Александр – Другая жизнь (страница 93)

— С чего ты взял, что Дамблдор менял имя? Он всегда был Дамлдором. — оторвавшись от еды, заявил младший рыжий, даже не прожевав нормально, прежде чем говорить, на что я в омерзении сморщился. Я вообще не слишком брезглив, но некоторые вещи мне не нравятся, например такие, как эта.

— Ну, я не совсем корректно выразился, моя вина. — Поправился я. — Скорей, он добавил к своему полному имени еще несколько. Или вы думаете, что полукровка из простой семьи имеет такое длинное имя, как Альбус Персиваль Вульфрик Брайан Дамблдор? Обычно такие длинные имена пользовались лишь важные семьи, как в волшебном, так и в магловских мирах, и то довольно редко. Его настоящее имя Альбус Персиваль Дамблдор, а остальные два он добавил после. Наверно хотел потешить свое эго или придать важности своей персоне. И все это вполне официально сделано, прошу заметить, поэтому, если тебе не нравится свое имя, сходи и смени его, а не путай людей, представляясь фамилией и не называя имени. Могу поспорить, у твоих родителей такая же фамилия, что может вызвать путаницу. — Закончил я, обратившись к уже опять розоволосой девушке, но не удержавшись, добавил. — Могу поспорить, Снейп тебя ненавидел больше всех остальных. Ты ведь наверняка училась у него?

— Ну да, он меня терпеть не мог, впрочем, как и большинство остальных, кроме слизеринцев. — Заявила она, а я услышал, как рыжий пробормотал что-то о сальноволосых придурках. Хоть с чем-то мы с ним солидарны. — Но с чего ты так подумал?

— Ну, ты явно любишь привлекать внимание, цвет волос вот меняешь. — Заметил, как волосы опять поменяли цвет, уже на желтый. — Снейп тоже любит повыпендриваться, но очень не любит тех, кто тоже это делает. Впрочем, если ему кто-то не нравиться, он все равно найдет, к чему придраться. Первый год, когда он сунулся ко мне в голову и чуть ее не потерял. То время было наверно самым лучшим для студентов, которые не видели его физиономию почти весь учебный год.

— С чего ты взял, что я люблю выпендриваться? Я просто не всегда могу это контролировать. Я метаморфмаг, они редкие и не изучены, методичек по развитию дара, просто так не найдешь. — Возмущенно фыркнула она.

— И имя свое терпеть не можешь, и контролировать свою магию не можешь. У Снейпа было такое раздолье, чтобы к тебе приставать с придирками, могу представить. А что по поводу контроля, то тебе нужно контролировать не конкретный аспект твоей силы, а магию в целом. У тебя просто нестабильный резерв, вот и выплескивается это все в изменении внешности. Видимо в твоей семье была расположенность к магии изменения, трансфигурации то есть. У меня похожее было.

Ну не совсем у меня, но я видел в памяти Дурслей, как парнишка менял не только предметы, размер которых его не устраивал, например кофта, которую он уменьшил как-то прямо на глазах тетки, но и отрастил волосы, после того, как его налысо постригли.

— Хочешь сказать, ты тоже метаморф? — Скептично глянула она на меня. — Метаморфмагами рождаются, а не становятся.

— Не говори ерунды, любой магии можно обучиться. Это просто магия, кто-то склонен к одному, кто-то к другому виду, но это не значит, что он ограничен чем-то одним. — С этими словами, я сменил цвет своих волос на красный, что с моей короткой стрижкой смотрелся не так ярко, как длинные до плеча волосы девушки. Поэтому я их отрастил сантиметров на десять, а потом вернул, как было. После модификации тела, такие манипуляции давались намного легче, но так как от таких способностей не было никакого толка, я просто ими не пользовался, соответственно не развивая их. Просто менял немного черты лица, смещая лицевые мышцы, чтобы изменения были не магическими, а чисто физическими.

— Ого, ты тоже метаморфмаг? А что ты еще можешь менять?

— Я не метаморфмаг. Говорю же, можно научиться чему угодно. Раньше я могу лишь менять длину волос. Я не учился менять конкретно длину и цвет волос, но сейчас могу это делать запросто, как и изменять черты лица.

— Ты наверно просто всегда имел такие способности, вот они и развились. — Возразила она.

— Моя девушка таких способностей не имела, она вейла. Теперь умеет. Научилась, хотя ей и не нравится менять свою внешность. Как я и сказал, всему можно научиться.

— Значит, думаешь и я смогу научится контролировать свои силы? Может и неуклюжесть моя, из-за этого?

— Сможешь, если захочешь. Но не скоро. Развиваться нужно с детства, чем позже начнешь, тем сложнее. А чему-то и вовсе почти невозможно. А на счет неуклюжести, то это само собой разумеющееся. Вот вы в курсе, что если изменить высоту ступенек хотя бы на сантиметр, люди будут постоянно спотыкаться об нее, пока не привыкнут? — Спросил я у них, увидев лишь отсутствующее выражение лица. Чего я вообще ожидал? — Вот и у тебя проблемы этого рода. Стоит тебе хоть немного измениться в пропорциях, и начнутся проблемы, пока не привыкнешь к изменениям, а если меняешься постоянно, то и привыкать не успеваешь. Тебе либо нужно иметь конкретную форму, в которой будешь постоянно находиться, не меняясь вообще, чтобы не было проблем, либо учится контролировать каждый свой шаг, при постоянных изменениях, со временем привыкнешь.

