Александр Зубенко – Временной тоннель Эйнштейна – Розена (страница 7)

- Что за хрень? – почесал затылок бывший старатель. – Откуда столько трупов?

- Они не трупы, - озадаченно ответила Даша. – Вернее трупы, но сохранившиеся так, что их вполне обоснованно можно назвать телами.

- И что ты по этому поводу думаешь? Ты ведь у нас племянница профессора, следовательно, должна знать больше меня во всей этой чепухе.

Даша на миг задумалась, присаживаясь с опаской к одному из геологов и трогая его окаменевшую руку.

- Возможно, мы раскопали вход в какой-то портал времени, перекрёсток временных эпох, своеобразную червоточину, которая высасывает из различных реальностей людей и предметы, перенося их сквозь пространство в иную реальность.

Ружин покачал головой:

- Нет, так дело не пойдёт. Я тебе не твой профессор, академий не кончал. Говори по-русски.

- Иное измерение, - поразмыслив секунду, ответила Даша. – Параллельное пространство. Антимир. Мне Дмитрий Семёнович много об этом рассказывал, да и вы должны были читать, поскольку об этом своеобразном конгломерате времени писано-переписано бездна книг и всевозможных статей. Порталы могут изымать людей из прошедших веков и переносить их в грядущие времена, скажем, как здесь, в наш двадцатый век. Поэтому мы и наткнулись на рисунки римских легионеров, которые лежат здесь поодаль. Отсюда и викинги с пиратами – все из разных эпох.

- А рыбаки?

- Рыбаки, очевидно, это те спасатели, которые прежде нас искали группу профессора Требухова, и были застигнуты червоточиной на месте, перенёсшей их сюда. Вот только самого Бориса Александровича Требухова, я среди них отчего-то не вижу.

- А ты что, его знала?

- Видела несколько раз в гостях у Старика. Они же друзья по жизни, вместе в академии учились, вместе диссертации защищали, потом не раз сообща выходили в экспедиции. Я, считайте, на руках у обоих выросла, после того как родители… - Даша запнулась, не имея ни сил, ни желания распространяться о давней трагедии.

- Всё это интересно, - спустя минуту ответил Ружин, прохаживаясь между рядов древних людей, сохранившихся настолько, что даже не чувствовалось трупного запаха разложения. – Но каким, скажи мне, макаром, их тут уложили так, словно это было два дня назад? Как могли оказаться рядом люди из совершенно разных эпох, да ещё и рыбаки с геологами из нашего времени?

Даша не ответила, поскольку и сама не знала. Вместо этого, она оттянула рукав одного из геологов и взглянула на его часы, покоящиеся на запястье холодной конечности. Посмотрела и ахнула.

…Часы работали.

Секундная стрелка совершала свой обычный оборот, словно их завели прошлым днём, абсолютно не подозревая, в какую передрягу они смогут попасть.

Ружин уставился на работающие часы с таким же ошеломлённым видом, что и его спутница. Уже почти полмесяца все их рации, компасы и наручные часы в один миг вышли из строя, а тут работающий механизм, да ещё и на мёртвом теле.

- Чудеса! – пробормотал он. – То ли ещё будет…

Даша выпрямилась и погладила Лёшку.

- Нужно искать второй выход. Если Дмитрия Семёновича с Антоном и Николаем таким же образом выдернуло из пространства, то они могут сейчас быть где угодно.

- Например?

- Вариантов бесконечное множество. От той же Римской империи до грядущих веков будущего.

Ружин потоптался на месте, переваривая сказанное. Очень уж эта девчонка была заумной на его взгляд. Недаром племянница профессора. Ладно, подумал он. И не таких видали. Нужно выбираться отсюда – с ними или без них, теперь уже всё равно. Оставить её с собакой в лагере, а самому, прихватив рюкзак, на рассвете уходить в тайгу. Пускай сами решают всю эту заумную чушь с порталами, перемещениями, антимирами, и прочей чёртовой физикой. Ему абсолютно безразлично, найдутся её друзья или сгинут в неизвестности. У него начинается совершенно иная, новая жизнь, полная богатства, славы и почёта.

С этими мыслями он двинулся вперёд, даже не обернувшись на девушку. Захочет – догонит.

…Катакомбы уходили глубоко вниз, разветвляясь в подземных пластах несколькими десятками идеально ровных коридоров, похожих на вырезанные лазером тоннели. Сечение боковых стен и потолка навевало на мысли, что здесь работали буровые установки с лазерными насадками – до того всё было идеально подогнано, выверено, вычислено и изъято из грунта, будто громадные полые трубы, ведущие к неизвестному центру пересечений. Было светло как днём, однако источника света они не обнаружили: свет шёл ниоткуда. Прямо из стен.

- Да тут настоящая база пересылки! – ахнула Даша, - если верить нашим предположениям о порталах времени.

