Александра Астафьева – Под открытым небом (страница 29)

Жаклин не ожидает, когда с визгом и хохотом я набрасываюсь на нее, намереваясь отлупить шкодницу набитой пухом постельной принадлежностью. Комната тут же заполняется звонким девчачьим смехом и пронзительными криками. И только тогда, когда мы приходим в себя от возбуждения и азарта подушечной борьбы, я делюсь своим рассказом о волшебном вечере, проведенным в компании Джейдена.

Глава 14.3

Дорога до здания, в котором будут проходить каждодневные репетиции, не занимает много времени. Джейден присылает фотографию, где сидит в салоне самолета, загадочно глядя в окно иллюминатора с подписью: «Только что приземлились. Не перестаю думать о тебе…» Такой оказанный знак внимания вызывает на лице улыбку.

Я поражена его открытой романтичностью. Все поступки Джейдена, мысли и намерения не просто наполнены элементом этого чувства. Скорее, он искрит им повсюду, наполняя скучную и серую жизнь разноцветными музыкальными тонами. И, нет, ни в коем случае я не жалуюсь. Больше всего я опасаюсь того, что со временем влюбленный блеск в синеве его глаз потускнеет, и обыденность заменит место сказочности.

Без лишних раздумий спешу отправить ответ с текстом: «Я тоже». М-да, Джиа, оригинальностью ты не обделена. Наверное, он ждет от меня более развернутого ответа. Но что ему рассказать? Прошло всего четыре с половиной часа после нашего небольшого утреннего разговора. Ничего нового в моей жизни не произошло, если не учитывать переписку Стива и Жаклин. Но я не стану намекать ему о поступке его лжедруга. Впрочем, он в состоянии разобраться с ним сам, хоть я и уверена, что в данной ситуации именно Жаклин пудрит всем мозги.

Вдобавок ко всему, мне стоило бы прекратить беспокоиться о непредсказуемом счастье, тем более о его недолговечности. Лишние мысли мешают ощутить искренность и полноценность этого чувства.

Ничто не должно омрачать Джию Саммерс. Для меня сейчас все складывается как нельзя лучше. Так, как я того хотела. Но при одной этой мысли на душе не становится легче.

В последнее время мои взаимоотношения с отцом и матерью оставляют желать лучшего. И вероятнее всего, им не хватает родственных объятий и задушевных разговоров от одной из дочерей. Вспоминая нашу последнюю, далеко не самую приятную беседу, я корю себя за то, что с тех пор не позвонила им. Единственное, что я сделала, – это упомянула об их существовании, пока рассказывала Джейдену о своем танцевальном детстве. Но я не могла восхищаться ими, говорить о них с той безмятежностью, с которой отзывался он в ответ о своих родных. Не хвалилась, что мой отец самостоятельно достиг высот в бизнесе, а мать кроме ежедневных походов по магазинам дорогой и модной одежды, печется о содержании приюта для беспризорных детей. Жаклин ничего не стоит взять и набрать номер ее телефона, тогда как мне легче продемонстрировать лишний раз свое превратное отношение. Наверное, узнай об этом Джейден – прекратил бы любое общение со мной. Все же стоит попытаться протянуть руку примирения первой. В этом нет ничего сложного. Сложнее вот так переваривать в одиночку и притворяться, что ничего не происходит. Поэтому я не в силах остановить мгновенное решение потянуться за телефоном и нажать кнопку вызова. Через несколько гудков, слышу, как будничный голос матери сообщает не вешать трубку и оставить информацию после сигнала.

Отец? Здесь все сложнее. Не могу сказать, что я готова к разговору с ним. Не тогда, когда мне нечего предоставить в ответ на его ожидания. Но я обещаю: после того, как уверенно обоснуюсь в новом танцевальном составе, примирение с ним будет первым пунктом в списке моих неотложных дел.

Хореографический зал заведения, рассчитанный для ежедневных репетиций, ничем не отличается от тех, в которых я тренировалась ранее. Он просторный, увешан зеркалами, с приятно ощутимым паркетом. Касания босых ног удобного покрытия является не маловажным фактором. Здесь я сторонница Айседоры Дункан (прим. автора: американская танцовщица, положившая начало танцу без обуви). В большинстве случаев я обожаю двигаться в танце, ощущая легкость в ногах, не обращая внимания на балет и его пуанты.

