Александр Заикин – Последний Романов: Том I и Том II (страница 34)

— Вот, вы уже хотя бы честны и понимаете с чего началась ваша полоса невезения. Вы сам приняли решение, моей вины в ваших проблемах нет. Но при этом я хочу сделать вам взаимовыгодное предложение.

— Предложение? — Влад был одновременно удивлён и заинтересован.

— Ваш род продолжить управлять переданными мне заведениями, также сможете командовать теми слугами, что в них работают. Я их не возвращаю им, совсем нет. Можно сказать, что я нанимаю Долгоруких управляющими. Поддерживайте достойный уровень обслуживания и предоставления различных услуг в ночных клубах и ресторанах, старайтесь заработать как можно больше. Естественно, я сам буду оплачивать все необходимые расходы, включая зарплаты работников. Вы не тратите ни копейки и получаете за это… десять процентов от общего дохода за месяц.

— Бред, — сказал князь. — Зачем вам это всё? Вы уже получили весь бренд и всё что с ним связано, даже слуги дадут вам клятвы верности. Для чего вам оставлять управление клубами и ресторанами у моего рода и платить нам за это? И с чего бы это моя семья должна заняться этой работой?

— Всё просто, Владислав Викторович. Те слуги, что вы передали мне, будут служить мне верой и правдой — клятва верности не оставит им иного выбора. Только всё равно они не будут проявлять особого рвения в работе поначалу. Ведь ещё вчера они служили вам, их связывало с Долгорукими очень многое, а теперь они вынуждены подчиняться мне, вчерашнему мальчишке из рода Романовых, который чудом не погиб с остальной своей семьёй. Уверен, что кое-кто не сможет принять такие перемены, сломается или начнёт вредить несмотря на все клятвы. Придётся разбираться с этими людьми, искать им замену… Короче, сплошные хлопоты. Но что, если сохранить хотя бы вашу формальную власть над ними и теми заведениями, что вы мне передаёте? Отлаженный механизм продолжит работать, прибыль останется прежней или даже вырастет, все будут счастливы и довольны. Поэтому я предлагаю вам продолжать, по сути, владеть этими слугами и заведениями. Да, вы будете получать с этого дела всего лишь десять процентов, но это больше чем ничто. А в вашей ситуации это большие деньги. И кто знает, может боги посчитают что вы осознали свои ошибки раз работаете на меня?

Долгорукий молчал и размышлял над моими словами. Я не торопил так как понимал, что сейчас он вынужден пойти против собственной гордости и остатков уважения.

Идея насчёт того, чтобы Влад работал на меня за определённый процент, пришла мне в голову вчера. Просто сел и подумал как я, ничего не смыслящий во всём этом человек, буду управлять несколькими ночными клубами и ресторанами? Да и просто в ведение какого-либо бизнеса я полный профан если не сказать хуже. Тут как бы не разориться по собственной же глупости или незнанию.

Вот сидел и размышлял как бы мне не разорить полученные заведения получая с них стабильный доход. Спустя несколько минут размышлений в голову пришла гениальная мысль: не можешь справиться сам — назначь кого-то делать эту работу. Только вот с людьми у меня напряг, а бывшим слугам Влада я не смогу полностью доверять при всём желании.

Но ведь был Долгорукий! Влад оказался по самую макушку в навозной яме и продолжал погружаться на её дно. Князь оказался в безвыходной ситуации и должен будет сразу схватиться за протянутую ему руку. Если же ещё и заставить его подписать договор предусматривающим самые жёсткие санкции в случае если он мне развалит весь бизнес или начнёт воровать, то в ближайшем будущем от него можно будет не ждать проблем. Наоборот, в его же интересах будет чтобы мой бизнес процветал и эти его десять процентов в денежном эквиваленте стали в разы больше.

Однако не надо думать, что я такой уж благодетель и решая свою проблему захотел помочь побеждённому противнику. Долгорукий сейчас в сложной ситуации, он будет вынужден принять моё предложение хотя бы ради того, чтобы избавиться от божественной кары. И доверять полноценно я ему не буду никогда. Более того, со слугами которых князь передал мне я познакомлюсь, начну присматриваться к ним. Выделю самых талантливых и исполнительных, приближу к себе, сделаю из них основу своего будущего рода. Они станут во главе остальных слуг, найдут мне новых работников, которых я поставлю вместо тех, кто мне не понравится или насчёт ког оу меня будут сомнения. В определённый момент просто верну их Долгорукому, работать в ночных клубах и ресторанах останутся только МОИ люди.

