Александр Западнюк – Марфа (страница 1)
Александр Западнюк
Марфа
Пролог. Девочка.
1
Маленькая девочка, которой было около шести лет, кушала мороженое и смотрела телевизор. По телевизору тогда, в 1980-м, крутили телепередачу «Вокруг смеха». Девочка смотрела, пока её родители были на работе. Она не заметила, когда старуха, одетая в чёрную шинель, скрипнула дверью и вошла в дом.
Семья девочки жила на острове Гомозовых, в посёлке Путик, в деревянном доме. Как и все жители-островитяне в этом посёлке, в этот жуткий день никто не запирал входные двери, когда начинала ходить старушка Марфа. Это делалось для того, чтобы та беспрепятственно могла помочь каждому жителю спастись от Тьмы, которая приходит в этот страшный день.
Она зашла в дом и тихим голосом промолвила стихом:
– Угостите тем, что прячете, не угощайте тем, что на виду.
Это выражение значило, что ей надо принести всю еду, которая хранилась в доме.
Девочка вздрогнула, выключила телевизор, положила на тарелку мороженое и вышла к Марфе.
Девочка, которую звали Анна, ждала Марфу, хотя надеялась, что та сегодня не придёт. Аня очень её боялась – в принципе, как и все в посёлке, – но её приход всегда означал защиту или спасение от того, чего нельзя назвать. Точнее сказать, это не имело названия, оно имело только страх местных – страх островитян. Если этого не бояться, то всё живое падёт в забытье.
– Здравствуйте, бабушка Марфа, – и Аня поклонилась ей. Это было не обязательно, она сделала это как-то машинально, даже не задумываясь об этом; ей было безумно страшно. После поклона она быстро ускользнула в кладовую, где мама ей выставила всю еду, чтобы та не бегала по всему дому и не искала её.
Аня начала выносить понемногу еды. Ей даже пришлось принести свою большую конфету, которую ей привёз дядя из Югославии, – ту, что она бережно берегла до Нового года.
Марфа же шёпотом произносила молитву, держа крестик, пока стол заполнялся банками и прочей едой.
Поставив всё на стол, девочка смотрела на Марфу и ждала, когда та что-нибудь попробует, и надеялась, что та не возьмёт её конфету. Марфа перестала шептать и, посмотрев на стол, куда ей принесли дары, сказала – не смотря на Аню, перепуганную до смерти, – смотря лишь на стол, который ломился от изобилия еды:
– Угостите тем, что прячете, не угощайте тем, что на виду.
От этих слов Аня снова вздрогнула.
– Я вам всё принесла, – ответила девочка тихим и дрожащим голосом.
Марфа повторила вновь:
– Угостите тем, что прячете, не угощайте тем, что на виду.
Аня испугалась и стала думать, что же она забыла принести. Озарение пришло мгновенно: она вспомнила о мороженом, которое лежало в тарелочке на столе. Она быстро зашагала в другую комнату и взяла его. Теперь девочка боялась не только за конфету, но и за мороженое, которое почти полностью растаяло.
Марфа оглядела стол и в мгновение ока взялась за банку варенья из морошки. Не приложив никаких усилий, она открыла банку и зачерпнула ложкой варенье. Девочка очень сильно удивилась, что дряблая старушка смогла с лёгкостью открыть банку. Обычно банки закручивал отец: он закручивал их настолько сильно, что иногда сам не мог потом открыть. А старушка смогла вскрыть варенье без особых усилий.
Пока Аня думала над этим, Марфа уже положила ложку на стол и, повернувшись к девочке, сказала:
– Дом в защите.
Аня выдохнула с облегчением.
– Пусть защитит тебя монетка и уйдёт тот, кто тебя ищет, – сказала она и вытянула руку вперёд.
Это выражение означало, что нужно подать любую настоящую монетку. Было не важно, какого она номинала, – главное, чтобы она была настоящей.
Аня вздрогнула: она только сейчас поняла, какую огромную ошибку она допустила.
Днём, когда её мама уходила на работу на Лесозавод № 31, она сказала Ане:
– Придёт Марфа, ты подашь ей еду, которую я выставила тебе в кладовой, и обязательно подашь монетку. Я оставляю тебе 10 копеек, их тратить ни в коем случае нельзя, подашь их Марфе.
– Мама, мне страшно. Может, ты останешься дома? – спросила тогда Аня.
Обычно Лена оставалась с дочкой или Женя – отец Ани. Но сегодня их обоих вызвали на ночную смену, и им пришлось уйти на работу. В то время работа была превыше детей и семьи. И было бы тяжело объяснить начальнику, да и в принципе людям не отсюда, что в их посёлке происходят жуткие вещи 31 октября и 31 марта. И что от зла их может защитить только старушка Марфа, что им нужно совершать определённый обряд, чтобы спастись от того, что нельзя назвать.