Прямо здесь, в репетиционном зале, проводится встреча и знакомство со всеми хореографами и остальными танцорами. К моему удивлению артистов оказалось не так много. Всего восемь человек, и я – девятая. Пятеро девушек и четверо парней, если уж быть точной. Взаимодействие с другим музыкальным составом будет произведено позже, когда мы наработаем основной материал. На его обучение выделена неделя, поэтому времени на раскачку и освоение незнакомого для меня стиля остается совсем мало. После нескольких недель упорных тренировок, первое выступление в рамках концертного шоу Джейдена состоится в небольших городах поблизости Майами. Позже, с незначительным перерывом, – в Лас-Вегасе, Лос-Анджелесе и родном городе, где парень уже выступит с заключительным представлением. Бешеный темп, не спорю. Но вопреки всему, я знаю, что такая жизнь является самой увлеченной и значимой для любого артиста.

Все это говорит о том, что необходимо максимально сконцентрироваться на предстоящих занятиях. И нет, я не забыла о своем преподавании в колледже. С мистером Эриксоном мы обсудили все по телефону буквально за десять минут до моего входа в хореографический зал. Новость о моем прохождении на кастинг очень обрадовала его. Он убежден в том, что мой молодой, не знающий отдыха, организм в состоянии совмещать занятия в колледже с бесконечными репетициями предстоящего шоу. Я дышу свободней. Не было ни единого желания подводить его и упускать такой чудесный шанс, как этот.

Спустя некоторое время всеобщих обсуждений по поводу организации шоу и моментов, касающихся непосредственно танца, мы приступаем к первой совместной репетиции, а именно разминке и обучению общей комбинации танцевальных движений. На протяжении всех занятий нами будут заниматься хореографы Лиам, Брендон и Маргарет. Танцевальный опыт двоих молодых парней базируется на уличных направлениях. Маргарет более академична в танцевальных взглядах, и в основном ее хореография направлена на классические формы танца. Но она также любит поэкспериментировать. Мы познакомились на вечеринке, где достаточно долго вели беседы на тему театрального представления и роли балета в нем. Я очень рада тому, что открыла в Марго своего собеседника. В танцевальном плане она будто создана для меня.

Не скрою, что я опасаюсь оказаться здесь белой вороной. Думая о том, что не подхожу им или как-то иначе исполняю данный вид танца, я начинаю терять самообладание, желая немедленно покинуть помещение. Однако даже на расстоянии ощущается невиданная поддержка от Маргарет. В течение полуторачасового тренажа она пристально наблюдает за моими движениями, повышая во мне тонус и уверенность. Иногда, бросая взгляды на других танцовщиков, я понимаю, что у каждого из них своя хорошая подготовительная база, в то время как Джиа Саммерс – единственная «классичка». Как видно, я выбиваюсь на их фоне своим строением и забавным воспроизведением незнакомых для меня движений. Именно выразительный взгляд Маргарет приходит на помощь и подсказывает не заострять на этом внимания.

Глава 14.4

Следующий день готовит для артистов кое-что неожиданное. Нас распределяют по группам во главе с хореографами. Я и еще двое ребят попадаем под уютное крыло Маргарет. Но это не значит, что теперь мы обучаемся только у нее. На самом деле весь танцевальный состав продолжает поглощать постановки и других хореографов.

Оказывается, в течение всей этой недели был сформирован план большинства танцевальных выступлений. От Джейдена ждут еще два музыкальных сочинения, которые постепенно введут в программу шоу и создадут под них танцевальные номера. Прослушав несколько песен, меня не перестает радовать преобладание в них лирических ноток. Это соответствует моему духу и танцевальному темпераменту, и все остальное уже не кажется таким безнадежным.

– Джиа, – мягким голосом подзывает Маргарет, когда подходит к концу репетиционный день в ее группе. – Мне нужно, чтобы ты немного задержалась. У тебя есть минутка?

– Да, конечно, – наблюдаю, как остальные танцовщики покидают зал, предоставляя нам возможность общения без посторонних глаз. Забирая находящийся в углу рюкзак с вещами, я вытаскиваю небольшое полотенце, чтобы вытереть пот с лица и сделать пару глотков воды из бутылки. Когда последний человек закрывает за собой дверь, мы остаемся с Маргарет одни и какое-то время глядим друг на друга в тишине.

– На самом деле, – начинает она, – я не собираюсь надолго задерживать тебя.

Хореограф ходит вокруг меня с улыбкой на губах, стараясь рассмотреть во мне то, что не успела разглядеть за эти два дня. После, останавливается передо мной и по-прежнему глядит с интересом, излучая светлые и добрые намерения. Видимо, Маргарет пытается донести что-то важное, но не знает, как лучше это сделать.

– Джиа, мне необходимо знать о тебе больше. Что нравится, а что нет. Возможно, тебя что-то гложет, а, может быть, вдохновляет нечто особенное. Как твой педагог, я хочу и должна тебе помочь в разрешении сложившихся проблем.

Легким жестом руки Марго обрывает все мои попытки возразить ей и продолжает: