Александр – Другая жизнь (страница 79)

— …Не вижу, Игорь, никаких причин для беспокойства. — Произнес голос самого ненавистного профессора Хогвартса.

— Как ты можешь, Северус, закрывать глаза на происходящее? — С явной тревогой возразил Каркаров, который оказался его собеседником, понизив голос, чтобы не быть услышанным посторонними. — Тучи сгущаются все последние месяцы, и меня, не стану скрывать, это очень тревожит. Ты же видел Барти Крауча-младшего. Это знак!

— Тогда беги, — посоветовал Снейп. — беги, я уж как-нибудь объясню твое бегство. Что до меня, я остаюсь в Хогвартсе.

Голоса слышались все ближе, и скоро из-за поворота появились их обладатели. Снейп с каким-то особым озлоблением раздвигал кусты волшебной палочкой, оттуда с испуганными возгласами то и дело выскакивали темные фигурки, а Снейп так и сыпал наказания. Мимо него прошмыгнула девочка. Не понимаю, зачем так прятаться? Это место специально было создано для таких вот парочек, разве нет?

— Минус десять очков Хаффлпаффу, Фосетт, — проскрипел он. — минус десять и Рейвенкло Стеббинс, — Следом за девочкой из кустов выскочил мальчик.

— А вы что тут делаете? — Заметил нас Снейп.

Каркаров, явно недовольный такой встречей, нервно схватил кончик козлиной бородки и стал накручивать ее на палец. Мне это сразу напомнило старика Хоттабыча. Читал я эту сказку еще в детстве. По какой-то причине, эта книжка была в разделе не обычных сказок, а в развивающей литературе. Я тогда был еще мелкий, лихорадочно искал пути к могуществу, чтобы на меня не смотрели как на говно, пока не понял, что могущества мне было не видать и единственный способ стать сильнее, это развивать в совершенстве то, что есть, а не искать больше халявной силы.

На самом деле, там, единственный способ становиться сильнее, похожий на тот, что мы практикуем сейчас, это постоянно находится рядом с порталами, которые сильно фонили энергией, нужной для прокачки. Только вот проблема была в том, что порталы если и появлялись, сразу же изыргали иноземцев. Как же тут прокачатся? Только в процессе, их истребления. Поэтому самыми сильными были те, кто постоянно находился вблизи порталов, а не те, кто отсиживался у себя дома. Ну или как вариант иметь кучу денег и покупать энергию для накопителей, с помощью которых можно было развиваться.

— Гуляем, налаживаем международные отношения. — Просто ответил я, на его странный вопрос. Так-то, это место для прогулки и было создано. А то, что он раскидывался снятиями балов, обычный произвол, просто остальные решили, что лучше промолчать, чем нарываться на продолжение и получить еще и отработку. Так-то правильно, кому эти балы нафиг нужны? — Кто-то же должен.

— Ну и продолжайте гулять. — Рыкнул Снеев и вихрем пронесся мимо, только мелькнула за спиной, как надутая ветром, черная мантия. Каркаров от него не отставал. Видимо не все сказал. Для каких-то секретных разговоров могли бы и другое место выбрать. В замке места полно, или дальше на территории школы.

Проводив их взглядом, глянул на девушку, которая так же глянув на меня пожала плечами и мы пошли дальше. Далеко мы не ушли, когда услышали еще один разговор, но уже личного характера.

Мы дошли до большого каменного оленя, за которым искрились струи мощного фонтана. На скамье у самой воды сидели две огромные фигуры, любуясь лунными бликами.

— Я как вас увидел, сразу все понял. — Раздался почему-то охрипший голос Хагрида.

— Что вы поняли, 'Агрид? — промурлыкала басом мадам Максим.

— Понял, что мы с вами… одинакие. У вас кто, отец аль мать? — Косноязычно поинтересовался великан у своей собеседницы. Волнуется.

— Я не понимаю вас, 'Агрид…

— У меня — мать. Может, самая последняя в Англии. Я ее и не помню толком… она нас бросила. Мне и трех годков не было. Да и какая из нее мамка! Не в их это обычае. Что с ней сталося? Не знаю. Может, давно померла…

А я ведь так и не поинтересовался, каким образом Хагрид вообще появился на свет. Великаны слишком тупые, чтобы иметь связь с человеком, кроме как в виде еды со стороны человека. И тем более вступать в интимную связь. Да это банально, физически не возможно. Человек может целиком внутрь залезть к великанше. Хагрид либо не помнит, что был продуктом скрещивания, либо ему память подтерли, пока он был маленьким и не имел нормальной метальной защиты. Сейчас, например, к нему вообще очень сложно залезть. Да я и не пытался даже, не было нужды и интереса. К тому же, не люблю в чужих мозгах копаться.

Мадам Максим молчала, а Хагрид не дождавшись ответа, продолжил. Интересно, сама Максим в курсе о себе или тоже думает, что плод любви великана и человека? Наверно знает, не дура же она, раз сидит в директорском кресле.

— Как она ушла, отец долго убивался. Крохотной был такой. Я его в шесть лет на комод сажал, коли надоест шибко. Оченно любил его смешить… — Хагрид замолчал. Мадам Максим сидела, не шелохнувшись, и молча глядела на серебристые струи фонтана. — Отец, конечно, меня растил…, а потом взял и помер — я только в школу пошел. И мне уж тут все самому пришлось. Дамблдор, однако, помог. Всегда был такой добрый…

Ага, за одну услугу теперь всю жизнь расплачиваешься. Нет ничего лучше того, кто по своей воле считает себя обязанным.

Хагрид вытянул из кармана огромный шелковый в крапинку платок и громко высморкался.

— Что это я все о себе… Мне про вас интересно. Вы-то по матери, али по отцу?

Мадам Максим вдруг поднялась и сказала:

— Здесь холодно. — Но какой бы холодной ни была погода, голос ее звучал еще холоднее. Вроде и правильно делает, не тот это разговор, чтобы на людях его вести, с другой стороны, никто бы и не поверил, что она не имеет крови великана. Да никто и рассуждать не будет. Не человек и точка. — Пора идти в замок.

— А? В замок? Посидите еще, я никогда не встречал других, как я.

— Других, каких? — Ледяным тоном спросила мадам Максим.

Пока шел разговор, я больше разглядывал жука, который ползал по статуе, рядом с которой мы с Флер стояли. Не то чтобы мы подслушивали, но и вмешиваться не хотели, а тут была единственная тропинка, либо пришлось бы идти в обход. По факту тут было что-то типа лабиринта со скамейками, фонтанчиками и прочей праздничной атрибутикой. Но вместо стен были редкие деревья и кусты, через которые, при желании, можно было протиснуться.

Этот жук, был не простым жуком. Мало того, что они в такую погоду не водятся, так от него веяло вполне человеческой магией. Раньше, у меня были бы сомнения, анимаг это или просто трансформированный человек, но после того, как я встретил превращенного анимага лично, знаю, что они отличаются. Этот жук, точно был анимагом. Энергетика мага, который превращается в животное тем или иным способом, или использует что-то типа оборотного, немного меняется. Если просто гламур наложить или иллюзию, такого эффекта не бывает. Поэтому точно сказать, кто скрывается в форме жука, не получится, если видишь его в первый раз.

— Полувеликанов, конечно, кого же еще? — Тем временем, Хагрид продолжил переть на пролом, игнорируя то, что его собеседнику не приятен этот разговор и она не хочет об этом вести речь.

— Да как вы смеете, 'Агрид?! — Вскричала мадам Максим. Ее терпение лопнуло, когда он все же произнес все это напрямую. — Такой оскорблений! Полувеликан? Муа? Я… я просто широка в кости!

И она умчалась, с треском ломая кусты. Испуганные светлячки стайками взмывали в воздух, а Хагрид остался сидеть на скамье и глядел ей вслед — в темноте нельзя было разобрать, что выражало его лицо. Потом он встал и пошел, но не в замок, а во мрак ночи, в сторону своей хижины.

Тем временем, я создал из воздуха бутылку с дыркой в крышке, и поймав жука телекинезом, закинул его туда, убрав в карман. Хотел сунуть в сумку, но я не в курсе, есть ли воздух в расширенном пространстве сумки. Надо бы, кстати, провести эксперименты с этим. Чары по расширению я нашел, но пока их по назначению не использовал. Мне вполне хватало пока своей. У Флер тоже была похожая, ведь достать такую вещь, в этом мире, вообще рас плюнуть. Если воздуха нет, и жук задохнется внутри, то примет форму человека. Неизвестно, как это повлияет на внутреннее пространство. По идее ничего быть не должно, но если не хватит места, то сумка может разрушиться и все вылезет наружу. И не понятно, в каком виде это произойдет и с какими эффектами. Хорошо, если не взорвется ничего.

— Анимаг? Что он тут делает? Ты знаешь кто это? — Поинтересовалась у меня Флер, наблюдая, как я разбирался с жуком. Потом решу, что с ним делать, никуда не денется, на бутылке чары неразрушимости и изоляции звука. Посидит в полной тишине, кто бы это ни был.

— Без понятия. Первый раз вижу, но мало ли, потом разберемся.

— Ваш профессор-лесничий, слишком прямолинеен и откровенно говоря, не очень то и умен. Не знает, когда лучше остановиться.

— Согласен. Хагрид — мужик простой. Говорит, о чем думает. Еще и упертый, — вспомнил я о походе по магазинам, с ним. А так, мы не очень часто общались, хотя иногда и виделись. Он мне про зверюшек разных, рассказывает, тогда его достаточно интересно слушать. — но в принципе не плохой. Мадам Максим следовало ему просто прямо сказать, что не хочет говорить об этом, а не отмалчиваться, играя в несознанку.

— Тоже думаешь, что она полувеликан? Помню, как мы обсуждали Хагрида, но наша директор не любит об этом ни с кем говорить. «Просто широка в кости».