Александра Альва – Луна освещает путь в тысячу ли. Том 2 (страница 24)
Все оказались чем-то заняты, и Фэн Мэйфэн дёрнула Хэ Сюли за рукав:
– Мне нужно ненадолго отойти.
– Что? Куда?
– Неважно, встретимся позже в «Ночной сливе»?
Хэ Сюли прищурилась, словно о чём-то догадалась, но не стала расспрашивать и просто пару раз махнула ладонью со словами: «Иди уже».
Понадобилось какое-то время, чтобы выбраться из толпы развеселившихся от танцев и вина жителей, и вскоре Фэн Мэйфэн вышла к тому самому месту, где недавно видела Ван Юна. Около дома уже никого не было, и она посмотрела себе под ноги: следов на пыльной земле оказалось слишком много, поэтому она не смогла определить, какие из них принадлежали Принцу Ночи.
– Заклинательница! – позвала женщина, которая стояла за прилавком на углу и продавала нефритовые подвески. – Подойди!
Мэйфэн глянула на торговку и подумала, что та наверняка могла что-то видеть, раз Ван Юн находился прямо здесь, рядом с её лавочкой.
Приблизившись, она заговорила:
– Счастливого праздника, тётушка, да озарит вас свет луны! Не знаете, куда пошёл мужчина в чёрном? Он стоял около стены.
– Скажу, если купишь у меня юйпэй[64]. – Женщина загадочно улыбнулась. – Раз ты ищешь возлюбленного, то отдам тебе любое украшение за полцены. У меня есть подвески с символами для крепкой любви или привлечения удачи…
В обычный день Фэн Мэйфэн не поддалась бы на такую откровенную уловку, да и смутилась бы от слов торговки, но сегодня ей захотелось побыть наивной. Оглядев товары, она указала на самый простой юйпэй с белым нефритовым лотосом, с которого свисали прозрачные бусины и одна кисточка цвета глубокой ночи.
– Тогда я возьму этот.
– Хороший выбор! – кивнула женщина, подхватив украшение с прилавка. – Именно такой юйпэй лучше остальных подходит для заклинателей, следующих путём Лунной тени. Говорят, он даже обладает защитными свойствами.
Фэн Мэйфэн закатила глаза и положила на стол две монеты.
– Теперь вы скажете, куда пошёл мужчина?
– Конечно-конечно!
Отвернувшись на несколько мгновений, торговка убрала покупку в тканевый мешочек и вскоре отдала его заклинательнице, при этом её губы снова растянулись в довольной улыбке.
– Красивый мужчина в чёрном отправился к мосту вон по той дороге.
Забрав свой юйпэй, Фэн Мэйфэн поклонилась и быстрым шагом направилась в сторону узкого переулка. Всё это походило на какую-то странную игру, правил которой она не знала, но тем не менее продолжала идти, чтобы узнать, зачем Ван Юн появился на площади.
Шум праздника постепенно начал стихать, и вскоре Мэйфэн увидела впереди просвет. Она вышла из тени невысоких зданий и оказалась около красного арочного мостика, что вёл через ручей к другой части деревни. На противоположном берегу рос дуб с раскидистой кроной, мерцающей из-за света лунных камней, которые покачивались на ветвях. Наверху, среди желтеющей листвы кто-то стоял, тёмный силуэт скрывался там от посторонних глаз.
«Что он забыл на дереве?» – подумала Мэйфэн, но вслух решила не спрашивать и только позвала его:
– Гэгэ?
Человек, который расположился на толстой ветке, пошевелился и, кажется, махнул рукой. Неужели хотел, чтобы она тоже поднялась на этот дуб?
Выдохнув, Фэн Мэйфэн протянула ладонь вперёд и направила ци из цзюаня в сторону пустого пространства перед собой, где вскоре раскрылась
Чья-то рука поймала Фэн Мэйфэн за талию, не позволяя свалиться с дерева.
– Всё также неуклюже пользуешься
Ветка была достаточно широкой, чтобы без труда устоять на ней, но даже когда Мэйфэн нащупала туфлями опору, всё равно не отпустила плечи Принца Ночи, за которые крепко ухватилась.
– Просто здесь слишком много листьев, поэтому я слегка сбилась, – пробормотала она, отодвинувшись от Ван Юна, который дал ей отступить на шаг, но не выпустил из рук. – Зато лунная энергия больше не разрывает меня, как раньше.
– Вот это достижение! Мне тебя похвалить?
Только сейчас, находясь так близко к гэгэ, Фэн Мэйфэн смогла хорошо разглядеть осунувшееся бледное лицо, тени под острыми скулами и тёмные круги под глазами, которые настолько глубоко въелись в кожу, что при тусклом свете фонарей Ван Юн выглядел так же устрашающе, как и яогуай, только вылезший из Обители мёртвых. Сколько же он не спал?
Тёплая ладонь лежала на её талии, пальцы чуть сжимали многослойную шёлковую ткань, но взгляд Принца Ночи блуждал где-то за спиной Фэн Мэйфэн, там за тысячами светящихся фонариков возвышались тени гор и простиралась Долина холмов, укрытая ночной дымкой. Почему-то именно сейчас у Мэйфэн никак не получалось выяснить, о чём думал гэгэ: его чувства, передающиеся через цзюань, походили на снежную бурю, где невозможно хоть что-то различить сквозь бесконечный белый вихрь.
