Александр Заречный – Ветер перемен. Часть первая (страница 5)

Я глянул на Сергея, он не рассказывал обо мне, что ли?

- Закончил музыкальную школу и в этом году поступил в музучилище.

- Инструментом владеешь насколько хорошо?

- Думаю, довольно неплохо...- протянул я, не решив ещё для себя, какой уровень показывать для начала.

- С листа играешь?

- Конечно! - сказал я, но тут же притормозил. - Только не очень трудные произведения.

Набивать себе цену мне не было никакой необходимости. Я знал, что Чихрадзе меня возьмёт в любом случае, потому что в прошлый раз он взял меня почти совсем не умеющего играть.

- А ну-ка, пропой мне это! - Чихрадзе развернул передо мной лист с нотами. - Мелодию мне не нужно, только длительность нот.

- Мы в музыкалке сольфеджио изучали, могу спеть и мелодию. - пожал я плечами.

- Не обязательно! - отмахнулся капитан.

Я бодро пропел ему несложную песенку, дирижируя себе рукой. Всё, как в прошлый раз.

- С какими ещё инструментами знаком, кроме флейты?

- Гитара, фортепиано и ударник. - на секунду я запнулся, но потом решил не скромничать. - Ну и пою, тоже.

- Не слишком ли много талантов? - недоверчиво хмыкнул Чихрадзе. По его лицу невозможно было понять что он на самом деле думает.

" Подумаешь, я ещё и крестиком вышивать могу!" - вспомнил я мультфильм, который здесь ещё не вышел и с трудом удержал улыбку. Зная крутой нрав Чихрадзе не знаю, чем бы эта шутка закончилась.

Капитан, удовлетворившись результатом короткого теста со мной, повернулся к другому, стоявшему здесь же новобранцу. У меня не было возможности даже взглянуть на него ранее, но я знал, что это Жека Мордасов, почти мой земляк, с Кубани.

- Так, ты у нас трубач? - теперь дирижёр сверлил взглядом Евгения. - Закончил что-то?

- Культпросвет училище.

Чихрадзе слегка поджал губы. " Ученье свет, а не ученье - культпросвет!" - вспомнил я шутку, ходившую среди музыкантов. И в ней была большая часть правды - из культпросвета ничего путного никогда не выходило. И Жека в дальнейшем это подтвердит: послушав только раз его игру на трубе, дирижёр строго-настрого запретит ему даже подходить к этому инструменту. И Евгений выполнил этот приказ - с трубой я его никогда больше не видел. Вместо трубы Чихрадзе вручил ему валторну, которую мой друг прекрасно освоил и трубил на ней, как какой -нибудь загонщик оленей в Средние века.

Третьим претендентом на роль музыканта был мой тёзка - Александр Малов из Горьковской области. Он был совсем не музыкант. И даже не гуманитарий. Нерадивый студент института стали и сплавов, отчисленный за неуспеваемость, он, в отличие от нас, уже кое-что понимал в жизни и категорически не хотел служить каким-нибудь мотострелком или артиллеристом. Не знаю, чего он там наплел Сергею Сараеву, но тот, почему-то привел его к дирижёру.

- Ты что умеешь? - повернулся дирижёр к нему.

- Танцевать... - каким-то просительным тоном неуверенно ответил Малов.

Я вспомнил, что он отчебучит перед самым дембелем и захотелось подстроить ему подлянку.

" Может в этот раз дирижёр его не возьмёт ?" - подумал я. - Зачем он нужен в оркестре? Никакой инструмент он так и не освоит, будет только таскать большой барабан вместо сверхсрочника. Ну дневальным будет ходить по оркестру, полы натирать, да печку зимой топить. И всё? В той реальности он пел у нас в группе на танцах, но сейчас я спою гораздо лучше!"

Пока я думал об этом, Чихрадзе продолжил опрос:

- Где танцевал? На дискотеке?

- Нет. - Малов слегка смутился, но поняв, что в этот момент решается его судьба на ближайшие два года, бросился доказывать, что очень будет полезен в оркестре. - Я танцевал на курсах бального танца, потом выступал на городском и областном конкурсе.

- Выиграл что-нибудь? - дирижёр внимательно смотрел на раскрасневшего от волнения Малова.

- Нет... - замялся тот. - Но мы выступали хорошо. Зрителям нравилось...

- "Мы"? Ты танцевал в ансамбле? - уточнил Чихрадзе.

- Нет, я в парных танцах участвовал.

Дирижёр на секунду задумался и решив что-то для себя, поднялся со стула.

- Хорошо! Сейчас будет распределение вас по воинским частям. Я заберу ваши дела, поэтому, когда будут вызывать желающих служить по разным специальностям, стойте спокойно и не дергайтесь. Поняли? Никуда не идёте, стойте и ждите, пока вас Сергей не заберёт.

Мы согласно закивали головами.

- Всё, идите! Построение уже началось.

Мы поспешили на плац, где уже стоял весь наш эшелон.

На трибуне, напротив строя, собрались "купцы", поглядывающие на нас, как на свою собственность. Что, впрочем соответствовало действительности...