Зрелище и панорама подземного амфитеатра, раскинувшегося под их ногами, действительно поражала своим великолепием и грандиозностью построек, уходящих на несколько этажей в глубину. Вырытый неизвестными механизмами подземный карьер представлял собой колоссальную воронку, которая была заполнена всевозможными секциями, боксами, блоками, движущимися лифтами и эскалаторными конвейерами, на которых по часовой стрелке передвигались те или иные предметы различного оборудования. Всё гудело, работало в автономном режиме, мигало, двигалось, перемещалось, подавалось дальше по ленте эскалатора, собиралось, складывалось в контейнеры, передавалось автоматическими клешнями дальше, скрывалось в каких-то нишах, исчезая бесследно. И всё это происходило при полном отсутствии каких-либо людей. Здесь работали автоматы! Это был настоящий механизированный цех роботов, работающих без какого-либо контроля, полностью автоматизировано. Кто-то когда-то запрограммировал программу на десятилетия вперёд, и бездушные машины на протяжении всего этого времени выполняли свою работу на уровне заложенной в них программы, ни разу не остановившись и не делая перерывов.

Даша стояла с открытым ртом, не в силах унять волнующую дрожь от столь грандиозной панорамы. Ружин держал натянутый поводок, и бедный пёс, видя перед собой копошащуюся механизмами воронку, отчаянно пытался вырваться назад, лишь бы подальше отсюда, от всего этого движущегося, перекатывающегося и гремящего железом механического ада.

Автоматические руки-щупальца передавали друг другу собранные по частям какие-то непонятные механизмы, которым и названия-то подобрать было трудно, поскольку ни Даша, ни Ружин прежде никогда не встречались с таким обилием неизвестной им техники.

Путники уже было отчаялись найти среди этого механизированного бедлама хоть какой-либо выход, как вдруг, внезапно обрушившаяся тишина заставила всех замереть на месте. Цех застыл на секунду в безмолвии, затем, словно набравшись новой силы, загудел тревожной сиреной, от которой едва не лопнули барабанные перепонки. Подземный амфитеатр затрясся конвульсивным смещением геологических пластов, всё разом пришло в движение и, обваливаясь гигантскими глыбами, стал погребать под собой весь карьер механизмов, увлекая за собой и оторопевших путешественников с собакой. Зев бездонной пустоты образовал гигантский провал, в недрах которого бушевал смерч огненной лавы. Всё произошло за какую-то минуту. Пещера с титаническим гротом подземелья агонизировала, словно испуская свой последний смертельный вздох. Цепляясь за ходившие ходуном куски базальтовой породы, Даша кричала от ужаса и пыталась удержаться наверху, чтобы её не унесло в огненную бездну вместе с ломающимися со скрежетом автоматами. Амфитеатр перестал существовать буквально за какую-то минуту. Пещера погрузилась в карстовые недра подземного ада, и весь механизированный цех в мгновение ока превратился в сплошной тягучий поток плазменной лавы, устремившейся внутрь черноты.

Это был конец.

Даже если и существовали здесь прежде портал времени с базой пересылки, то они исчезли навсегда. В одночасье. Вместе путешественниками. Вместе с собакой.

Но, прежде чем всё рухнуло в бездну огненной лавы, они услышали… голоса.

№ 8.

Как позже выяснят учёные-физики в районе лагерной стоянки, где исчезла группа Сазонова, в 1976 году августа месяца Землю посетил тоннель Эйнштейна – Розена, в научных кругах именуемый червоточиной, а в простонародье «кротовой норой».

Рюкзак Ружина с золотыми самородками так и останется лежать в палатке лагеря, пока стоянку изыскателей не посетит ещё один выброс гравитации, который произойдёт по времени гораздо позже, уже в новом тысячелетии.

При разработке строительного карьера для автоматизированного цеха сборки механизмов, изыскатели грядущих десятилетий обнаружат истлевшие от времени палатки, груду испорченных от дождей приборов и проржавевшую посуду, так и оставшуюся лежать на столе в день рождения одного из участников экспедиции. Будут ещё попытки нескольких спасательных команд найти следы сразу двух исчезнувших групп геологов, однако все они не увенчаются никаким положительным успехом. На протяжении десяти лет канут в неизвестности и не возвратятся назад более тридцати энтузиастов, намеревшихся покорить этот участок тайги близ реки Учур у Станового хребта. Зона будет объявлена запрещённой для туризма, охоты, сбора пушнины, и трёхсоткилометровое белое пятно так и останется на карте географических атласов данного региона совершенно неизведанным. Таким образом, к началу XXI-го века тайна исчезновения экспедиции Требухова, а за ним и группы Сазонова так и не будет раскрыта, как, впрочем, и сама тайна подземного развала. Мост Эйнштейна – Розена поглотил их, казалось, навсегда.