Александр Задорожный – Проклятое созвездие (страница 19)

Скайт тяжело вздохнул и перевел взгляд с окна на Пьера Хилдрета. Пьер был уже не молод. Для него семья действительно означала все. Если Скайт с Дерком откажутся, он найдет других пилотов, согласных рискнуть головой за миллион кредитов.

— Что тебе конкретно сказал тот человек? — спросил Скайт.

— Он дал мне точные координаты секретной базы в Энвантиненте, — ответил Пьер. — Именно на этой базе хранились бомбы Империи.

— Как мы проникнем на эту базу?

— Для меня это не составит труда. Не забывайте — я лучший.

— Хорошо, — согласился Скайт. — Мы летим. К тому же билеты на поезд уже куплены. Но у меня одно условие.

— Какое? — озабоченно поинтересовался Пьер.

— Мы возьмем только одну бомбу. Даже если там их будут тысячи.

— Без вопросов, — сразу согласился Пьер Хилдрет. — Это само собой разумеется.

Скайт какое-то время помолчал. В кафе они остались совершенно одни. Антаресцы встали и куда-то быстро ушли.

— Нужен другой космический корабль. Даркман, если он знает о цели экспедиции, нас не выпустит ни за какие деньги. Он скорее лично подложит в трюмы нашего звездолета наркотин, но не позволит забрать его со штрафной стоянки.

— Это точно, — согласился Дерк, — я бы поступил именно так.

— Мы можем взять звездолет в аренду, — предложил Пьер.

— Это хорошая мысль! — обрадованно воскликнул Дерк Улиткинс и от переполнявших его эмоций неуклюже взмахнул рукой, задев при этом чашку Уорнера. — Упс!

Остатки кофе с погашенными сигаретами выплеснулись Скайту на джинсы.

— Хорошая мысль, — мрачно согласился Скайт, стряхивая со штанов мокрые окурки. — Скоро наш поезд. Идите с Дерком на платформу, мне необходимо привести себя в порядок.

— Скайт, извини, я не нарочно, — виновато сказал Дерк.

— Бывает. — Скайт невозмутимо встал и направился к выходу искать туалет.

Прикрывая грязное мокрое пятно на джинсах, он прошел через большой пустынный зал вокзала к дверям в туалет. Его шаги эхом отдавались под высоким сводчатым потолком. Скайт вошел в помещение, отделанное белым кафелем, подошел к раковине и открыл воду. Взяв с лотка на стене несколько салфеток, он принялся оттирать кофейное пятно. С Дерком такое случалось часто, он постоянно что-то ронял, опрокидывал, ломал, и Скайт уже успел привыкнуть к этому. Пролитый кофе — это еще не самое страшное, что могло произойти. Один раз у Дерка в баре самопроизвольно выстрелил бластер. Хорошо еще, что тогда обошлось без жертв.

До слуха Скайта из дальнего угла туалета, где располагались кабинки, донеслась приглушенная речь с резкими выражениями. Уорнер посмотрел, что творится за его спиной, в отражение висящего напротив, прямо над умывальником зеркала. Двое антаресцев, тех самых, которые недавно сидели в кафе, прижав к стене какого-то парня, ждали, когда Скайт закончит умываться.

«Интересно, — подумал Скайт, тщательно вытирая пятно на джинсах, — что у них, нож или пистолет? Скорее всего, нож или опасная бритва — на простого человека вид лезвия действует сильнее, чем ствол пистолета». Он смял использованные салфетки и бросил их в урну под умывальником. Посмотрелся в зеркало. На джинсах осталось большое мокрое пятно, но это было лучше, чем грязь из сигаретного пепла и кофе.

— О чем идет разговор?! — закрывая кран, громко поинтересовался Скайт.

Антаресцы, плотно прижав парня к стене, молчали. Скайт повернулся к ним лицом.

— Какая-то у вас молчаливая компания, — заметил он. — Может, парень что-нибудь скажет?

— Иди, как шел, — с сильным акцентом произнес один из антаресцев, что держал парню правую руку. — Меньше знать будешь, дольше жить станешь.

Скайт посмотрел в глаза парню, которого держали бандиты. Ему было лет шестнадцать. У бедняги от страха тряслась нижняя челюсть, лицо побледнело, а в глазах читался неподдельный ужас.

— Ты хочешь сказать, что я мало знаю? — спросил Скайт у антаресца и расстегнул кобуру бластера. Этого оказалось достаточно. Бандиты сразу отпустили парня. Один из них сложил и убрал в карман опасную бритву.

— Нет, земляк, такого сказать я не мог, — притворно заулыбавшись, произнес антаресец, по-видимому, главный. — Как можно! Ты что! Я сразу вижу уважаемого человека. Мы с братом воды попить зашли, поговорить с людьми, там. Да?

— Да, — подтвердил его напарник.

— Поговорили? — спросил Скайт суровым голосом.

— Поговорили, — насторожившись, ответил главный.

— Воды попили?

— Попили.

— Тогда идите отсюда.

Антаресцы, больше не сказав ни слова, пошли прочь.

— Да! — окликнул их у самого выхода Скайт. — Найдите себе работу!

Зло зыркнув на него, антаресцы вышли вон из туалета.

