Тогда идем купаться. Только нужно, чтобы ты мне помог. Завтра после посещения ветеринарного врача погуляем в парке, договорились?

Ещё один собачий лай, как будто пёс радостно и утвердительно отвечает на мой вопрос. Вспоминаю, что мама писала смс, просила позвонить ей. Я тут же хватаю телефон со стола и набираю её, а тем временем пёсик, чувствуя себя как дома, проходит дальше коридора в комнаты.

— Але, мам, привет! Прости, что долго не звонила…

— Верочка, ничего страшного, детка, — перебивает она, хочет спросить о самом главном, пока не забыла. — У тебя все хорошо?

— Да, — отвечаю ей, открывая дверь в ванную комнату.

Движением руки указываю Снежку, давая понять, чтобы он запрыгивал в саму ванну. Собака немного мнется, поскуливая. Поди привык к условиям жизни своего хозяина или хозяйки. Чем больше я думаю о последнем, тем быстрее сокращается мое сердце.

— Не бойся, мой хороший, — подгоняю его.

— Вера? — слышу мамин голос.

— Да, мам, я тут.

— Ты не одна?

— У меня гость, — говорю ей с улыбкой в голосе. — Особенный.

Снежок чувствует, что речь идёт о нем и тут же громко лает, становясь передними лапами на край ванны.

— Я надеюсь, он — мужчина?

— Можно и так сказать.

— Это же замечательно, дорогая! — радостно восклицает она. — Наконец-то, ты не одна, хотя бы сегодня.

— Мам, я включу громкую связь, погоди, — нажимаю на соответствующую кнопку и кладу телефон на поверхность стиральной машины. — Давай, Снежок, поднапрягись.

Кое-как помогаю ему поместиться в ванную, затем открываю напор тёплой воды, чтобы для начала намылить красавца.

— Вера, мне как-то неудобно. Ты не одна, и на громкой связи со мной. Я позвоню позже, когда…

— Всё нормально, я с собакой.

Снежок приветственно гавкает.

— С собакой? — судя по голосу мамы, она слишком удивлена.

— Да, — руками намыливаю собачью белую шёрстку, почесывая подушками пальцев. Он с удовольствием подставляет свою мордочку. — Пес прибился к нашему дому. Весь холодный, голодный… Мне стало его жаль.

— Вера, — мама вздыхает, но я как будто не слушаю её, продолжаю говорить.

— Он нуждался в помощи. Я взяла его, и теперь он живёт у меня, но это временно.

— Почему? — кажется, мама положительно воспринимает данную ситуацию.

— Это породистый пёс. Лабрадор. У него однозначно есть хозяин, такие собаки просто так не оказываются на улице.

— Потерялся?

— Скорее всего.

— А я уже понадеялась, что у тебя появился мужчина.

Слышно только, как шумно льется вода, пока мы со Снежком замолкаем, готовые слушать мамин диалог. Но, как ни странно, и мама молчит. Ждёт, наверное, что я отвечу. Все её разговоры по поводу меня и новых отношений, которых не жду, заканчивались моим: «ладно я перезвоню, сейчас занята». Знаю, что мама желает своей дочери счастья и только, но… Я не могу. Глеб продолжает прочно жить в моих воспоминаниях.

— Доченька, я переживаю за тебя, ты же знаешь.

— Знаю, — хрипло отвечаю ей, пока ее голос продолжает доносить из телефона, как каждую ночь и каждое утро она молится за меня. От всего сердца мама желает встречу с тем самым мужчиной, с которым я могла бы ощутить себя вновь счастливой.

— Глеба не вернуть. Мне очень жаль, девочка моя, но перестань себя хоронить вместе с ним. У тебя вся жизнь впереди и не какая-нибудь, а самая лучшая. Настрадалась вдоволь, теперь и счастью должна быть открыта дверь. Собака прибилась — примета хорошая. Значит, быть новому другу.

Продолжая молчаливо слушать ее слова, слезы напрашиваются без приглашения. Руками механично глажу собаку, которая тихонько поскуливает, глядя на меня. Мама первая завершает вызов и желает мне спокойной ночи. Я отвечаю ей тем же, но она уже не слышит. Отключилась. Я тоже: смотрю в одну точку, и слезы текут по щекам, тихонько друг за другом, с лица в ванную, наполненной водой, где крутится и виляет хвостом белый пес. Он не дает надолго погрузиться в молчаливую печаль.

— Снежок! — восклицаю от неожиданности и тут же смеюсь, когда мыльные брызги ударяют мне в лицо. Мокрый пес знатно стряхивает с себя лишнюю пену, распространяя капли воды по всему кафелю. Видимо, спать я лягу не раньше, чем часа через два. Придётся за ним убирать.

Вот шкодник!

4. Если я не смогу забыть…

Выходные пролетают незаметно.

Не могу сказать, что я отдохнула, зато отвлеклась, поскольку хлопоты теперь иные и приятные. Их создает Снежок.

