Александр Золотов – Семья (страница 106)

- Спасибо за честность Габриэль, хоть она жестока и печальна. – ответил шаман циклопов и они с вождём стали о чём-то шептаться.

- Не за что, Гирон. Ещё вопросы ко мне есть? – спросил я у остальных.

- Скажи мне, мальчик, это правда, что ты убил вождя, что вёл это войско? – спросил старый вождь орков из другого клана. Что примечательно, вожди кланов орков по размерам не уступают молодым высшим оркам. И этот старик по росту около двух с половиной метров.

- Да, это так. Ты так же хочешь знать при каких обстоятельствах? – спросил я, не меняя тона. Я запомнил, как ведёт себя Векккен и теперь стараюсь делать также.

- Да. Я вождь клана Проклятого меча, меня зовут Гагото. И войско вёл мой сын. – ответил старик, показывая, что не верит, что его сын мог проиграть ребёнку, хотя я сейчас по росту равен Тогару, что составляет около метра девяноста сантиметров, а сам Тогар считается молодым воином.

- Когда наше войско начало проигрывать, я разделил армии барьером ветра. Тогда вождь пришёл за мной. В разговоре он сказал, что на войне не место ритуальным боям один на один. И хоть, по его словам, город он не смог взять, он хотел мою голову и отправил солдат добить меня. При помощи духов стихий мне удалось сильно проредить окруживших меня, а потом я пытался добраться до вождя, сколько бы его не прикрывали. В конце ему дали какой-то магический меч, наши оружия столкнулись и были уничтожены. После этого я оказался быстрее и нанёс удар своей боевой косой. Остатки армии побежали после смерти вождя. – спокойно и сухо рассказал я. После моих слов воцарилась тишина.

- Я хочу поединок с тобой за оскорбление чести моего сына! Он не был трусом! – закричал на меня старик.

- Я думаю тут много тех, кто потерял кого-то на этой войне. И многие хотят бросить мне вызов. И то, как вы после этих слов шумите, лишь доказательство этого. Но сначала я выскажусь, а потом уже соглашусь на все вызовы, которые вы захотите мне бросить. – предупредил я и посмотрел на Веккена. А толпа зашумела.

- Я разрешаю тебе закончить, прежде чем переходить к боям. – немного раздражённо произнёс вождь.

- Благодарю, великий вождь. Вы сейчас считаете меня убийцей, монстром, обманщиком и прочей нечистью. И для племён это правда. А в Эрании меня называли героем. Но я не герой, спасший город от нападения. Я лишь мясник и кровавый живодёр, который убил больше пяти сотен орков, около сорока кентавров, пятерых циклопов и несколько десятков гоблинов. Но знаете ли вы, кто были героями в тот день? Героями той битвы были простые горожане и крестьяне, обычные мужчины и женщины, не умеющие сражаться, которые поднялись на защиту своих домов и родных от напасти, пришедшей к ним. Героями были стражники, которые первыми приняли на себя удар кавалерии армий степи, хотя не обучены подобному, но почти всё войско было выманено из города пришедшими захватчиками, решившими разделить армию и разграбить город в отсутствии защитников, и стражникам пришлось заменить собой армию. Героями были дети, которым не было и двенадцати зим, когда они пришли на поле боя лечить раненых, и помочь спасти хотя бы одного отца, брата, мать или сестру своих друзей или знакомых. Многие из них не вернулись из этого боя. Героями были женщины, которые, не умея держать оружие, спасали раненых. Героем была юная княжна, которая в шестнадцать зим взяла на себя ответственность за этот бой и выложилась на полную. Героем той битвы был и мой младший брат, что в свои девять зим смог, жертвуя здоровьем, исцелить остатки армии и своим примером показать, что можно выиграть даже такое сражение, и не приходивший в себя после этого четыре дня. Они все были героями. Они заслужили эту победу. А если вы, те, кто пришёл украсть не вами произведённое, вы, что решили захватить женщин и детей, считаете меня тем, из-за кого вы проиграли – то это так. Я лично уничтожил половину армии, я отдал множество приказов, я зачаровал доспехи, что помогли справиться с вашей кавалерией. Я тот кровавый мясник, от которого побежала ваша армия! Но тогда была война. А сейчас мир. И поэтому теперь, этот кровавый мясник предлагает вам закопать топор войны и встать плечом к плечу ради будущего наших народов! Я предлагаю много изменений. Но если вы всё ещё хотите этого, я готов принять вызов от любого! Но в этот раз, это будет по всем правилам честного боя. Один на один. В присутствии шаманов и перед лицом богов. У меня всё. – я закончил речь, но вокруг была такая тишина, что можно было услышать падение иголки.

Я переводил взгляд от одного вождя к другому. Кто-то отводил взгляд, кто-то кивал. Хаггерим улыбнулась печальной улыбкой, шаманы сидели с непроницаемыми лицами. Тогар и Веккен молчали. Ведь подробности битвы за Желань они не спрашивали. Даже циклопы, молча что-то обдумывали. Тишина сохранялась несколько минут, хотя мне казалось, что прошли часы.