На мои слова она лишь промолчала, но я видел, что она приняла их к сведению. Моя наглядная демонстрация и умения действовали достаточно убедительно. Ну, я так думаю, а если нет, то это уже не мои проблемы. Как там говориться, «проблемы нигеров шерифа не волнует»?

— Ладно, хватит учебы, давайте поедим, заодно введем тебя в курс дела. — Произнес Блэк, садясь за стол.

Что странно, миссис Уизли вела себя тихо. Я даже слова от нее не услышал. Судя по тому, что о ней известно, она достаточно склочная и скандальная баба. Не то чтобы я собирал сплетни о всяких семьях, которые меня не волнуют, но о ней так даже ее же дети говорили, да и я пару моментов уточнил, раз уж меня хотели отдать в мужья ее дочери.

Пообедав, мы остались на своих местах, к тому же, во время приема пищи к нам присоединялись и другие люди, которые с интересом на меня поглядывали, но благо с вопросами не приставали.

— И так, что там с Волдемортом? Как вернулся, что известно и какого черта меня обвиняют в такой нелепице как использование магии там, где я столько лет не появлялся? — Спросил я у них, надеясь, что кто-то что-то знает.

— Сейчас придет директор, он расскажет. Не все тут знают обо всем, что происходит. Все случилось так внезапно, что мы толком даже не собирались, чтобы все это обсудить. Хорошо, что ты появился раньше.

Стоило этим словам быть озвученными, как я почувствовал, что в дом кто-то зашел. Почувствовал магию того, кто заявился к нам в гости. Обычно, когда люди приходили, я их чувствовал за некоторое время, перед тем как они появлялись на кухне, теперь же я заметил это прямо у входа. Чтобы там я не думал об этом старом козле, силы у него не отнять. Жаль, сложно сравнить с тем, что есть у меня. Пусть я и думаю, что я уже сильнее его, это не может быть стопроцентной гарантией. Сравнить резерв вот так вот на глазок, можно только примерно. А свою ауру силы, как кто-то это называет, я не могу объективно сравнить с директорской. Да и не факт, что он не сдерживает свою силу. Если она слишком насыщена, обычным людям неприятно находиться рядом с таким человеком. Я тоже сдерживаю свою мощь. Хотя не так, я ее контролирую, а кто-то у кого недостаточно контроля, просто сдерживает ее, на что тратятся умственные усилия. Для меня же, контролировать свою магию не выплескивая ее во вне, обычное дело, не требующее какого-то особенного усилия.

— Ага, он уже тут, мило с его стороны, не заставлять нас ждать. — Меня уже хотели спросить, откуда я об этом знаю, но директор прибыл быстрее, и открыв дверь, вошел внутрь.

— Ах, славно видеть вас тут в здравии. Гарри, мальчик мой, тебя я рад видеть особенно, учитывая обстоятельства.

— Я не ваш мальчик, директор. Я уже говорил вам, где вы можете найти себе мальчиков. — И пусть он все равно будет так называть, я все равно буду иногда его поправлять, особенно при большой публике. Меня его обращение не трогает, ведь я знаю, что не его мальчик, чтобы он там себе не придумывал, а мнение других меня все равно не волнует. — Давайте, может быть, перейдем к делу? Или мы еще кого-то ждем?

— Профессор Снейп должен прийти, но мы не будем его ждать. Возможно, он принесет нам свежие новости, но это только для членов Ордена Феникса.

— Туда входят только совершеннолетние волшебники. — Наконец подала голос миссис Уизли, правда непонятно, зачем она это уточнила. Думала, что я вдруг захочу в него вступить? Могу предположить, у нее не очень все в порядке с головой. Впрочем, многие волшебники с придурью. На ее слова я лишь безразлично пожал плечами, переведя взгляд на Дамблдора.

— Ну, так что? Реддл как-то воскрес, и меня обвиняют в том, что я пользовался магией там, где уже давно не был. Короче, че за дела?

Перебиваясь охами и ахами, мне, наконец, рассказали суть дела. Реддл действительно воскрес. Точно никто не знает, как он это сделал, но в этом ему поспособствовал Маркус Флинт, который не так давно закончил школу. Чистокровный слизеринец, но семья его совсем не богатая. Вообще-то ее можно было бы назвать не менее бедной, чем Уизли, но в отличии от рыжих, те не утратили свое «достоинство чистокровных» и как я понял, лучше распоряжались деньгами, чем Уизли. Подумать только, Артур — глава отдела в министерстве, а живут в нищете. По факту, начальник отдела не может иметь зарплату меньше своих подчиненных. Получается те, кто работает в его отделе, зарабатывают еще меньше? Где деньги Артур? Может у него есть вторая семья? Живет на две жизни? Слышал я, бывают такие люди. Ну и нефиг столько детей рожать, если прокормить не можешь.