Александр Задорожный – Дни оружия (страница 9)
— Я совершенно не хотел ставить тебя в идиотское положение.
— Но ведь поставил же?!
— Так получилось. Извини.
— Как был эгоистом, так эгоистом и остался… На черта тебе понадобилось изменять маршрут?! Не вижу в этом никакой логики!
— Так быстрее.
— Что «так быстрее»?
— Так мы быстрее долетим до Доминанты. Посуди сам, — продолжил Дерк, — зачем огибать Галактику, когда можно срезать пару сотен парсеков? В этом случае «Триумф» прибудет в Унук-Эльхайю на целых два дня раньше намеченного срока.
— И что нам это даст?
— Быстрее станем миллионерами. У нас появится больше времени, чтобы изучить конъюнктуру рынка, посоветоваться со знающими людьми, подумать, как подороже продать звездолет. В противном случае мы прилетели бы впритык к моменту открытия выставки. Осмотреться просто не останется времени.
— Допустим, ты прав. Но все равно, необходимо было посовещаться, прежде чем самовольно менять курс.
— Согласен. Я извинился.
— Черт, Дерк, ведь дорога через Хвост Хамелеона крайне опасна. После войны в радиусе тысяч световых лет не осталось планет, где можно заправиться или починить корабль в случае возникновения неисправности!
— Горючего на борту с избытком. Хватит, чтобы добраться до Доминанты. Звездолет в полном порядке. Я решил — можно рискнуть. Дело того стоит.
— Даже контрабандисты перестали пользоваться этими путями. Перк Волтерз говорил, что уже много лет не отваживается летать маршрутами, ведущими сквозь туманность…
— Старина Волтерз, — воскликнул Дерк, перебивая Скайта, — нашел, о ком вспомнить! У Перка всегда в голове недоставало мозгов! Иначе он не дал бы упрятать себя на пять лет в федеральную тюрьму за попытку провоза нелицензированной партии кофе.
— Допустим…
— И главное, Скайт, существует еще один момент.
— Слушаю.
— Посуди, на предстоящем аукционе продажа «Триумфа» вызвала настоящую сенсацию среди коллекционеров и журналистов. Так?
— Ну, так.
— Звездолет официально объявлен «Лотом № 1». Так?
— Именно.
— Нашего появления с нетерпением ждут…
— Правильно. Поэтому мы и не имеем права излишне рисковать, пускаясь в сомнительные авантюры.
— Все это верно. Но теперь представь себе внезапное появление «Триумфа» на два дня раньше срока: мы выходим из корабля, вокруг толпятся представители прессы, вспышки фотоаппаратов. Я даже предвижу заголовки газет: «Триумф» устроил новую сенсацию!»…
— Логично, — пробормотал Скайт Уорнер. Мысль о журналистах пришлась ему по душе.
— У нижних ступенек трапа стоит сам Бен Клаймер. В руке у ведущего программы «Глобальных новостей» черно-красный микрофон: «Мы совсем не ожидали увидеть „Триумф“ так скоро, джентльмены. Как вам удалось добраться до Доминанты в столь короткий срок? Неужели королевская яхта действительно настолько быстра?». Тут, Скайт, вперед выходишь ты…
— Угу. Хорошо. — Идея с интервью для телевидения захватила воображение Скайта Уорнера. Он уже представлял себя стоящим перед камерами: бластер легендарной модели «Дум-Тум» низко пристегнут к широкому ремню с медной пряжкой, летная куртка небрежно о расстегнута на груди, освежающий ветерок треплет непокорную прядь волос…
— И здесь ты говоришь: «Триумф» — самый быстроходный корабль в Галактике!».
— Наш звездолет действительно очень быстр. Один из самых скоростных…
— Нет, Скайт, ты меня не понял. Необходимо четко соблюдать правила игры. В рекламном бизнесе не существует полутонов. Поэтому не «один из самых скоростных», а «САМЫЙ быстроходный».
— Хорошо, Дерк, ты меня убедил. Именно так и скажу. Но, если говорить честно, мы так быстро прилетим не из-за скорости звездолета, а потому, что сократим расстояние!
— А кто об этом будет знать?
— Никто.
— Именно… Потом Бен спрашивает: «А чем вы, джентльмены, думаете заняться после продажи такого замечательного звездолета? Нашим уважаемым телезрителям будет любопытно это узнать!». И тут выхожу я: «Транснациональная межгалактическая корпорация грузоперевозок Дерка Улиткинса и Скайта Уорнера. Быстро! Надежно! Безопасно! И в срок!». Согласись, будет здорово. Нас увидят миллиарды телезрителей. Лучшей рекламы для фирмы нельзя и придумать! К тому же совершенно бесплатной. Можно прямо сейчас вычеркнуть из будущего бюджета корпорации статью о рекламных расходах. По крайней мере, на первое время. Так как тебе идейка, друг?
Нужно сказать, «идейка» все больше и больше нравилась Скайту. Последние аргументы Улиткинса оказались очень убедительными.
