Александр Золотов – Гений? Нет, я просто пытаюсь жить полной жизнью. Книга 2. Новый дом (страница 12)

– Я ничего не знаю. Это были звери. Никто не виноват в этом. – продолжил настаивать он, пятясь назад.

– Я понял тебя. Я действительно уйду отсюда и заберу его с собой. Лишь бы не оставлять на этой проклятой земле. Последний вопрос, сколько лет мальчику было? – с отвращением от вида дрожащего главы спросил я.

– Его принесла старуха лет семь назад, он выглядел на год… – промямлил глава.

Я развернулся и пошёл в сторону нашего дома. Там я быстро собрал всё, что считал своим, оставив только голые стены и двери без ручек. Опустошив склад, дом и тайник, я вернулся на площадь, где уже собралась толпа.

– Он говорил, что у его бабушки была книга с записями, которую кто-то из вас забрал. Где она? – потребовал я ответа.

– Уже давно сожгли. Тебе то что? – высокомерно ответила всклокоченная рыжая женщина. Я перевёл взгляд на неё. Невысокая, нацепившая на себя множество безвкусных ярких тряпок и с застывшим на лице выражением отвращения.

– Понятно. Значит по-хорошему с вами нельзя. – вздохнул я, развернулся и пошёл прочь от деревни.

Я прошёл одной из троп, которой меня водил Квази. Она вела к поляне, что полна цветов в любое время года, а в центре поляны бил маленький родничок. Я опустил свою ношу неподалёку от него, убрал с Квази покрывало и при помощи магии света залечил все видимые раны. В игре, откуда взята часть моих способностей, было заклинание воскрешения. С Зефиром мне не дали его использовать, тем более что там ни времени, ни возможности не было. В происшествии на озере оно, к счастью, не понадобилось. Но сейчас мне всё-таки придётся попытаться его использовать. Я сомневаюсь, что подобное может сработать, но отступать не намерен.

Я протянул руки над телом Квазимодо и передал все свои чувства духам. Всем духам, которые готовы откликнуться на мой зов. Я показал им воспоминания о том, как этот ребёнок радовался жизни и новым знаниям, вкусной еде и хорошему отношению. Как он грустил, когда рассказывал о своём прошлом. И вместе с воспоминаниями за полгода, я передал просьбу вернуть жизнь в это тело. И духи услышали меня. Тело мальчика окутал мягкий зелёный свет. Я почувствовал, как моя магия поддерживает этот свет, пока Квази снова не стал дышать. В момент его первого вздоха, я понял, как что-то потерял навсегда.

Квази пока не просыпался. Я укутал мальчика тёплым одеялом, поставил вокруг поляны барьер из плотного ветра, который мягко не даст мальчику уйти, и разорвёт любого, кто попытается приблизиться. Я попросил духов воздуха поддерживать его. Я решил разобраться с деревней без помощи духов, ведь то, что я собираюсь сделать они врятли одобрят. Но многие из них решили отправиться со мной и помочь, разделяя мой гнев.

Оставив своего ученика отдыхать, я отправился обратно в деревню. Выйдя из леса, я сразу окружил всю деревню продвинутым заклинанием обычной магии «стена огня». Мне очень не хочется так использовать выученное у сестры заклинание, ведь можно было бы просто сжечь всё огнём или светом, но я считаю, что должен вернуть им все страдания, что пережил Квази. А как только все подходы к лесу были перекрыты толстой и непроходимой стеной огня я направился к деревне. Большинство взрослых уже было на площади, что облегчит мне работу. Однако я всё равно передал ману и просьбу духу земли, чтобы он устроил землетрясение.

С каждым моим шагом разрушался ближайший ко мне дом. Я даже не слушал крики, доносящиеся из-под завалов. Когда я пришёл к площади, пол деревни уже развалилось. Толпа почему-то просто стояла там и ничего не делала, будто бараны на бойне.

– Я пришёл вернуть вам всё то, что вы дали тому ребёнку. – громко объявил я, обведя их взглядом. К моему удивлению на их лицах оказался не страх, а непонимание происходящего. Поняв, что они так ничего и не осознали, я зажёг в одной руке огонь, а в другой создал шарик молнии.

– Мы не виноваты! Он просто не хотел уходить, как бы мы ему не говорили! – прокричала какая-то женщина и в центр её груди вошёл шарик из молний.

– Ответ неверный! – прокричал я. Я полностью осознал, что убил её, но при этом я ничего не почувствовал. Ни удовольствия, ни сожалений, ни жалости или тяжести от её смерти, вообще ничего. Я осознал, что эти безмозглые твари не заслуживают даже ненависти или потраченного на их пытки времени.

Никто не стал ко мне приближаться, видимо до них начало наконец доходить, зачем я вернулся. Они попытались разбежаться, как тараканы при включённом свете, но я не дам им такой возможности. Я превратил в жабу ту женщину, что сказала о сожжённой книге, и заковал в лёд главу деревни. С ними я ещё поговорю.

Остальные просто сгорали в ярком огне, были дезинтегрированы светом, умирали в конвульсиях от молний, были расплавлены тьмой или погребены под завалами своих домов, в которых пытались спрятаться от меня. Я прекрасно понимал, что то, что я делал абсолютно неправильно и когда-нибудь мне придётся ответить за отнятые жизни. Однако я не видел другого выхода, считая, что эти закостенелые и абсолютно больные на голову психопаты не заслуживают жить. Перебив всё человекообразное в пределах видимости, я вернулся к тем, кого оставил на сладкое.

– Ну что, глава, здесь просто произошло стихийное бедствие. Пожар, наверное, или гроза. Согласен? Никто в этом не виноват. – саркастично сказал я выбравшемуся изо льда главе деревни.

– Это не я. Я тут не причём. – только и мог повторять он пытаясь отползти.

– Тогда прощай. – я просто проткнул все его конечности «ледяными стрелами», чем пригвоздил к земле и оставил умирать от потери крови в муках.

После этого, я вернулся к той жирной лягушке. Она как раз снова превратилась в наглую и мерзкую женщину.

– Ну что, ты готова сказать, где книга, или будем по-плохому разговаривать? – спросил я, скрестив руки на груди.

– Она в моём доме. Отпусти меня, и я тебе её отдам! – взмолилась она и упала на колени.

– Хорошо. Пошли. Принесёшь книгу и будешь жить. – ответил я, показывая, что она может идти за книгой.

Она побежала в сторону одного из разрушенных домов, а я медленно пошёл за ней. Со странной прытью женщина пробралась между обломков и достала большую, красиво оформленную книгу. Но идти ко мне не спешила.

– Вот книга. Отпусти меня. – потребовала она и убрала книгу за спину.

– Принеси её мне и можешь убираться. – ответил я, решив сдержать слово.

– Нет! Я сначала уйду, а потом оставлю её на дороге у входа в лес! – заявила она, а её глаза бегали из стороны в сторону, явно пытаясь придумать путь к спасению.

– Как знаешь. – вздохнул я и отправил в её ноги ледяные стрелы.

Она выронила книгу и начала вопить. Я подошёл, забрал книгу и пригвоздил руки этой женщины к обломкам дома. После чего ушёл из разрушенной деревни. Во время истребления я не заметил охотника и тех взбалмошных отца с сыном. Хотя с момента, когда я пришёл, никто не покидал деревню. Ну значит они оказались умнее остальных. Пусть живут. А сейчас в деревне оставалось только двое выживших. Я вышел за стену огня, подождал минут тридцать и спустил на деревню свою разработку под названием «кара небесная». Широкий луч яркого жёлтого света накрыл всю деревню и в течении минуты от неё осталась лишь ровная выжженная пустошь. Убедившись, что никого не осталось, я убрал стену огня и отправился к своему маленькому ученику.

Я вернулся на поляну, где оставил Квази. Он уже не спал, а просто сидел там, где я его оставил, укутавшись в одеяло, и смотрел будто в пустоту.

– Квази, ты как? Болит где-нибудь? – осторожно спросил я, приблизившись к нему. Я не знал, как сработало заклинание, и та ли личность находится в его теле.

– Ничего не болит. Ты снова спас меня. – ответил мальчик, но в его словах снова не было той живости, которая начала появляться в последние недели.

– Они тебя больше никогда не смогут обидеть. На этот раз, я наверняка позаботился об этом. – рассказал я и сел около него. – Теперь мы можем уходить. Надо было уже давно это сделать, но я был слишком беспечен, и ты пострадал. Прости меня, за то, что опоздал.

– Нет, ты не виноват. Они хотели, чтобы ты оставался в деревне и поэтому стали меня бить. Они говорили, что снова сделают меня уродом, и пока ты будешь лечить, будешь жить в деревне. А потом они всё повторят. – объяснил Квази причины нападения, не меняясь в лице и не показывая эмоций.

– Не бойся, больше не повторят. Был ли среди них парень, руку отца которому мы лечили после битвы с волками? – спросил я, не понимая, как ему помочь.

– Нет. – безэмоционально ответил он.

– Хорошо. Скажешь, как будешь готов идти. А пока мы можем посидеть тут. Или, если хочешь, я могу достать кровать, и ты поспишь. – предложил я.

– Нет, я не хочу задерживаться около этой деревни ни мгновения. – тихо ответил Квази.

– Хорошо, тогда пойдём. – я создал ему новую одежду, и мы отправились дальше. Теперь нужно двигаться к границе и, если повезёт, присоединиться к каравану до Эрании.

Глава 8. Дитя из пророчества.

От лица Майло, главы забытой в глуши деревни.

Я Майло. Я управляю нашей небольшой лесной деревней. До меня управлял отец, до него дед, после меня будет мой сын. Мы выращиваем пшеницу, собираем травы и охотимся. Лишнее продаём торговцу, который иногда к нам заезжает. В нашей деревне есть несколько коров, коз и кур. Мой отец добился того, чтобы деревня могла сама себя обеспечивать. Сейчас у нас живёт тринадцать семей.