Подняв руку, Фэн Мэйфэн нежно коснулась большим пальцем его скулы:
– Выглядишь ужасно, тебе нужно поспать! Может, вернёмся домой?
– Давай никуда не пойдём.
– Но ведь ты…
– Я устал, – прошептал Ван Юн и положил голову ей на плечо. – Очень устал.
Вторая рука Принца Ночи легла между её лопатками, и Мэйфэн не успела даже осознать своё положение, как оказалась заключена в крепкие объятия. Чужое дыхание нежно коснулось уха и шеи, отчего мурашки обожгли спину, а сердце дрогнуло и в то же мгновение застучало слишком быстро, отдаваясь оглушительным шумом в ушах.
Прижавшись к Ван Юну в ответ, она бесшумно вдохнула: от гэгэ пахло старыми книгами и тушью, словно он только что окунул пальцы в тушечницу, а ещё вокруг его одежды витал еле ощутимый аромат хвойного леса. Всё это так подходило Принцу Ночи, что Фэн Мэйфэн прикрыла глаза и с лёгкостью смогла представить, как он сидит за столом, держа в руках кисть, или как едет на лошади через Долину холмов, и на его одежде оседает пропитанный хвойным запахом туман.
– Почему всё так? – прошептал Ван Юн.
– О чём ты?
Вместо ответа он медленно поднял голову и провёл пальцем по нижней губе Фэн Мэйфэн, немного смазывая алую краску, затем спустился ниже и остановился на подбородке, слегка приподнимая его.
– Я хочу тебя поцеловать.
Его голос звучал непривычно низко. В измученных бессонными днями глазах отражались сотни жёлтых огней, и этот глубокий взгляд притягивал, связывал Фэн Мэйфэн невидимыми узами.
– Что скажешь?
– Ты впервые в жизни спрашиваешь перед тем, как сделать задуманное, – проговорила она, слыша себя как будто издалека. – Удивительно…
Ван Юн усмехнулся и наклонился к ней настолько близко, что их лбы почти соприкоснулись.
– Потому что сейчас я по-настоящему серьёзен,
Мэймэй. Он никогда не называл её подобным образом, как действительно близкого человека. Внутри что-то болезненно шевельнулось, и Фэн Мэйфэн вдруг осознала: она больше не в силах сопротивляться своим желаниям.
Их тянуло друг к другу слишком сильно, и это было похоже на прозрачные нити, связывающие две души и натягивающиеся до предела, стоило заклинателям хоть немного отдалиться.
– Забудем об Обмене? – спросила она тихо и прислонилась щекой к щеке Ван Юна.
– Да, к демонам нашу связь.
Принц Ночи запустил руку в волосы Фэн Мэйфэн и провёл кончиком носа от её уха к уголку губ, судорожно выдыхая. Она немного дрожала то ли от прохладного осеннего ветра, то ли от невыносимо приятной близости, из-за которой весь мир застыл и поблек. Даже если их чувства всего лишь насмешка небожителей… это больше не важно.
Ван Юн накрыл её губы своими, и что-то словно взорвалось тысячей искр перед глазами Фэн Мэйфэн. У неё закружилась голова, и пришлось снова ухватиться за гэгэ, чтобы не упасть с высоты на землю, а он на это лишь ухмыльнулся, не разрывая поцелуй, и вдруг оттолкнулся от ствола, меняясь с ней местами. За одно мгновение она оказалась прижата к дереву.
«Не могу дышать…» – подумала Мэйфэн, но заблудилась в собственных мыслях, как только ладони Ван Юна обхватили её голову, слегка приподнимая лицо. Он углубил поцелуй, проводя языком по её нижней губе и не давая вдохнуть. От него веяло жаром, он вцепился в названую сестру так, словно хотел стать ещё ближе, забраться под кожу, оставить след.
Лунная ци внутри бушевала, протекая по меридианам обжигающим потоком, и Фэн Мэйфэн утопала в этих невыносимо приятных ощущениях, неумело отвечая Ван Юну и изо всех сил притягивая его к себе за ворот.
Пусть они шли совсем не тем путём, который выбирали изначально, но сегодня, в День середины осени, они рады были утонуть в сумраке ночи и навсегда потерять дорогу назад.
Ван Юн немного отстранился и ещё раз коротко поцеловал Мэйфэн в губы, после чего оглядел её затуманенным взглядом. Он опустил ладонь на её шею, нежно поглаживая, и, немного отдышавшись, спросил:
– Понравилось?
– Я… Мне… – Она смутилась, но решила, что скрывать очевидное было глупо, поэтому тихо ответила: – Да.
– Тогда ты останешься со мной? Сейчас только на тебя я могу опереться.
– Что?
Фэн Мэйфэн с трудом верила своим ушам, ведь человек, который стоял перед ней, обычно не показывал свои слабости и никогда не просил о чём-то с таким потерянным выражением на лице.
– Ладно, забудь.