Александр Задорожный – Проклятое созвездие (страница 9)

— А конкретней? — растерялся Даркман.

— Куда конкретней, Боб. Я говорю о том, что в моих руках скоро будет самое мощное оружие в мире.

— Э-э-э, — выдавил из себя Боб Даркман.

— Это оружие будет только у меня, и все об этом узнают. — Впервые в глазах Фаризетти что-то изменилось, в их мертвой глубине вспыхнули дьявольские огоньки. Фаризетти улыбнулся. — Один только факт, что бомба в моих руках и находится на Плобое, позволит мне стать неприкасаемым. Я смогу гулять без охраны, и никто, заметь, никто не посмеет напасть на меня, потому что вместе со мной умрут все на планете. Страх — вот что движет миром. Боб, ты станешь мэром. Избиратели — это бараны, но даже бараны чувствуют, когда их ведут на бойню. Поэтому ты, Боб, поведешь их на лужок, не такой сочный и большой, как предлагают другие, но зато он будет находиться в стороне от бойни… За тебя проголосуют, потому что каждый для себя решит, лучше мэр, у которого приятельские отношения с владельцем ключа от «ворот смерти». — Фаризетти захотел сбросить с сигары пепел. Адольф услужливо протянул хозяину пепельницу, рука адвоката заметно дрожала. Фаризетти не переставал улыбаться. — Скоро все будут гордиться связью со мной.

Даркманом овладело неприятное чувство. Он еще плохо сознавал, что это было за ощущение, но холодок, пробегавший по спине, говорил Бобу, что это страх. Фаризетти оказался еще более страшным человеком, чем думал о нем раньше Боб.

Фаризетти перестал улыбаться.

— Ты согласен участвовать в выборах, Боб? — задал он прямой вопрос, на который ему нужен был прямой ответ.

Даркман внутри весь содрогнулся.

— Конечно, Лу. Нет проблем. — А что еще он мог ответить?

— Отлично, Боб, я знал, что ты не струсишь. Ты именно тот, кто мне нужен, — выказал удовлетворение Фаризетти. — А теперь слушай, что тебе предстоит сделать. На Открытую Биржу Свободного Труда скоро придет человек. Его зовут Пьер Хилдрет. Он будет искать пилота, готового лететь в созвездие Энвантинентnote 6. Не каждый согласится на это, но на бирже всегда можно найти отчаянного парня, поэтому я хочу, чтобы ты проконтролировал этот вопрос. Хилдрет должен нанять моего человека.

— Хорошо, я все понял, — ответил Даркман.

— Моего пилота зовут Ральф Гантер, он прибудет в Плобитаун завтра. Я подошлю его к тебе. Он молод и иногда ведет себя по-хамски, но он может себе это позволить. Так что, Боб, держи себя в руках с этим парнем. Кто этого не понял, сейчас кормит червей. — Фаризетти по-отечески заулыбался. — Ральф напоминает меня в молодости — стреляет по любому поводу, мерзавец. Ха-ха-ха! — Неожиданно оборвав смех, Фаризетти серьезным голосом продолжил: — Открой в банке счет на свою предвыборную кампанию, я переведу туда пару миллионов. Собери команду. И еще, Боб, приготовь хорошую речь. Я буду смотреть ее по телевизору, мне нравится, как ты говоришь…

Когда Боб Даркман выходил из особняка Луи Фернандо Фаризетти, у него было такое чувство, что он продал душу во второй раз…

Глава 5. СНОВА В ДЕЛЕ

Боб Даркман от Фаризетти поехал прямиком в центр Плобитауна на сотый этаж Бигхауса. Еще пробираясь по забитым летательными аппаратами воздушным линиям, Боб обзвонил всех, кто ему был нужен. И сейчас, когда он вошел в свой офис, люди уже собрались. За столом его кабинета сидели трое: Дюк Лайдер, Энроп Шальф и Бенедикт.

Дюк Лайдер — здоровый белобрысый детина с короткой стрижкой, одетый в черную майку с эмблемой Профсоюза докеров, армейские штаны и высокие ботинки. Дюк руководил «мобильной бригадой» профсоюза. Парни из этой бригады обычно занимались организацией акций протеста.

Энроп Шальф — невысокий, смуглолицый антаресец в мятом черном костюме. Энроп заведовал в профсоюзе финансами.

Бенедикт — постаревший и сгорбившийся, в старом, заношенном свитере, но все такой же упрямый и идейно подкованный.

Когда Боб Даркман вошел в кабинет, Бенедикт сидел в дальнем углу стола и с усмешкой читал лежащие на столе газеты. Энроп и Дюк разговаривали между собой. Как только Боб переступил порог, присутствующие прервали свои занятия и с любопытством уставились на Даркмана. У всех в глазах читался немой вопрос: зачем Боб позвал их? Энна — секретарша Даркмана, наверное, уже сообщила им, что босс поехал к Фаризетти, и теперь они ждали, какую новость он привез от «плобитаунского мясника».

— Мы снова в деле, товарищи! — объявил Боб.

Это сообщение присутствующие восприняли без особого энтузиазма. Ответом Бобу Даркману была полная тишина. Никто не знал, какое дело конкретно имеет в виду Боб. Если он приехал от Фаризетти, то и дело имело прямое отношение к «плобитаунскому мяснику». А раз так, то восторги в этом случае неуместны.

