Александр Задорожный – Звездный капитан (страница 9)

Но в этот раз все было иначе. Джон Хаксли понял это, когда утром, отогнув железный лист, прикрывавший выбитое окно первого этажа, выбрался из торгового центра на улицу. Сразу возле жилища, прямо на проезжей части, он обнаружил четыре бутылки из — под «Пьяного гнома» с абсолютно целыми горлышками. Кто — то аккуратно, словно специально, поставил их у края тротуара. Обрадовавшись, Джон достал из кармана летного плаща, в котором его отправили в отставку, приготовленный для такого случая полиэтиленовый пакет и принялся складывать в него неожиданную добычу.

Не успел Джон поднять последнюю бутылку, как в нескольких метрах левее, в куче мусора возле стены, он заметил нечто блестящее. Поморгав, чтобы убедиться, что это не обман зрения, Хаксли подошел ближе. Видение не исчезло: на куче мусора, словно капля утренней росы на листе орхидеи, лежала маленькая серебристая коробочка. По голографическому экрану вяло бегали зайчики программы заставки. Находка представляла собой новый универсальный коммуникатор. Кто — то ночью выронил дорогостоящий прибор и не заметил пропажи. Джон не утруждался раздумьями, кто это не побоялся поздней ночью гулять по Диртслуму с такой вещью, в то время когда на улицах этого криминального района даже днем могли убить за пару новых ботинок, не говоря уж о дорогом коммуникаторе. Он подобрал прибор и понес его в лавку «Нужных вещей» Петереса Перараста.

Лавка «Нужных вещей» располагалась на первом этаже восьмиэтажного здания старой постройки. Здесь за наличный расчет и без лишних вопросов можно было продать все, что угодно: от пустых бутылок до радиатора флаера последней модели. Управлял заведением толстый антаресец Петерес Перараст с вечно потной лысиной, недельной щетиной и в грязной майке футбольного клуба «Плобитаунские дьяволы», едва закрывавшей половину ужасающего живота владельца магазина.

Когда Джон, открыв дверь с надписью «Нужные вещи — деньги сразу», переступил порог, Петерес занимался тем, что пассатижами выправлял погнутые фиксаторы стеклоочистителя от флаера «Фантом–800». Еще пять стеклоочистителей, но уже от других машин, лежали на столе, ожидая своей очереди.

— Кто тут?! — испуганно воскликнул Петерес, отвлекшись от своего занятия.

— Это я, господин Перараст, — отозвался Хаксли. Заискивающе улыбаясь, он подошел ближе.

— А, это ты, — успокоился Перараст. — Чего надо?

Хаксли принялся доставать из мешка бутылки и ставить на стол перед хозяином лавки.

— Ты же знаешь правила — бутылки принимаются после шести, когда придет машина, — напомнил Перараст. Он показал большим пальцем себе за спину, где на полке между образцами стеклотары стояла табличка «18.00».

— А у меня не только бутылки, — сообщил Джон и выложил на стол коммуникатор.

В черных глазках хозяина лавки загорелся огонек алчности. Перараст с нарочитой неохотой отложил в сторону пассатижи и взял прибор.

— И что это за хреновина?

— Это коммуникатор.

— Сам вижу, что не радиатор. Где украл?

— Я его нашел на улице, — ответил Хаксли, обиженно надув губы.

— Все вы так говорите, а потом старине Петеру приходится объясняться с полицией.

— Я нашел его в куче мусора возле дома.

— Врешь. У тебя — то и дома никакого нет.

— Я говорю правду, — уперся Джон. — Он лежал в куче мусора.

— Если ты не врешь, то он не работает. А раз так, то грош цена твоей находке. — Перараст перевернул коробочку. — Как он включается? Я не вижу ни одной кнопки.

— Он реагирует на голос владельца, — пояснил Хаксли.

Перараст и сам прекрасно знал, что микрочип коммуникатора запрограммирован на идентификацию голоса владельца. Хозяин «Нужных вещей» хотел убедиться, что эту особенность знает и Хаксли. К недовольству Перараста, Хаксли знал о голосовом интерфейсе.

— Ну ладно, — сказал Перараст, почесав щетину на двойном подбородке, — если прибор и в самом деле работает, то я дам тебе за него пять кредитов.

— Пять кредитов! — растерянно воскликнул Хаксли. — Так мало?

— А что, ты хочешь, чтобы я заплатил тебе полную стоимость? — возмутился Перараст.

— Я рассчитывал на половину, — признался Хаксли.

— Половину тебе нигде не заплатят. Даже если бы это был твой коммуникатор и он все еще находился на гарантии.

— Но пять кредитов… — заныл Джон, — это так мало.

— Найди того, кто даст тебе больше.

— Коммуникатор совсем новый, у него даже аккумулятор не сел, и микрочип в полном порядке.

— Что толку от чипа? Без голоса владельца он все равно не будет работать. — Желтый ноготь Перараста ловко подцепил заднюю крышку прибора. — Чип можешь оставить себе. — Перараст вынул маленькую пластинку. — А за коммуникатор… так и быть, я дам… пятнадцать кредитов.

— Двадцать, — не согласился Джон.

— Это грабеж! — возмутился Перараст.

— Коммуникатор стоит полторы тысячи.

— Но только новый.

— Он почти новый.