— Спасибо вам, — дрожащим голосом поблагодарил парень, когда бандиты исчезли из виду. — Я думал, что они меня прирежут. Как я могу вас отблагодарить?

— Возможно, потом и ты кому-то сделаешь доброе дело, — ответил Скайт, застегивая кобуру. — Сейчас иди, а то опоздаешь на поезд.

— Спасибо, — еще раз поблагодарил парень и побежал на платформу.

По громкоговорителю приятный женский голос сообщил, что до отправления поезда на Грейфикс осталось две минуты. Дерк оглядел пустую платформу. Скайта нигде не было видно.

— Ну где его черт носит?! — нетерпеливо воскликнул Дерк Улиткинс и нервно откинул в сторону истлевший до самого фильтра окурок сигареты.

Внутри вагона голос машиниста-робота информировал пассажиров о правилах поведения в поездах и о сумме штрафа за нарушение каждого пункта этих правил. Его информация прерывалась частыми рекламными вставками:

— В поездах Плобитаунской скоростной магнитной дороги (ПСМД) запрещается распитие спиртных напитков в любом другом месте, кроме вагона-ресторана, — штраф пятьдесят кредитов… «Черный Саймон» — почувствуй себя большим человеком!.. Вы можете приобрести «Черный Саймон» в любом вагоне-ресторане Плобитаунской скоростной магнитной дороги… За курение в вагонах поезда ПСМД, кроме вагона-ресторана, — штраф пятьдесят кредитов… Сигареты «Спейс» — свобода выбора!.. Вы можете приобрести сигареты «Спейс» — официального спонсора пятьсот первых круговых гонок на космических болидах — в любом вагоне-ресторане ПСМД. Цены умеренные…

— Дерк! — окликнул из дверей вагона Пьер. — Скайт еще не появился?

— Нет.

— До Грейфикса наш поезд проследует без остановок, — говорил робот-машинист запрограммированный текст. — Время в пути — два часа сорок минут. Помните, магнитная дорога — объект повышенной опасности. В этом году на ПСМД уже пострадало тысяча девятьсот девяносто восемь человек. Соблюдайте правила поведения в поездах ПСМД… «Я люблю риск. Я люблю приключения и опасности. Мне преодолеть их помогает печенье „Крэке“. Печенье „Крэке“ заряжает меня силой и энергией на целый день»… Помните, мгновенно остановить поезд невозможно. Двери поезда работают в автоматическом режиме.

— Граждане пассажиры, с третьего пути отправляется поезд на Грейфикс, — объявил женский голос из громкоговорителя на вокзале.

— Скайт опоздал! — встревоженно вскрикнул Пьер Хилдрет.

— Успеет, — неуверенно возразил Дерк, оглядывая пустой перрон, а сам подумал, что Уорнер, кажется, действительно опоздал.

Как раз в этот момент стеклянные двери вокзала открылись, и из них вышел Скайт. Спокойным шагом он проследовал к вагону поезда.

— Быстрее, Скайт! Мы уже отправляемся! — крикнул Дерк, поторапливая друга, и поставил ногу между дверей, чтобы они не закрылись.

Но Скайт шел не спеша.

— Граждане пассажиры, наш поезд отправляется, — сообщил голос робота-машиниста. — Осторожно, двери закрываются.

С последней фразой Скайт заскочил в вагон. Дерк убрал ногу. Двери зашипели, но не закрылись.

— Не держите двери… Не держите двери… Не держите двери… — стал повторять механический голос из динамика над головой.

Скайт выглянул на перрон. К поезду бежали несколько человек. Из дверей последнего вагона высовывался еще один мужчина и махал им рукой, чтобы те поторопились. Наконец мужчины добежали до поезда и заскочили внутрь. Двери закрылись. Поезд плавно поднялся на магнитной подушке и медленно стал набирать скорость. Мимо поползли строения вокзала, перрон, освещенный яркими лампами. Затем перрон резко оборвался, и за окнами открылась панорама ночного города с множеством разноцветных огней, отбрасывающих причудливые пятна на стекле защитной трубы, в которой двигался поезд.

— Ты чего медлил, чуть не опоздал? — спросил Дерк у Скайта.

— Действительно, — поддержал Дерка Пьер. — Мы перенервничали.

— Поспешишь — людей насмешишь. — ответил на упреки компаньонов Скайт. — Мужчина должен успевать, не спеша.

Через раздвижные двери тамбура компаньоны прошли в вагон и уселись на мягких креслах. В ночных поездах пассажиров было всегда мало. В этом вагоне помимо компаньонов ехало человек пять, в остальных же народу было и того меньше.

За окнами плыла панорама ночного Плобитауна. Поезд, петляя между небоскребами, проползая под автострадами и ныряя в тоннели, целенаправленно пробирался к окраинам. Городские здания постепенно становились ниже. Защитная стеклянная труба кончилась. Монорельсовая дорога забралась на высокую эстакаду, проложенную в десяти метрах над поверхностью земли на бетонных столбах. Поезд увеличил скорость, и теперь, когда состав проходил через тоннель или вплотную к стене какого-нибудь здания, за окнами шумел ветер. Стали попадаться обширные, погруженные в темноту парковые массивы с освещенными лишь центральными аллеями.