Александр Заречный – Ветер перемен. Книга четвертая. (страница 20)

- Какое кодовое слово мы придумали для оповещения, если поездка увенчается успехом? - перебил меня Никсон.

- Эврика. - без заминки ответил я. - И его тебе передал помощник Киссинджера 11 июля. А уже 15 июля ты сделал заявление по телевидению, что собираешься в Пекин.

- А имя помощника не помнишь?

- Конечно помню, - улыбнулся я. - Потому что узнал его только сегодня утром - Александр Хейг. Хороший политик. Он будет Верховным главнокомандующим объединёнными вооружёнными силами в Европе. Ты уже сейчас обсуждаешь его кандидатуру со своими советниками и в следующем году назначишь его на эту должность. Позже он будет Государственным секретарем в администрации президента Рональда Рейгана. Да, бывшего киноактера.

Никсон пожевал губами и сказал:

- Ну что ж, звучит убедительно! Эти подробности знали только мы трое. Ну, ещё президент Пакистана частично был посвящён в эту операцию. Но он знал только о самом факте тайного перелёта в Китай. И о Хейге всё верно. Вопрос с назначением практически решён.

- Могу рассказать о случае из твоей жизни, о котором, кроме тебя знает только твоя жена Пэт. - предложил я. - В случае с визитом в Китай Киссинджера, теоретически имелась возможность утечки, хотя и ничтожно малая. А вот то, что произошло между тобой и Пэт у неё дома летом 1938 года знаете только вы оба.

- Ты имеешь ввиду... - медленно проговорил Ричард пристально глядя мне в глаза.

- Да, когда вы разучивали роль для спектакля в любительском театре, в котором вы познакомились и играли. - закончил я за него. - Ответ Пэт, на твои настойчивые ухаживания, скажем так, был настолько "звонким", что ты сразу понял - это твоя женщина!

Никсон хмыкнул и машинально потёр щёку, а поймав мой взгляд, вдруг улыбнулся и тряхнув головой сказал:

- Убедил! Так что ты хотел мне сообщить?

- Мне есть много чего тебе рассказать, Ричард, - начал я, подбирая слова. - Но сейчас самое главное спасти тебя от импичмента.

- А он будет? - сверля меня взглядом, спросил Никсон.

- Думаю, да. - ответил я. - Через год начнётся процесс и почти со стопроцентной вероятностью тебе объявят импичмент.

- Вилли говорил, что ты предсказал все события с абсолютной точностью, а сейчас говоришь, что "почти точно объявят".

- Дело в том, что президент США Ричард Никсон, не стал дожидаться вынесения импичмента, понимая его неизбежность и сам подал в отставку 9 августа 1974 года. Поэтому остаётся, пусть и мизерный шанс, что импичмент могли и не объявить.

- Ты говоришь обо мне в третьем лице? - приподнял брови Никсон.

- Я говорю о президенте Никсоне из моей реальности. - ответил я и вкратце пересказал свою историю. - Поэтому у тебя в этой действительности есть все шансы избежать отставки.

- Значит тебя вернули... - Никсон постарался подобрать правильное слово. - Вернули, как бы назад, чтобы изменить историю?

- Я думаю - да! - согласился я. - Я могу помочь вам, лидерам ведущих стран, спасти цивилизацию. Потому что после глобальной ядерной войны, если Человечество и не будет истреблено полностью, то от него останутся только разрозненные небольшие группы людей, в разных уголках планеты на развалинах. Какая уж тут цивилизация!?

- А скажи... - медленно произнес Никсон, внимательно глядя на меня и я понял, что он спросит. - Там, между твоей смертью и возвращением на Землю, ты видел кого-нибудь?

- Нет. Никого. - покачал я головой. - Только яркий свет. Но со мной говорили. Вернее я мог задавать вопросы и получал на них ответы. Они как бы звучали у меня в голове, а не приходили извне, как бывает при обычном разговоре.

В глазах Никсона зажглись огоньки. Всё, что я ему говорил, соответствовало их учению: божественный свет, общение напрямую с Высшим разумом, причём происходит оно именно внутри самого человека. Никакого тебе бородатого дедушки на облаке! И даже то, что для спасения всего Человечества выбрали меня, простого человека, тоже укладывается в их доктрину: все люди равны и с каждым может случиться "озарение" и он станет, тем, кто будет проводить волю бога!

- Что я должен сделать, чтобы избежать импичмента? - спросил Ричард и в голосе его не было ни тени сомнения, что я дам ему правильный совет.

- Прежде всего нужно немедленно уничтожить все аудиозаписи, которые ведутся по твоему указанию в Белом доме. Все, до единой! Потому что никаких доказательств того, что взломщики, вломившиеся в отель Уотергейт, в штаб-квартиру демократов, действовали по твоему приказу или хотя бы с твоего ведома, ни ФБР, ни спецпрокурор не найдут! А основные обвинения выдвинутые против тебя будут заключаться в том, что ты препятствовал правосудию. Ты приказал ЦРУ и ФБР затормозить расследование. И весь этот разговор был записан на плёнку! Бога ради, Ричард - зачем?! А когда прокурор потребует предоставить эти плёнки ты откажешься.