– Я знаю, милая, но я не могу остаться. Мне надо работать.
К тому моменту Женя уже ушёл на работу.
– Но мне страшно! Я боюсь её! Я не смогу! – вскрикнула Аня.
– Всё, ты сможешь. И не кричи на мать, – заявила Лена. – Мне пора, ты справишься.
После чего она погладила дочь, которая уже пустила слезу, но ещё не рыдала, и вышла из дома.
Аня разрыдалась, как только дверь захлопнулась. Ею овладел страх. Через мгновение она выбежала из дома босиком и направилась к калитке. Мама ещё не успела далеко уйти, поэтому, выйдя за калитку, девочка закричала, направляясь бегом к матери:
– Не бросай меня! Я не смогу!
Лена повернулась к дочери и, подхватив её на руки, когда та к ней подбежала, развернула спиной к себе и ударила её по попе. Аня зарыдала ещё сильнее, на этот раз от боли.
– Ты дура? – крикнула мать. – Зачем ты бежишь босиком? Заболеть хочешь? Быстро в дом!
Девочка пронзительно кричала и пыталась вырваться из захвата матери, которая силком тащила её обратно в дом.
– На улице октябрь, минус один градус. Дура ты! Дура! – кричала мать.
После этой безобразной сцены Лена затащила в дом Аню и, сев на автобус, уехала к парому, который доставил её в город. Аня рыдала на протяжении целого часа, а когда успокоилась, крикнула на весь дом:
– Раз так! Тогда я потрачу эти десять копеек на мороженое, и пусть они знают, как иметь со мной дело! Вот так!
С этими словами она собралась и пошла в единственный магазин в посёлке. А теперь она смотрит на Марфу и понимает, что совершила самую большую ошибку в своей жизни. Последнюю ошибку.
Марфа сразу поняла, в чём дело, она всегда всё знает. Она встала из-за стола и направилась к входной двери, мрачно качая головой. Девочка попыталась исправить положение: она стала бегать по всему дому и переворачивать все ящики и вещи, чтобы найти хоть какую-то монетку.
Через пару минут поисков Аня услышала, как дверь захлопнулась, и через окно увидела, что Марфа вышла за калитку и направилась в соседний дом.
Вновь разрыдавшись, Аня испугалась ещё сильнее. Она ещё не понимала, что с ней произойдёт, но у неё было чутьё, что ей скоро наступит страшный конец.
2
Когда напарница Лены позвала её к телефону, та стояла у станка, который громко шумел. Её сердце уже было не на месте – у неё было чувство, что скоро произойдёт что-то ужасное. Сердце защемило, когда Юля сообщила ей:
– Лен, тебе звонит твоя дочь, она в истерике.
Лена всё бросила и побежала к телефону, который находился в кабинете начальника.
Кабинет начальника был совсем небольшим и обставлен достаточно бедно. Телефон висел у выхода из кабинета; он был специально установлен для того, чтобы все работники могли позвонить домой или, наоборот, принять звонок. Трубка смотрела в потолок, и, когда Лена подошла к телефону, она услышала сильные всхлипы дочери. Она схватила трубку и громко произнесла – в кабинете аж раздалось эхо:
– Аня! Аня! Что случилось?
– Мама! Мама! – всхлипы усилились.
– Да, малышка? Говори, говори! Что, что случилось?
– Прости меня… – всхлипы были настолько душераздирающими, что Лена не могла разобрать слов дочери.
– Я не поняла. Что случилось? – Страх полностью овладел ею.
– Прости, я потратила, потратила… – Снова ничего нельзя было разобрать, но, когда Лена услышала слово «потратила», она тут же всё поняла.
– Дочь, что ты натворила? – вскрикнула Лена и, прижавшись к стене, скатилась вниз, сев на корточки. Её начало трясти – она знала, что теперь произойдёт.
– Прости, – ревела Аня.
Лена не знала, что ей делать. Она смотрела на часы, но не видела времени. Дочь продолжала реветь; её всхлипы даже стали раздражать Лену, но она не могла заткнуть её – боялась, что теперь той придёт конец. Когда её взгляд всё-таки смог сосредоточиться на часах, она вскочила и сказала:
– Спрячься! Спрячься куда-нибудь! Я должна успеть на паром!
– Мама! Я боюсь! – с криком отрезала Аня.
– Я спасу тебя! – крикнула Лена и добавила: – Спрячься! Я скоро буду.