— Что ж… Мысль неплоха… — примирительно произнес Скайт Уорнер. — Только, Дерк, больше не принимай самовольных решений. Ведь совсем не трудно согласовать их, как это сделали сейчас. В конце концов, мы одна команда.
— Без вариантов. Просто я думал — ты не согласишься изменить маршрут… Скажу честно, мне было чертовски неловко перед тобой….
— Ладно. С кем не бывает. Ведь не возвращаться же нам назад?
— Возвращаться — плохая примета.
— Точно.
— Пойду вздремну часок—другой, — сказал Дерк, поднимаясь с кресла, — до моей вахты еще целых пять часов… Заодно полью фикус.
Скайт остался один и стал смотреть, как в экране визуального обзора навстречу «Триумфу» несутся звезды. Он размышлял о будущем бизнесе.
Глава 5
На главном экране, являющемся одновременно и многофункциональным дисплеем, возникло изображение звезды четвертой величины и круглого шарика планеты Моногхал, чуть сплюснутого у полюсов. Рядом высветились диаграммы с цифрами. Система DB-970 находилась прямо по курсу следования звездолета «Триумф». По мере приближения к планете на экране стали отчетливо проступать очертания материков и континентов. Сидящий за пультом управления Скайт Уорнер даже смог различить огромную шапку льда, покрывающую полюс.
Ослепительные лучи звезды DB-970 проникали в циркулирующие навстречу друг другу слои атмосферы и окрашивали поверхность планеты серебристо-розовыми тонами. Казалось, что этот мир состоит из полос: светлых в районе экватора и более темных у полюсов. Звездолет снизил скорость.
Чем ближе корабль подходил к Моногхалу, тем больше вокруг появлялось астероидов. Выхваченные из космоса мощным гравитационным полем каменные глыбы притягивались к поверхности планеты, словно к большому магниту. Медленно проплывающие в черноте космоса безжизненные обломки напоминали огромные металлические капли, застывшие в самых причудливых формах.
— Скайт, я принес кофе. — В рубку управления ввалился Дерк Улиткинс.
Вахта Уорнера закончилась. Это было предпоследнее дежурство на борту «Триумфа». Завтра они прилетят на Доминанту.
— Спасибо за кофе, друг.
— Где мы сейчас находимся? — спросил Дерк, развалившись в кресле.
— В восьмом галактическом секторе. Звездолет движется в направлении пеленга 3-11. Если нас не задержат в пути какие-нибудь обстоятельства, завтра будем пить кактусовую водку.
— «Демониус»note 7? Скорее бы. Чертовски надоела эта эрзац-бурда, — сказал Улиткинс, с отвращением глядя в пластиковый стаканчик, где плескалась бурая жидкость. — Кстати, я ведь приготовил завтрак. Если поспешишь, тебе не придется разогревать еду в микроволновке.
— Что за кормежка сегодня?
— Пюре из картофельного порошка быстрого приготовления и зеленый горошек «Цикломат».
— Не стоило брать с собой в путь «Цикломат», — буркнул Скайт Уорнер, — всем известно, что продукты этой фирмы делаются из нефти.
— Ну, тут я не согласен. «По особым технологиям» — именно так написано на упаковке.
— «Цикломат» так «Цикломат». Сейчас уже несущественно, по каким технологиям делают пищу для космонавтов, — вдруг странным тоном произнес Скайт. С озабоченным выражением лица он внимательно всматривался в какую-то точку на экране визуального обзора. — Похоже, у нас появилась проблема.
— Что ты имеешь в виду? — От неожиданности Улиткинс даже привстал с кресла…
«Проблема» предстала в виде боевого спутника-мины серии FGX-15. Ее цилиндрический корпус покрывали бурые пятна коррозии. На обшарпанном фюзеляже смутно проступала полустершаяся белая имперская корона. Старый военный спутник вылетел из-за массивного астероида, словно, таясь долгие годы в засаде, специально поджидал там свою жертву.
Во времена прошедшей межзвездной войны пилоты прозвали эти мины «стрекозами». FGX-15 и впрямь походила на стрекозу из-за расположенных в верхней части корпуса солнечных батарей, напоминающих крылья насекомого.
Между торчащими во все стороны усами антенн в передней части мины-убийцы неподвижно застыли две матовые линзы детекторов визуального наблюдения.
Скайт с Дерком, затаив дыхание, замерли в напряженном ожидании. Сейчас друзей мучил только один вопрос: что происходит в электронных «мозгах» «стрекозы-убийцы»? Кто знает, может, уничтоженные эрозией схемы и провода много лет не пропускали ни единого электрического импульса? А может, в эти самые секунды под стальной обшивкой корпуса идут сложные процессы по переработке потока информации о типе, тоннаже и принадлежности данного звездолета к тому или иному военному лагерю…
— Ха! Да этот металлолом запустили в космос не менее двадцати лет назад! Мина так же опасна, как старая консервная банка! — воскликнул Дерк. — Ведь правда, Скайт? — без особой уверенности в голосе добавил он.
До злополучного астероида, где друзья обнаружили старый спутник-мину, осталось каких-то три четверти астраляnote 8…