Даркман ожидал такой реакции от своих соратников. Прежде чем продолжить, он обошел стол и сел в кресло.

— Я сегодня, как вы, наверное, уже знаете, был у нашего спонсора. — Боб обвел всех многозначительным взглядом. — Там у меня состоялся очень важный и серьезный разговор.

— Боб, тут собрались не твои избиратели, — неприветливо проворчал Бенедикт. Он отложил в сторону газеты. — Поэтому говори прямо, что ты был у Фаризетти. Мы все знаем, что ты пляшешь под его дудку.

— Под его дудку, как ты выразился, Бенедикт, в нашем профсоюзе пляшут все, включая и тебя, — раздраженно заметил Боб. — Если бы не Фаризетти, у нас не было бы ни этого офиса, ни этого профсоюза. А у рабочих не было бы приличных окладов, и владельцы доков продолжали бы из них выжимать последние соки.

— Все это отговорки, Боб, — Бенедикт махнул рукой. — Когда мы только начинали, у нас была идея. Сейчас ее нет. Она умерла в тот самый момент, когда ты продался этому Фаризетти.

— Ладно, Бенедикт, помолчи, ты опять начинаешь уводить нас в сторону от насущных проблем.

— Как раз это самый важный вопрос: с кем мы, с мафией или с рабочими? На кого работает Профсоюз докеров?! — Бенедикт закашлялся от переполнявших его эмоций.

— Бенедикт, ты оторван от реалий сегодняшней жизни. Сейчас другое время, другие люди. И вообще, я вас собрал не для того, чтобы обсуждать теорию рабочего движения, — сказал Боб, прекращая начавшийся спор. — Поговорим лучше о деле.

— Идея умерла, — все равно произнес последнюю фразу Бенедикт, но на это никто не обратил внимания, и старик замолчал.

— Я собрал вас здесь, чтобы объявить, что вновь собираюсь выставить свою кандидатуру на пост мэра Плобитауна, — сказал Боб Даркман и обвел собравшихся взглядом.

Бенедикт криво усмехнулся, и Боб догадался, о чем подумал старик. Дюк Лайдер и Энроп Шальф подумали о том же, но не выказали своих эмоций так явно, как это сделал Бенедикт.

— Вы все думаете, что я уже баллотировался восемь лет назад и потерпел неудачу. — Боб откинулся на спинку кресла и расстегнул пуговицы пиджака. — Понимаю скепсис, написанный на ваших лицах. Но с тех пор прошло восемь лет, и сейчас в предвыборной гонке сложилась благоприятная ситуация: Герб Кримсон, нынешний мэр, в результате некрасивой истории сошел с дистанции; комиссар Хэнк и Леон Смайлз — работники силовых ведомств, они не пользуются популярностью среди избирателей. У меня есть реальные шансы на победу.

— Даже если всем известна твоя связь с Фаризетти? — ядовито заметил Бенедикт.

— Даже если всем известна моя связь с Фаризетти, — подтвердил Даркман.

Планы Лу Боб решил до конца не раскрывать товарищам по профсоюзу, пусть пока не знают про того джокера, который собирается пустить в игру их босс.

— Ну-ну, — с сарказмом произнес Бенедикт и закашлялся.

— Лично я не против, чтобы председатель нашего профсоюза баллотировался на пост мэра, — высказал свое мнение Энроп Шальф. — Но, как бухгалтер, я обязан спросить: кто будет финансировать эту кампанию? В кассе профсоюза денег и так мало.

— Деньги поступят от электората, — ответил Боб. — Для этого, Энроп, открой специальный счет в банке.

— Счет-то я открою, но, чтобы собрать пятьсот тысяч с избирателей, понадобится дней десять — не меньше, — заметил Энроп.

— Не волнуйся, деньги поступят сразу, — многозначительно кивнув головой, ответил Даркман.

— Вот о чем я и говорил, — забурчал из своего угла Бенедикт.

— Распределим обязанности, — не обращая внимания на ворчание старого товарища, продолжил Даркман. — Я беру на себя прессу и общение с избирателями. Энроп Шальф, будешь заниматься бумагами и кассой.

— Это понятно, — кивнул Энроп.

— Бенедикт, ты возьмешь на себя членов профсоюза.

— С какой стати? Я, возможно, вообще не буду за тебя голосовать.

— А для тебя, Дюк, — обратился Боб к начальнику «мобильной бригады», не обращая внимания на ворчание Бенедикта, — у меня особое задание. Завтра утром подойдет человек от Фаризетти. Его зовут Ральф Гантер. Отведешь его на биржу…

— На ОБСТ? — уточнил Дюк Лайдер.

— Именно, — подтвердил Боб. — Отведешь его на биржу. Кто там у нас есть из профсоюза?

— Пит и Лоренцо, — ответил Дюк. — Они там главные.

— Пусть окажут этому парню помощь. На бирже должен появиться некий Пьер Хилдрет, который будет искать себе пилота для полета в созвездие Энвантинент. Так вот, этот Хилдрет должен нанять не кого-нибудь, а именно Ральфа. Ясно?

— Куда яснее, босс, — ответил Дюк.

— Предупреди парней заранее.

— Сегодня же и предупрежу.

— Наш независимый профсоюз превратился в придаток мафии, — заворчал из своего угла Бенедикт и недовольно зашелестел газетой.