Александра Астафьева – Под открытым небом (страница 48)

По сценарию шоу я должен оставаться сидеть на месте, сохраняя свой образ. Но как только мне удается разглядеть в полутьме эту картину, ноги сами несут меня по направлению к парню с Джией на руках.

Абсолютно наплевать на зрителей, и что они подумают о моем исчезновении. Возможно, все, что происходит на сцене, задумано наперед. Сейчас меня это меньше всего волнует.

– Что произошло?! – кричу ему в след, замирая на месте от увиденного.

Мы уже полностью скрываемся из вида зрительного зала, когда без единого слова, но с трясущимися конечностями, потихоньку помогаю парню спуститься со сцены с закулисной стороны. Мои глаза достаточно привыкли к полутьме, поэтому я без труда могу разобрать картинку. Джиа без сознания: лицо не выражает эмоций, правая сторона ее бедра вся в крови, одна рука свисает, как плеть.

– Она упала прямо на мое рабочее место под сценой, – поясняет незнакомец.

Взглянув на него, понимаю, он не из команды саундчека, а, скорее, непосредственный работник этой площадки, потому что его я вижу впервые. На данный момент, это не так важно. Теперь мой взгляд сосредоточен на Джии, а вопль отчаяния так и рвется из груди, подобно крикам и свисту многочисленной толпы за сценой.

– Джиа, – ее имя выходит хрипло, пока в панике похлопываю по бледным щекам девушки. – Черт, она без сознания.

Я требовательно забираю ее у него. Сейчас она нуждается во мне также, как и я в ней. В моих объятиях ей полегчает. Я знаю.

Ничего не вижу перед собой, кроме пустующей пелены. Зато возглас парня, извещающий о начале второго музыкального действия, гремит как гром среди ясного неба, но я прошу его позвать кого-нибудь на помощь.

Мне наплевать. Без нее я не выйду ни на какую гребаную сцену.

Еще как назло рядом ни единой души. Я шарю в абсолютной полутьме за сценой в поисках выхода. Обычно мы спускались с другой стороны сцены и шли по длинному коридору, ведущему в гримерные или комнаты отдыха. А сейчас ни черта не видно, лишь образ страдающей Джии стоит перед глазами.

Где хоть кто-нибудь?!

– Кор! Твою мать! – позади меня слышится гневный крик Стива.

Безусловно, он не мог не заметить моего отсутствия. На протяжении всех концертов менеджер находится на огражденной территории саундчека с кучей камер, транслирующих все действия на сцене посредине танцпола.

– Какого черта ты не на… – его голос обрывается в тот момент, когда загорается полное освещение, и я оборачиваюсь к нему с Джией на руках. – Сюда!

Он указывает в спешке на небольшую тахту, стоящую поодаль от выхода.

– Джиа? – мой голос дрожит так же, как и руки, которыми я обхватываю ее лицо, когда мы осторожно кладем ее на диван. Кажется, она приходит в себя.

В следующую минуту все начинает мелькать перед глазами, образовывая непонятную суету. Ор Стива смешиваются с жалобными стонами Джии и мольбами медиков отойти от девушки на далекое расстояние, чтобы освободить пространство.

Гребаный медперсонал подоспел для оказания помощи, которая ей требовалась еще пять минут назад.

– Ты меня слышишь?!

Сильный и хлесткий шлепок по груди слегка приводит меня в реальность. Но все, что я вижу – это лишенную сил Джию. А я не могу ничего делать, как просто стоять на месте и не шевелиться. Мне необходимо наблюдать и знать, что она в безопасности.

– Я сказал тебе, возвращайся на сцену! – орет Стив и резко разворачивает к себе едва сдерживаясь от желания залепить оживляющую оплеуху. – Ты совсем охр*нел?! Тебя ждет многотысячная толпа, а ты хочешь сорвать концерт? Уничтожить все, что удалось создать большим трудом?

Попеременно я бросаю взгляды на него и Джию.

– Я должен знать, что с ней все в порядке! – мой голос раздается с надрывом в ответ этому недоумку.

Позволив на секунду прикоснуться к ней, врачи и прибежавшая на помощь Маргарет без промедления уносят ее к выходу из концертной площадки. Состояние такое, словно не могу найти себе места. Брожу туда-сюда, от безысходности впиваясь пальцами в волосы, пока Стив пристально наблюдает за мной. Губы дрожат, из глаз вот-вот польются слезы, а фоном толпа не перестает раздражающе скандировать мое сценическое имя.

– Слышишь, как они зовут тебя?

Все-таки, разъяренный менеджер пытается совладать с собой, поскольку видит, что от его гневных методов усмирения становится только хуже.

– Кор, во что бы то ни стало, ты должен отыграть до конца. Джиа в надежных руках. Мы позаботимся о ней, – вздыхает и торопливо добавляет, заранее оглашая свой приговор. – Мне очень жаль, что на эту сцену она уже не выйдет.

Я стою без намека на движение и веры в происходящее.