А потом просто скажу Владу, что он молодец и мы неплохо сотрудничали, но дальше я и сам справлюсь. Не нужен мне под боком человек, который обозлён на меня и наверняка всё равно винит меня в большинстве своих проблем. Стоит только его делам наладиться и он обязательно ударит в спину. Так что пускай пока поработает на меня, но потом наши дорожки разойдутся. Возможно, придётся даже постараться сделать так, чтобы князь со своей семьёй более никогда не представляли для меня угрозу.

— Если мы так сделаем, то создаться впечатление словно Долгорукие начали служить Романовым, — наконец-то сказал хоть что-то князь.

— И что с того? Ваш род, князь, уже находится на грани. Ещё чуть-чуть и вам не выбраться из той ямы, в которую вы угодили. Я же вроде как наоборот на коне, дела налаживаются и моя фамилия уже не вызывает у остальной знати рвотный рефлекс. После разрыва отношений с Демидовыми вряд ли кто-то протянет вам руку помощи опасаясь рассердить этот род.

— А ты значит не опасаешься испортить с ними отношения?

— Я уже завтра встречаюсь не только с Маргаритой, но и её отцом в столичном особняке Демидовых. И у меня уверенность в том, что они спокойно воспримут известие о том, что вы в некотором смысле переходите под моё попечительство и даже не станут устраивать вам новые неприятности в отместку за то, что вы наделали. Или рискнёте поспорить со мной на сей счёт?

— Нет, не рискну. Хорошо, десять процентов, а также сохранение контроля над слугами и заведениями при том, что они всё же переходят в ваше владение. Вам будут предоставлять сметы, финансовые отчёты и всё, что захотите. Однако я хочу добавить ещё одно условие в этот договор: если у меня получится повысить реальный доход от этих заведений на треть, то я стану получать пятнадцать процентов дохода.

— На треть, но при этом ни у одного заведения не должно быть падения доходов хотя бы на один процент, — кивнул я. — А там может дело до расширения бренда дойдёт и вы начнёте получать от новых заведений все двадцать процентов. Делайте всё на совесть, не обманывайте меня и всё у нас с вами будет хорошо.

— Тогда составим договор, — согласился Долгорукий.

Сейчас мне захотелось начать смеяться аки Доктор Зло из Остина Пауэрса. Влад не осознавал полностью на что согласился. Я поставлю его в полную зависимость от меня, подниму свой авторитет среди остальной знати благодаря всей этой ситуации, а когда наберу верных людей то просто избавлюсь от Долгорукого. Убийством Трубецкого я только начал закрывать свой долго перед Николаем и поэтому я не оставлю в покое никого, кто убивал его родных.

Они заплатят кровью или золотом.

Интерлюдия

— Отец, что ты сделал? — Геннадий Разумовский был в бешенстве и поэтому натурально орал ан своего отца, Ивана Разумовского.

— Я на твоём месте бы хорошенько подумал с кем ты говоришь на повышенных тонах.

Князь лишь с виду сохранил спокойствие и продолжил работать с бумагами, даже не взглянув на сына. Но в его голосе звучала не прикрытая угроза и раздражение.

— Я… Прости, отец, — тут же исправил свою ошибку Геннадий. — Но зачем ты помог Романову? Протащил в судьи тех, кто был настроен лояльно по отношению к нему, а затем вы и вовсе приняли решение в его пользу! Даже заставили три рода выступивших против него заплатить компенсацию.

— Свершилось правосудие и только.

На сей раз раздражения или угрозы в тоне голоса князя отсутствовали. Зато можно было услышать усталость. Разумовский знал, что сын воспримет решение дворянского трибунала в штыки и выскажет ему свои претензии. Знал он и про пытки Геннадия надавить или даже расправиться с Романовым дабы получить доступ к родовому хранилищу этой семьи. Он пытался закрывать на это глаза, да и сын действовал не пересекая красные линии и не подставляя род.

Иван надеялся, что как только трибунал вынесет своё решение касательно будущего рода Романовых, то Геннадий успокоится. Надежды не оправдались.

— Теперь все попытки достать этого ублюдка будут считаться преступлением, — продолжал высказывать недовольство сын. — А я уже нашёл тех, кто помог бы нам проникнуть в хранилище Романовых!

— Про то, что ты связался с китайскими триадами, я узнал, — князь отложил бумаги и наконец-то посмотрел на сына суровым взглядом. — Ты этого ещё не знаешь, но по моему указке китайцев перехватили при пересечении границы. Приказ был брать их живыми, но они дали отпор и, увы, армейцы не смогли взять никого живьём.

Только глупец не понял бы, что китайцев не просто так перебили.

— Но…

— А ещё мне пришлось разобраться с теми двумя слугами моей семьи, которых ты использовал в своих махинациях, — продолжил Разумовский. — Слишком многое они знали про твои делишки и попади они в руки тех, кто настроен против нашей семьи, мы бы оказались в беде. С этого момента не смей больше что-либо предпринимать по отношению к Романову и его роду.