Его присутствие все меняет в моей жизни, держит в приятном тонусе и тело, и настроение; добавляет волшебных красок в атмосферу наступающего Нового года. На дворе десятое декабря, но праздник не ждет, а заглядывает в каждый уголок улицы. Он стучится во все двери домов, магазинов, торговых центров и других зданий; напрашивается в гости в виде украшенной елки, с переливающимися гирляндами и разноцветной мишурой, белоснежного декора камина или его имитации. Гирлянды развешаны повсюду, кругом в прямом смысле слова «все горит». И как? Очень красиво. Наверно, впервые после случившейся трагедии с Глебом думаю об этом; о том, что меня окружает и продолжает окружать прекрасное. О том, что жизнь не стоит на месте, она всегда движется и со временем заставляет двигаться тебя, несмотря на горечь потери. Быть может, вот оно: пришло время все отпустить и наслаждаться хотя бы таким замечательным явлением природы как зима? Весь город и его жизнь пропитана зимним праздником, да и сама пора в этом году выдалась настоящей: со снегом пушистым, морозцем, щиплющим носы и щеки. Ощущаешь все это, когда в яркий солнечный день гуляешь с собакой или бродишь по парку в переливающийся разноцветными огоньками темный вечер. Кругом все пестрит, искрится. Эти дни я выгуливаю собаку в сквере недалеко от дома. Поводок так и не приобрела, к тому же Снежок не намерен убегать от меня, наоборот, находится возле, а если умчится на далекое расстояние, то останавливается и ждет меня.

В очередной раз я откладываю поиски настоящего хозяина Снежка. Этот вопрос остается все еще открытым. А совесть поедает меня изнутри. За несколько дней я прикипела к этому псу. Как будто всю жизнь он был моим верным другом, а я — его преданной хозяйкой. Но всякий раз, при виде Снежка, понимаю, что долго отвергать подобный факт не стоит, поскольку, все хорошее когда-нибудь заканчивается.

Сегодня я пробуду на работе до вечера, поэтому оставляю Снежку две миски с едой и водой, чтобы он не был голодным. Пёс очень разумный, и я не переживаю за него. Вчера знакомый ветеринар осмотрел его, ничего не обнаружил подозрительного, единственное, я и раньше замечала, как пес прихрамывает на одну лапку. Ветеринар также обратил внимание и сделал снимок. Чуть позже констатировал ушиб. Лапку пришлось плотно перевязать бинтом и запретить на какое-то время прыжки с бегом, чтобы не нагружать ее. Я не в состоянии контролировать активность собаки, пока нахожусь на работе. И это еще одна причина, по которой необходимо дать объявление о находке.

Всякий раз, когда я вижу перебинтованную его конечность, я вспоминаю о пациенте Гурове и его руке. Мысленно провожу параллель: все же, последнему досталось больше.

Жалко двоих. И пса, и мужчину: одного за то, что потерял дом, когда второй и вовсе мог потерять жизнь.

— Неужели, это вы?

Голос Гурова кажется таким знакомым и будоражащим, что щемит в области сердца. А ведь ещё пару дней назад, я готова была нагрубить за его проявленный ко мне интерес.

Зайдя в его палату, я наблюдаю мужчину в сидячем положении на кровати с приподнятой спинкой. Он осматривает меня, когда протягиваю ему градусник. Его глаза все такие же яркие и светлые, тёмные волосы вьются на концах, чёлка игриво спадает на лоб, из-под которой смотрят на меня все тот же голубой взгляд. Больничная одежда пациента — белого цвета футболка и такие же штаны — выделяет смуглый тон его кожи, что очень удивительно, сейчас ведь зима. Либо он только что вернулся из далеких тропических стран, либо, таков его натуральный оттенок.

— Это я. Вы ожидали увидеть кого-то другого? — отвечаю ему запоздало.

Мысленно даю себе оплеуху, поскольку позволила вытаращиться на него, и Гуров это заметил.

— Кого-то другого я видел вчера и позавчера. И должен сказать, это были не вы.

— Какая жалость, — подыгрываю ему. — Или счастье?

— Счастье свершилось. Сегодня я вижу вас и от этого чудесно на душе, — сердцеед улыбается белозубой улыбкой.

Принимая градусник, он кладёт его на тумбочку рядом с кроватью. Словно зачарованная наблюдаю за движущейся рукой, отмечаю широкую ладонь и крепкое предплечье. Его здоровая рука кажется сильной и привлекательной. Не воображала себе, что обыкновенные мужские руки могут заинтересовать наряду со смуглой кожей.

— О чем вы думаете? — вопросы моего пациента определенно распространяют вибрации по телу.

— О том, что вам необходимо измерить температуру, — отвечаю ему тем, за чем пришла сюда.

— Все нормально. Я ни разу не лихорадил, как очутился здесь.

— Тогда измерите чуть позже, у меня нет времени ждать, вы не единственный пациент в отделении этой больницы.

Я слишком дезориентирована, и по привычке проявляю холодность по отношению к нему, но, кажется, Гурова мало интересует мой тон и мое настроение.

— Как вы себя чувствуете? — все же стараюсь вести себя более приветливо, и в моей компетенции поинтересоваться вначале о здоровье, а не поддаваться бесполезным дискуссиям.