Александр Забусов – Войти в ту же реку (страница 48)
– Кто?
– Освобожденный секретарь парткома Института полковник Пигузов. Насколько помню, завербован ЦРУ в семьдесят шестом, разоблачен и будет расстрелян в восемьдесят шестом. Сейчас спецслужбы противника имеют доступ ко всем личным данным слушателей.
– Т-твою ж мать!
– А я о чем?
Генерал справился с навалившейся информацией. Глаза как у волка, хищные и пронзительные. Такой точно загрызть может.
– Еще кто?
– Ну-у, ты спросил! Всех не упомню, но…
– Ты кем по той жизни был?
– А тебе не сказали?
– Нет.
– Твоим коллегой из смежного ведомства. ГРУ ГШ.
– Значит, многое должен помнить.
Каретников вздохнул, приводя мысли на нужный лад.
– Ты как, записывать или запоминать будешь.
– Пока послушаю, а там поработаем с тобой.
– Ну, слушай.
Закрыл глаза, вспоминал, перебирая в памяти оперативные сводки, выжимки, аналитику, монотонно заговорил:
– Владимир Ипполитович Ветров, подполковник ПГУ КГБ.
– Ветров?
Понятно, что даже подозрения в адрес такого человека во многом невозможны, и именно это позволяло некоторое время заниматься подрывной деятельностью. Истоки предательства стоит искать во Франции, куда его отправили с целью научно-технической разведки. Он должен был искать ученых, которые лояльны к СССР, и выведывать о новых разработках. Фактически он связался с ученым Жаком Прево, но не знал, что тот сотрудничал со спецслужбами Франции. Так что сам Ветров оказался в поле интересов.
А объектом он был интересным, учитывая его любовь к роскоши, а также спиртным напиткам. Вскоре он каким-то образом разбивает служебный автомобиль и просит Прево о помощи, дабы власти не узнали. Тот соглашается и считает, что теперь-то Ветров, что называется, «в кармане». Однако машину починили, но срок командировки Ветрова подошел к концу, и воспользоваться тем, что он теперь в долгу, спецслужбы Франции не сумели.
После этого Ветрова отправляют в Канаду, где он смог себя полностью скомпрометировать. Очевидно, это было связано с пристрастием к алкоголю, дорогим вещам и машинам, или же он допустил какую-то другую ошибку.
В общем, его оставили в Союзе, причем на достаточно серьезной должности. В его задачи входил анализ научно-технической информации, которая поступала из-за рубежа. Ведь был у человека опыт, вот и решили использовать, но контролировать.
В восемьдесят первом году ему надоела такая скучная жизнь, и он решается пойти на сделку с французской разведкой. Находит представителя французской фирмы «Шлюмберже» и через него тайно передает письмо к Жаку Прево. Там уже значится то, что он согласен, за определенную плату, передавать секретные сведения.
Понятное дело, что французы пошли на сделку, и таким образом осуществлялась контрразведка, причем не только во Франции, но и во многих странах мира. В общей сложности, в прошлой жизни Каретникова, Ветров передал спецслужбам около четырех тысяч секретных документов, включая списки агентов СССР, которые работали под видом «дипломатов» по всему миру.
Затем Ветров полностью раскрыл схему работы научно-технической разведки СССР. И назвал семьдесят имен, которые являлись источниками для советской разведки в разных странах мира, то есть иностранные агенты СССР, а также сдал четыреста пятьдесят сотрудников разведки СССР.
После предоставленной информации большая часть людей, которая значилась в списках, была выслана из этих стран. В период деятельности как агента Франции Ветрова так и не раскрыли. Произошел странный инцидент: Ветров в своей машине с любовницей пил шампанское, а ему в лобовое стекло постучал сотрудник КГБ. Что он ему сказал, понять сложно, однако Ветров его зарезал ножом. Такой вот был человек.
– Задержат его сразу, а затем осудят на пятнадцать лет с лишением воинского звания и наград. Спустя два года выяснится, что господин Ветров был сотрудником западных спецслужб. Утечка информации. В итоге его дело переквалифицируют в «Измену Родине», и уже на новом судебном заседании приговорят к смертной казни, – закончил повествование по фигуранту Каретников.
– Дальше.
– Да-альше. Дальше подполковник внешней разведки Морозов. Примерно сейчас работает в Италии… Полковник внешней разведки Ощенко. В семидесятых работал в Англии, а с восемьдесят пятого выедет во Францию. Он должен будет вернуться в Москву в девяносто втором году, но исчезнет вместе с семьей, попросит политического убежища в Англии. По его наводке арестуют ваших троих крупных разведчиков КГБ во Франции. Также из Парижа вышлют четырех дипломатов. Ну и в Англии арестуют нескольких агентов… Шеймов – офицер шифровальщик, этим все сказано. В восемьдесят пятом сбежит на Запад… Офицер ПГУ Кузичкин… Макаров… Воронцов… Сотрудник внешней контрразведки Юрченко. Резидент в Италии. Выйдет на контакт с сотрудниками ЦРУ в Риме. Те переправят его в США.