- Равняйсь! Смирррно! - гаркнул в микрофон красномордый полковник. - Вольно!

Оглядев орлиным взором наши, не очень бравые ряды, он продолжил:

- Сейчас я буду вызывать команды и кто к какой приписан, делает шаг вперёд! Всем ясно? Слушайте внимательно!

Полковник сделал паузу, ещё раз оглядел строй, давая время, чтобы столь важная , как он считал, информация дошла до нас и вызвал первую группу:

- Механики-водители танков, шаг вперёд!

Несколько десятков человек вышли из строя.

- Направо! Шагом марш! - скомандовал микрофон.

Будущие механики повернулись и нестройно потопали на край плаца, где их поджидали "купцы" из танковой учебки.

- Командиры артиллерийского расчёта! - продолжил полковник. - Шаг вперёд!

Разбор новобранцев продолжился.

Когда разошлись по учебкам все, кого наметила ночная комиссия, полковник продолжил:

- Те, у кого с собой имеются права на управление автомобиля - шаг вперёд!

Затем последовала очередь мотоциклистов.

- Те, у кого есть права водителей и мотоциклистов, но вы забыли их дома - шаг вперёд!

- Даже такой вариант предусмотрели! - улыбнулся Женя Мордасов.

Так, постепенно разобрали всех тех, кто хоть что-то успел изучить на гражданке.

На плацу осталась совсем небольшая группа "ниприкаянных".

- Теперь вы. - оглядел нас полковник. - Остались три воинские специальности: сан-инструктор, повар и командир радио-машины. Можете выбрать, что вам по вкусу!

" Командир радио- машины!" Помню , как в прошлый раз при этих словах у меня сильнее забилось сердце и я чуть было не крикнул:- "Я хочу! Возьмите меня!"

Специальность радиста оказалась единственной, что меня действительно заинтересовало тогда в длинном списке.

В классе 8-м, когда я основательно "подсел" на нарождающийся на наших глазах хард -рок, я увлекся и радио-любителством, или "радио-хулиганством", как о нас писали государственные органы печати. От официальных радиолюбителей, которые состояли в различных кружках и клубах, мы отличались тем, что были абсолютно независимы, сами по себе и цели у нас были иными. Если официальные, клубные связисты собирали мощные передатчики, чтобы устанавливать связь за сотни, а то и тысячи километров и это было их единственной целью, то для нас это было вторичным. Ну да, связался я с кем-то в соседней области и что? Каждый "радиохулиган" пытался создать свою собственную, настоящую, не зависимую ни от кого радиостанцию. И вещать так далеко, на сколько хватит мощности и всё, на что хватит фантазии. Конечно у большинства радио-хулиганов её обычно хватало только на трёп с такими же энтузиастами, но некоторые ещё и "крутили музыку" в эфир. Официальные радиостанции передавали "скучную" классику или древние народные песни. Даже советская эстрада занимала скромное место в их репертуаре. Зарубежная эстрада была представлена только артистами из социалистических стран в абсолютно мизирном количестве. О западной же рок-музыке и речи не могло быть! "Сегодня он играет джаз, а завтра родину продаст!" - лозунг нашего времени. Вот это возмутительное положение я и решил исправить. Хотя бы в местных масштабах. Но где взять западный рок? Пластинок или "пластов", как мы их называли, в станице никто никогда не видел. Оставались западные радиостанции. Ночи напролёт я сёрфил по волнам эфира. Процесс накопления "музыкального капитала" шёл очень медленно. За ночь удавалось "поймать" пару-тройку песен Beatles, Creedence Clearwater Revival или Hollies. А иногда радио-невод оставался пустым за всю ночь поисков. Но никакие трудности не могли остановить истинных фанатов рок-музыки! Мы находили друг друга на волнах эфира, встречались вживую, обменивались записями и информацией о группах.

Моя радиостанция постепенно увеличивала часы вещания и вскоре, сначала в школе, а затем и в станице трудно было найти парня или девчонку, которые бы не слушали ежедневно " Радио Вашингтон", как я , после некоторых раздумий окрестил свою радио-точку. К тому времени все звучные имена, типа " Радио Битлз", "Рафаэль" или "Черная пантера" были заняты и надо было придумать что-то такое же яркое и обязательно иностранное. И вот в один из вечеров, привычно накручивая ручку радиоприемника я услышал: " Вы слушаете Голос Америки из Вашингтона. Начинаем программу о новинках рок-музыки". Это была неслыханная удача!

Записывать, конечно ничего не получалось из-за сильных помех, которых хватало на коротких волнах, а глушилки иногда вообще делали прослушивание невозможным. Но здесь была информация! Именно по информативности я стал " бить" своих конкурентов по радио-эфиру. Одних только названий ансамблей я вскоре знал десятки. Сейчас это выглядит смешно, но тогда! Ко мне в школе подходили одноклассники и просто просили написать им несколько названий групп, которыми они потом украшали свои учебники и портфели! Всех переплюнул сын нашего учителя по труду: он упросил меня расписать его новые джинсы названиями рок-групп и щеголял потом в них на всех дискотеках!