- Вы все слышали наследника Габриэля. Его слышала и я. Как верховная шаманка, я вызываюсь быть той, кто натрёт его тело маслом и благословит оружие, если состоятся ритуальные бои за честь. – сказала Джос со своего места, разрывая тишину.

- Хорошая речь, колдун. Но сказать можно что угодно, а есть ли у тебя доказательства, что всё произошло именно так, как ты рассказал? – снова спросил тот же орк, что начал весь этот разговор.

- Если великий вождь прикажет, то я покажу своё единственное доказательство. А верить этому или нет – дело ваше, раз вы уже не верите не только моим словам, но и разведчикам вождя всех вождей. – ответил я и посмотрел на Веккена.

- Выношу на голосование. Хотите ли вы, все присутствующие тут увидеть ужасы той войны своими глазами? Хотите увидеть то, что мы принесли в мирный город и чем для нас это обернулось? Кто за – поднимайте руку. – уверенно произнёс Веккен. Первыми руки подняли сразу все вожди орков. Высшие орки, циклопы и кентавры проголосовали против. Но когда вожди гоблинов встретились взглядами с орками, то почти все проголосовали за. – Действуй Габриэль. Похоже, сегодня будет очень долгий день.

- Как прикажешь, великий вождь. Однако, если кто-то из вождей мне не верит, я могу передать этот камень воспоминаний любому из шаманов, и он сам сможет его активировать. А так как Джос принадлежит к нашему клану, это может быть любой другой шаман, если вдруг у вождей и к ней недоверие. – ответил я. Эти слова вызвали недовольство среди шаманов и многих собравшихся.

- Габриэль. Передай мне камень. Я им воспользуюсь. – предложил Гирон, а я переправил ему камень телекинезом. После чего циклоп подтвердил, что это за камень, кто владелец и когда была сделана запись. А потом он активировал камень и показал всё сражение от и до. На записи не было видно некоторых моментов, о которых мне рассказывали, но я и так отлично помнил происходящее. Запись закончилась на моменте, когда я почти потерял сознание, армия орков убежала от меня, а ко мне подбежал Ярополк. Снова воцарилась тишина.

- Объявляю перерыв на полчаса. Всем необходимо обдумать увиденное и услышанное. – сказал Веккен и мгновенное голосование подтвердило его слова. Мы втроём удалились в шатёр вождя. Остальные тоже разбрелись кто куда. Только циклопы остались на месте.

- Габриэль, скажи, ты бы провернул примерно это же, если бы Курата не вызвалась тебя защищать? – задумчиво спросил Тогар.

Да. – спокойно ответил я. – Я бы первым делом устранил вождя и шаманов, потом попытался прорваться к своим, и вместе мы бы попытались уйти. В крайнем случае, я бы отправил своих людей подальше от города, а сам бился бы до конца.

- Значит Курата почти угадала. – вздохнул Веккен.

- Почему почти? – заинтересовался я.

- Она предположила, что ты забрал бы с собой и город и всех своих, если бы не было шансов уйти. – грустно ответил вождь.

- Чтобы подобный вариант остался, я должен быть в очень плохом состоянии, а все спутники должны быть выведены из строя. – подтвердил я.

- Понятно. – тяжело вздохнув, ответил он.

- Габриэль, тебе правда так мало лет, как я слышал? – спросил Тогар.

- Да, Тогар. Мне через пару месяцев будет тринадцать. – подтвердил я. Хотя сам я уже перестал хоть как-то привязываться к возрасту моего тела. С момента побега из дома, я лишь руководствуюсь своим опытом из прошлого мира, наложенным на логику текущего. Я просто не могу позволить себе быть ребёнком или проявлять слабость, ведь отвечаю за множество жизней, что доверились мне. Ну и по моему внешнему виду уже невозможно угадать истинный возраст.

- Тогда мне страшно подумать, как ты провёл эти годы. Ты не ведёшь себя на свой возраст. – вздохнул орк и сел на лежанку.

- Я предлагаю просто посидеть и успокоиться. Думаю, переговоры по законам будут очень тяжёлыми. – вздохнул Веккен, занимая свою лежанку.

- Если голосования будут такими же, то да. Ведь почти все гоблины явно запуганы орками. – указал я на то, что скорее всего не хотели принимать эти двое.

- Возможно и так. Но раз это заметно и тебе, то знают и другие. А поэтому я немного изменю порядок законов, о которых будем говорить. – согласился вождь и задумался.

Я тоже задумался. В первую очередь о том, что невозможно каждый раз выигрывать дела просто показывая произошедшее. Надо учиться ораторскому искусству. Пока у меня есть только знания, что дала Серена, но кажется этого мало. А ещё пора всерьёз заняться созданием экипировки для меня и моих близких. Ну посмотрим, как закончится собрание, и как будут протекать дни до рождения детей. Мы молчали, и каждый думал о своём. Потом вошёл стражник, и мы молча вернулись к столу.