– Вот Юрченко не трожь! – вздыбился собеседник.
– Ясно. Значит, правда, что готовите и проведете операцию по прикрытию агента Эймса, а то мы все больше по слухам анализ проводили.
– Прикуси язык.
– Понял, не дурак!..
Закончили разговор, когда из-за промежутка оконных штор глядела на них ночная темнота.
– Ого! Двенадцатый час ночи. Сейчас тебя все же покормят и спать определят, а мне еще в Москву ехать. Значит так, завтра после обеда жду тебя в этом же кабинете. Забияке скажу, чтоб особо не светил тебя на территории…
Новая встреча с товарищем генералом состоялась, вот только на лице Белоярового боярина Михаил смог прочесть раздражение. Значит, не смог коллега найти общий язык с начальством, поэтому был не в духах. Спросил:
– Что, все так плохо?
Структура центрального аппарата внешней разведки включала в себя, прежде всего, руководство управления, начальника ПГУ КГБ СССР, его зама по географическим регионам – по Американскому континенту, Европе, Азии, Ближнему Востоку, и коллегию ПГУ КГБ. Имелись также административно-технические подразделения – секретариат, отдел кадров, управления, линейные, то есть географические отделы и службы.
Со своей «болью» Аксенов и пошел с утра к начальнику управления внешней контрразведки КГБ. Ссылаясь на достоверные источники, доложил ему расклад по имеющейся информации на сегодняшний день, включая ту, что в ближайшем окружении председателя КГБ Юрия Владимировича Андропова действует агент одной из западных разведок, который располагает возможностями проводить кадровые перестановки в КГБ на довольно высоком уровне. ЦРУ крайне заинтересовано в том, чтобы использовать «крота» для продвижения своей агентуры в подразделениях КГБ на руководящие должности.
– Ну и?
– Сказал, что источник готов предпринять усилия к тому, чтобы получить через имеющиеся у него каналы дополнительные данные, которые позволили бы установить и разоблачить этого агента. Выслушав, Калугин пообещал по этому вопросу связаться с заместителем начальника внешней разведки, курирующим работу по Северной Америке. Перед обедом меня снова вызвали на беседу, и генерал устроил настоящую выволочку. Мол, на пустом месте поднимаю панику. «Объяснил политику», в окружении председателя нет и не может быть «крота».
– Калугин, говоришь?
– Да.
– Олега Даниловича Калугина осенью этого года переведут в Питер, тьфу ты запамятовал, в Ленинград, на работу заместителем начальника управления КГБ по Ленинграду и Ленинградской области. А это, как ты понимаешь, понижение в должности. В восемьдесят седьмом он окажется в резерве Комитета. В восемьдесят девятом – на пенсию. В две тысячи втором, на основании подтвержденных фактов, по приговору Мосгорсуда Олег Калугин будет лишен звания генерал-майора и всех государственных наград. Мосгорсуд признает бывшего генерала КГБ Калугина виновным в госизмене и приговорит его к пятнадцати годам лишения свободы в колонии строгого режима. Только ведь с девяносто пятого года Калугин будет припеваючи проживать в США. А в две тысячи третьем получит американское гражданство.
– Боже, куда мир катится?.. Михаил, ты иди пока. Вон, хоть с Забиякой можешь пообщаться, а то он в толк не возьмет, почему у меня к тебе такой интерес возник. Вот и развей какой-нибудь байкой его смутные подозрения. Мне подумать нужно.
– Николай, мне бы вечером домой позвонить?
– Позвонишь…
Генерал ПГУ КГБ Аксенов не смог бы стать тем, кем был, если бы не являлся перевертышем. Вторая жизнь, как новая кожа у змеи после «линьки», захватила его с потрохами, заставила ценить ее, но в то же время и испытывать здоровый кураж, напополам с риском. Боярин даже в первой своей жизни был смелым человеком, способным принимать решения и нести за них ответственность. Вторая жизнь пошла не по прежней стезе офицера-пограничника, а, вильнув хвостом, бросила его на штурм новых рубежей. Род Аксы всегда был мощным, многолюдным, ну и, естественно, пользовался уважением в своей, незаметной простым смертным, среде. Направили, дали толчок.
Молодой офицер, пройдя годичное обучение в разведывательной школе, был командирован на работу в Пакистан под дипломатическим прикрытием. Важность Пакистана для разведки в то время определялась участием этой страны в военно-политических блоках СЕНТО и СЕАТО, теснейшими связями с США, конфликтными отношениями с соседней Индией и сближением с Китаем. Чрезвычайный интерес представляла и многочисленная американская колония в Индии – военные советники, дипломаты, разведчики, журналисты. Приобретение источников в американских объектах было важнейшей задачей всех зарубежных резидентур КГБ, и в этом контексте Пакистану отводилось далеко не последнее место.