Перараст на секунду задумался. Прибор в хорошем состоянии — это правда, и даже если Хаксли украл его, это не имеет значения. За такой коммуникатор можно выручить почти тысячу.

— Я так совсем разорюсь. — Перараст почесал пузо в том месте, где оно выпирало из — под майки. — Хорошо, двадцать, но вместе со всеми бутылками, что ты принес.

Хаксли ничего не оставалось, как согласиться. Получив деньги и зачем — то сунув микрочип от коммуникатора в карман, он покинул лавку «Нужных вещей».

Размышлять над тем, куда пойти после удачной сделки, Хаксли не требовалось. Он направился в знакомый бар, где за столиком, приютившимся возле дверей в туалет, можно выпить кружку — другую пива и не бояться, что тебя выгонят из — за запаха, исходящего от поношенного летного плаща.

Глава 9

Важный разговор

Капля холодного пота скатилась за шиворот Шафту Лиммару. Горло сдавила предательская судорога, стало трудно дышать. Чтобы перевести дух, Лиммар непослушной рукой с трудом ослабил узел галстука.

— Я знаю, кто это сделал, — сообщил он осипшим голосом. — Я уже отправил на поиски своих людей. Не волнуйтесь, скоро камень вновь будет у меня…

Изображение на экране видеофона слегка пошевелилось, и из динамика донесся низкий вкрадчивый голос:

— Я не волнуюсь. Волноваться нужно вам, дорогой коллега.

Рассмотреть собеседника не представлялось возможным: его фигура скрывалась в складках просторного халата из серебристой материи, похожей на ртуть, а голову покрывал капюшон, полностью прятавший лицо. Материя находилась в постоянном движении, словно ее со всех сторон обдували вентиляторы, и Лиммару иногда казалось, что он разговаривает с каплей живого металла.

— Если вы не выполните наши договоренности, коллега, мы будем весьма огорчены, — продолжил вкрадчивый голос.

Неприятный холодок пробежал по спине Лиммара.

— Я контролирую ситуацию, мистер Фариан. Не позже чем через два дня камень вновь будет у меня, — пообещал он.

— Мы готовы подождать два дня. Нам нужно «Око змеи». — Складки халата вздрогнули все разом, будто рябь пробежала по поверхности воды. — Не стоит напоминать, что, если вы разочаруете нас, коллега, достигнутые ранее договоренности аннулируются.

Лиммар уже не мог сдерживать дрожь, его зубы предательски застучали, но, к счастью, собеседник к этому моменту отключился. Экран видеофона погас. Антиквар в изнеможении откинулся на спинку кресла. Пожилому человеку вредны такие сильные переживания. Лиммар трясущейся рукой вынул пузырек с лекарством, открыл крышку и сунул в рот таблетку.

Если мистер Фариан собирается и дальше вести себя подобным образом, то Лиммару не дожить до церемонии. Но, чтобы начать новую жизнь в новом качестве, надо держаться. Он был сильным человеком, таким и остался. Старое тело не имеет значения — его дух силен. Если все получится, то путь, полный изнуряющей работы и жестоких унижений, закончится. Лиммар достигнет сияющей Истины, где законы не существуют и исполняются любые желания.

В дверь постучали.

Глава 10

«200» до Диртслума

Выходя из особняка Антонио Мацетти, Леонардо, не удержавшись, с силой хлопнул дверью, да так, что задребезжали стекла на первом этаже. Не оглядываясь, Леонардо сбежал по ступеням лестницы и, провожаемый недовольным взглядом привратника, направился в сторону остановки магнобусов.

Сказать, что Леонардо был разочарован, — ничего не сказать. Он был раздосадован, оскорблен — он был в бешенстве! Тщательно продуманный и виртуозно исполненный план провалился из — за трусости покупателя. Нет, Мацетти не настоящий коллекционер. Как ошибся он в этом человеке! Если бы Мацетти на самом деле желал овладеть уникальной вещью с планеты Эрцер–12, то его бы не остановили никакие муки ада. А так этот жалкий хорек при одном упоминании имени Шафта Лиммара от страха тут же испортил воздух.

Когда Мацетти звонил Шафту в офис, Леонардо подслушал телефонный разговор своего босса. Макаронник предлагал за артефакт сорок миллионов! Тогда он казался весьма убедительным, выпрашивая «Око змеи», словно наркоман дозу глюкогена. Сорок миллионов — гигантская сумма. Чтобы проиграть эдакое богатство в казино, Леонардо понадобился бы не один год — и то в случае тотального невезения. Впрочем, все мольбы Мацетти оказались лишь пустыми словами, а в итоге макаронник отказался заплатить даже какой — то жалкий миллион.

Ну ничего, Леонардо не из тех, кто сразу пасует при повышении ставок, он найдет того, кому инопланетный раритет дороже жизни, и заработает не один, а два миллиона. Да — именно два! — ставки растут. И необязательно искать покупателя в Плобитауне — в космосе достаточно планет с состоятельными людьми, способными заплатить хорошую цену. Уж кто — кто, а Леонардо это знает лучше других. Недаром он полгода работал администратором в антикварном магазине Шафта Лиммара. Тот же Даг Кракерт с Ледны жаждал приобрести уникальную вещь. Да и бывшему шефу сложнее выйти на след грабителя за сотни парсеков от Плобитауна. Нужно только убраться с Плобоя живым.