Александр Забусов – Рекрут (страница 2)

- Саша, папы и мамы больше нет.

Освободив руку, ладонью погладил шёлк волос на её голове, прошептал в ушко, оказавшееся рядом с его губами:

- Я все знаю, родная.

Сам от себя таких слов не ожидал. Смутился. Хорошо, никто не заметил.

Именно после этих слов, сказанных шёпотом, новоявленная сестра сразу как-то успокоилась, взяла себя в руки. Заметила пришедшую молодую женщину. Освободилась из объятий брата, встала на ноги. Чуть присела в положенном приветствии:

- Крёстная!

Баронесса обняла её.

- Здравствуй Аннушка. – Спросила. – Алексей где?

- Алёша спит. Устал.

- А ты?

- Я звук подъехавшей машины услышала, в окно увидела, что это вы.

Баронесса, окинув холодным взглядом прислугу и вычленив из десятка душ нужного человека, задала вопрос пожилой даме, тоже одетой в траур:

- Из приезжих в доме кто есть?

Старая приживалка, дальняя родственница Стрешневых, вопрос поняла правильно. Сообщила:

- После обеда Шелковские приехали, потом Мамаевы.

Услыхав ответ, Анна Яковлевна Шерер именно Сергею адресовала следующую фразу, с ощутимым сарказмом прозвучавшую из её уст:

- Слетается, вороньё! Мечтают о том, что хоть какие-то крохи со стола перепадут.

- Мне всё равно. – Буркнул Сергей.

Проявив в голосе металл, поправила подчинённого, до конца не осознавшего действительного положения дел:

- Ты наследник рода и титула. Во всяком случае, до совершеннолетия Алексея. Если так рассуждать, что о тебе подумают?

- Мне безразлично, что обо мне будут думать любые напыщенные индюки. Мне вообще всё безразлично.

- Не теми категориями мыслишь. Честь семьи тебя нисколько не трогает? Ты не забыл, что Анне ещё выходить замуж.

- Вот уж кто может вовсе не беспокоиться, так это Анна. Насколько я знаю, за ней имеется богатое приданное. – Напомнив смысл завещания, рукой прижал сестру к своему боку, улыбнувшись ей, подмигнул глазом. - Любой возьмет замуж без колебаний. Но замуж она выйдёт за того, кого полюбит. Сестрёнка, я тебе это обещаю.

Баронесса поморщилась.

- Александр, не хами! – перевела взгляд на приживалку, стоявшую чуть впереди притихшей прислуги. – Раиса Викторовна, завтра похороны. Потрудитесь уложить Анну спать и пусть мне комнату приготовят. У вас переночую. Александр Дмитриевич заночует в своей.

- Будет исполнено, ваша милость…

Следующий день для всех прошёл нелегко. А каким он мог быть? Атмосфера утраты наложила печать даже на Рязанцева, в настоящей натуре никаким боком не относившегося к семейству Стрешневых. Может потому, что явственно почувствовал обузу двух несовершеннолетних на своих плечах?

После отпевания и кладбища, вернулись в дом. Родни у графов оказалось много, а ещё друзья и сослуживцы. Из канцелярии Его Императорского Величества прислали соболезнования. На поминках, как на приёме, помимо родни собрался цвет дворянского общества. Голицыны, Шуваловы, Потоцкие, Трубецкие… Для Рязанцева все они слились в череду лиц, которых он не старался запомнить. С большим трудом дотянул, когда все разъезжаться стали. Мероприятие не из приятных. Кажется, на полигоне у Лутони легче было! А вот ночью почему-то заснуть не мог. Всё думал, анализировал, сопоставлял. А ещё Лилла!.. Вернее, мысли о ней.

На грани сна и яви пригрезилось или всё же приснилось, как Сергей берёт её за руку, и по тропинкам южного леса у подножья горы, ведёт на берег реки. Смотрит в смеющиеся глаза, пальцами руки в сторону убирает локон волос. Рядом шумит река. Лилла, что-то говорит ему, но шум реки заглушает её голос, и Сергей по губам пытается прочитать сказанные слова. Кажется она говорит, что любит его, что сильно соскучилась. Возле горной реки прохладно. Ветерок, сквозняком спускается с горы, но Сергею так тепло, тихо и спокойно в объятиях любимой…

Завтракали поздно, в гробовом молчании. Патронесса сидела за столом напротив Рязанцева, но была не слишком разговорчива. Как раз это его не напрягало. Напрягало присутствие многочисленной родни, судя по всему решившей погостить в Москве, раз уж представилась оказия, и состояние детей. Особенно Алёшки. Как его расшевелить? Не книжки же ему читать? Что делать, Сергей не знал.

При взгляде на восьмилетнего Алексея, предложил:

- А не прогуляться ли нам по городу?