- Конечно! - воскликнул Никсон. - Какое они имеют право требовать это у меня? У президента Соединённых штатов!

- Ну вот это и представят как препятствование расследованию. - пожал я плечами. - В прессе, твои враги - демократы, поднимут вой. В конгрессе, те же демократы начнут полоскать твоё имя. И ты сам поймёшь, что тебе не усидеть в президентском кресле. Поэтому, немедля уничтожь все записи! Тогда тебе не нужно будет идти против решения Верховного суда и страна никогда не услышит эти записи, которые отвернут от тебя миллионы американцев. Но это не всё. Информацию о расследовании сливает заместитель директора ФБР Марк Фелт. Да-да, он руководит группой по расследованию и он же тайно передаёт всю информацию двум журналистам "Вашингтон пост" Бобу Вудворду и Карлу Бернстайну.

- Сволочь! - выругался Никсон. И помолчав, спросил: - Значит, ты считаешь, что ещё не всё потеряно?

- Уверен, Ричард! - твердо ответил я. - Я знаю, что ты не был причастен к Уотергейту и если бы не эти плёнки, на которых ты приказываешь тормозить расследование, чтобы спасти своих соратников, у твоих врагов ничего бы не вышло. Уничтожь их, убери Фелта и пусть ковыряются!

- Хорошо! - принял решение Никсон. - А что ты знаешь о моей внешней политике? Вернее, о политике того, другого Никсона из твоей жизни?

- Она была успешной! - без тени сомнения сказал я. - Именно поэтому я и хочу, чтобы ты оставался президентом Соединённых штатов. Вы с Брежневым только что заключили первый договор об ограничении стратегических ядерных вооружений, а Вилли Брандт с тем же Леонидом Ильичем начинают процесс разрядки в Европе. Если вы трое объедините свои усилия и избежите тех ошибок, которые были допущены в моём времени, то, возможно удастся изменить ход истории и сохранить мир на Земле, да и саму Землю вместе с Человечеством.

- Ты думаешь это возможно?

- Конечно! Ведь у вас троих есть неоспоримое преимущество перед вашими двойниками в параллельной вселенной: вы можете учесть их ошибки и сделать всё так, как необходимо. Но об этом нам лучше поговорить всем вместе.

- Ок, я согласен! - Никсон поднял свой бокал с виски. - Благодарю тебя за этот визит! И за успех!

Мы выпили, но, вопреки моему ожиданию, что Никсон встанет и попрощается, он остался сидеть в кресле о чём -то думая. Затем он взглянул на меня и решившись, задал вопрос:

- Как мне сказал Вилли, ты сейчас служишь в советской армии?

Я молча кивнул.

- И ты собираешься продолжить службу?

- Нет, конечно. - я отрицательно качнул головой. Значит Брандт ничего ему не сказал. Уважает моё личное пространство. - Я остаюсь в ФРГ вместе с моей невестой.

- О! Правильное решение! - Никсон одобрительно поджал губы. - Но как отнесётся к этому твоё государство? Брежнев, например. Он же прилетает? Или уже прилетел?

- Я постараюсь объяснить ему, что мне лучше пожить в Европе. По-крайней мере сейчас. Может несколько месяцев, а дальше видно будет.

- А не хотел бы побывать в Америке? - после секундной паузы спросил Никсон, внимательно глядя на меня.

- Очень бы хотел и всегда мечтал! Но в прошлой жизни так и не получилось.

- Ну так в чём проблема? - президенту явно понравился мой ответ.- Сейчас нет никаких препятствий этому. Я приглашаю вас с невестой посетить мою страну.

- Спасибо большое, Ричард! - прижал я руку к груди. - С превеликим удовольствием приеду в вашу великую страну. Вот сейчас закончим тут оформление всех формальностей, тогда можно и в гости.

- Формальности? Ты имеешь ввиду получение права на жительство в ФРГ?

- Нет, этот вопрос уже решен - канцлер дал мне гражданство ФРГ. Мы сейчас хотим зарегистрировать брак с моей девушкой, чтобы не было уже ничего незаконченного.

- Уже дал гражданство?! - поднял брови Никсон. - В первый же день! Вот это хватка! Уважаю! Но я ведь тоже могу дать тебе гражданство, закон это разрешает! Почему бы тебе не иметь ещё одно?

- Абсолютно ничего не имею против этого! - улыбнулся я. - Но, честно говоря, я, когда ехал в ФРГ на фестиваль, даже и мечтать не мог ни о чём подобным!

- Значит этот вопрос считай решённым! - слегка прихлопнул рукой Никсон по подлокотнику кресла. - Если мы начинаем такие сложные и важные процессы в мире, участие в которых будет просто необходимым для тебя, то нужно максимально упростить твоё передвижение по крайней мере между нашими тремя странами! А наличие американского гражданства очень поможет в этом. Ну, мы этот вопрос решим, когда соберёмся все вместе.