Нет, это… Этого сейчас с нами не происходит.

– Кор! – продолжает надрывать глотку менеджер. – Пожалуйста, не заставляй меня давать тебе пинка под зад, чтобы наконец-то выйти на эту долбаную сцену.

– Скажи, что это не так! Скажи, что с ней все будет в порядке! – я умоляю его, будто от него зависит все, что происходит в данный момент.

– Обязательно, дружище, – проговаривает он мягче, разворачивая меня за плечи, и как послушную куклу подталкивает к ведущей наверх сцены лестнице. – У тебя три секунды на то, чтобы собраться и выложиться на все сто. Обещаю, что лично проконтролирую оказанную помощь Джие. Главное, не сдерживай эмоций.

Глубокий вдох и резкий выдох.

Я поднимаюсь под первые электронные звуки, знаменующие начало моего диджейского сета – второй части музыкального шоу.

Мысленно настраиваюсь, как советовал Стив, подбадриваю себя тем, что все будет хорошо.

Но бешенная и ободряющая энергетика зала не делает меня счастливым, а рвущиеся наружу эмоции и клокочущее беспокойство о девушке, которую так сильно люблю, не дают мне насладиться собственным шоу в полной мере.

И как бы я ни старался на протяжении остального выступления скрывать горький вид и веселиться с подпевающей толпой своих фанатов, моя белая футболка, испачканная кровью Джии, не спрячет подлинности  происходящего за кулисами и того, как трепещется сердце в груди.

Глава 22.2

Я еще долго не мог прийти в себя после всего, что с ней случилось.

Честно говоря, этот концерт не принес мне никакого удовольствия. Но, несмотря на все обстоятельства, я стойко выдержал оставшиеся полтора часа музыкального шоу. Кажется, зрители остались довольными. Стив и остальные организаторы также не скрывали своего восхищения от феерического финала шоу. Кроме меня. Мне хотелось как можно быстрее завершить представление и быть только с ней. Видеть и знать, что с Джией все в порядке.

Во второй половине концерта у нее была пара танцевальных номеров, поэтому не пришлось производить какие-либо замены. Принять решение снять танцевальные номера, в которых участвовала Джиа, оказалось единственным и правильным. Играя, мне было горько осознавать, что две мои мелодии лишись танцевального украшения. Да и вообще, сложилось такое впечатление, что всем все равно. Плевать, что у одной из танцовщиц на ноге рваная рана и перелом руки. Безразлично, что мое сердце разбито от неведения. Им нужно было только зрелище. И они его получили. Теперь мне необходимо получить свою девочку, которая также нуждается во мне.

После окончания шоу все разъезжаются кто куда. Стив настаивает на том, чтобы поехать со мной в клинику, где оказывают помощь Джии. По дороге он рассказывает всю информацию, которую получал каждые пять минут в течение всего шоу.

Стук сердца отдается в районе горла, когда я открываю дверь в палату больницы, где находится моя танцовщица.

– Джиа, – срываясь с моих губ, ее имя звучит с облегчением. Пара широких шагов, и я оказываюсь подле кровати, на которой лежит девушка с бледным выражением лица.

– Джейден, – слабо отзывается она.

Присаживаясь рядом, меня обдает знакомым теплом от прикосновения к ее руке, которую я тут же сжимаю в ладони. Мой друг стоит в дверях, не решаясь войти, пока внутри себя пытаюсь сдерживать гнев, чтобы от отчаяния не разгромить тут все к чертовой матери. Джиа не должна страдать. Только не эта девушка.

Она полностью переодета в больничную сорочку, волосы распущены, под глазами, уставшими от слез, пролегли чуть выраженные синяки, а губы сухие и искусанные. Ее правая рука и нога перевязаны, и сама она кажется такой хрупкой и беззащитной.

– Есть новости о моем отце? – спрашивает через силу и устремляет взгляд позади меня. – Стив, ты дозвонился до Жаклин с мамой?

– С твоим отцом все в порядке.

Заходит в палату и закрывает за собой дверь.

– Ему была сделана срочная операция. Все прошло успешно. Тебе не стоит переживать.

К счастью, что у нас были хорошие новости для нее, иначе… Не хочу даже представлять обратную картину.

– Жаклин просила позвонить ей сразу же, как только увидимся с тобой. Она места себе не находит.

Прикрыв глаза, девушка облегченно вздыхает и откидывается головой на подушку. От меня не ускользает, как с уголка ее правого глаза стекает слеза.

– Слава Богу, что с отцом все хорошо, но я не успокоюсь, пока не увижу его, – шепчет Джиа.

– Сначала тебе нужно позаботиться о себе, – выдавливаю через ком в горле нечто вразумительное. Не скрою, что очень больно видеть ее душевные и физические страдания.

Повернув голову в сторону Стива, я встречаю его выражающий сожаление взгляд.

– Позвоню Жаклин, – говорит он и в спешке скрывается за дверью.

– Прости меня, Джейден, – слезы продолжают катиться по ее щекам, – я подвела тебя.