Ход с его стороны оказался правильным…

Москва сама по себе здорово отличалась от Москвы его родного Мира. Чем? Сергей не сразу понял. Но всё же до него дошло. Она была странной… Очень широкой, одновременно душевной и знатной. По рассказам баронессы, после смены династии, из Петербурга, с его сухостью, узостью и европейской мелочностью, в Москву перекочевал бюрократический сегмент чиновного аппарата, а вместе с ним в течение десятка лет перебралась основная часть петербургской аристократии. Славные вековые боярские роды, было дело, попытались нагнуть выскочек, но не получилось, а там и война с Германией приспела. Не до того стало. Общая победа примирила если не всех, то многих.

Прогуливаясь по Новинскому бульвару, Рязанцеву на ум пришлось высказывание Куприна, что мол, воздух в первопрестольной совсем иной, чем петербургский: куда крепче, ядрёнее, легче, хмельнее и свободнее. Не осознано носом втянул воздух, а после того, как поняв, что сделал, попытался сравнить с оценкой писателя.

Усмехнулся над самим собой:

«Ну и где он легче? Где ядрёней и хмельнее? Воздух, как воздух. Разве что, загазованности меньше. С транспортом здесь явно скромнее, а ещё небоскрёбами пока что и не пахнет. Не провинция, но и не столица из его эпохи»…

Планета РХ-1175.12, Земля, реальность № 704. Британское посольство. Кабинет второго помощника посла в Российской Империи, сэра Гая Линдси баронета Гира

Когда сэру Гаю сказали, что к нему на приём просится человек, назвавшийся Сайфером, он немедленно отдал приказ проводить гостя в его кабинет. Уже через пять минут после общих приветствий, сидели в креслах у журнального столика, мелкими глотками потребляя дорогой виски из тяжёлых стаканов.

Знали друг друга не так давно, но понимали, что обоюдно нуждаются в сотрудничестве. Сайфер для второго помощника посла личность загадочная, но… Враг моего врага, может быть моим другом. Хотя бы на время, пока интересы совпадают.

Сэр Гай ещё при первых контактах в другой стране, отметил то, что господин Сайфер смертельно опасен, и его появление, как правило совпадает с убийствами и самоубийствами сильных Мира сего. Почему так происходит, трудно сказать, а вот его постоянное присутствие в каком-то одном месте, кажется, привлекает других людей, питающих ненависть к России и… к русским. Только ли? Кажется, партнёр вообще ненавидит людей, но на территории Российской Империи такое знакомство сэра Гая более чем устраивает.

Так чем же Сайфер порадует его на этот раз?

- …От вас мне не помешает некоторое содействие. – Сделав глоток и чуть поморщившись, произнёс гость.

- Какого рода? – заинтересовался англичанин.

- Дипломатическое прикрытие. У вас, насколько мне известно, в пригородах столицы имеется закрытая территория, на которой на время можно разместить десяток сторонников демократии, находящихся на нелегальном положении.

Обдумал услышанное. Согласился не сразу, своим молчанием пытаясь узнать больше сказанного, и не ошибся. Партнёр приоткрыл карты:

- Видите ли, друг мой, затеянная мной многоходовая комбинация, предполагает вывод из строя высокопоставленного лица, способного изменить расстановку сил не только в этой стране, но и на планете.

Однако! Сказано более чем прямолинейно. С чего бы этот человек может довериться по такому вопросу?

- Хм! Даже так?

- Да. Ни больше, ни меньше. Процесс запущен и к возврату поворота не будет. Могу лишь утверждать, что результат операции скажется не завтра. Его следует подождать несколько месяцев, вплоть до года.

- Ускорить не получится?

- Нет. Операция выполняется пошагово, с привлечением лиц, которые даже не предполагают, что задействованы в ней. На данном этапе подбираются силы недовольных внутренней политикой в государстве, накапливаются средства и финансы, выясняется, кто в окружении царской семьи негласно работает на спецслужбы.

- Они все работают!

- Глупости.

-Прошу прощение за то, что повысил тон. Кто-то из древних говорил, что в споре рождается истина.

Гость осклабился, не соглашаясь с предложенной аксиомой, внёс поправку:

- Это заблуждение. В споре может родиться только неприятие, а то и ненависть. Истина рождается в умной и доброй беседе. Понимаю, что при вашей профессии нельзя быть слишком доверчивым, но и зашкаливание амбиций тоже недопустимо. Так, что? Мне можно считать вопрос решённым и, что когда к вам обратятся от моего имени, вы предоставите «крышу»?

- Хотелось бы обо всём поподробней узнать? – жестом руки без слов попытался объяснить, что над ним стоят фигуры, от которых многое зависит.

Собеседник жест понял, но на объяснения не повёлся.

- В своё время узнаете. Когда всё произойдёт, думаю, ваше правительство будет довольно лично вами. А если сможете подсуетиться на нужном именно вам участке работы, то возможность повышения персонального статуса, уверяю, гарантировано состоится.

Сэр Гай на самом деле даже не догадывался, с кем дело имеет, с кем сейчас разговаривает, пытаясь выведать подробности спланированной этим человеком операции. Мистер Сайфер явно не сам по себе. Чувствуется, что за его спиной маячит организация. Предположил: