Александр Забусов – Феникс (страница 13)

Шагнув на проезжую часть, протиснулась между машинами и уже краем глаза углядела навязчивую парочку знакомцев. Быстро же они за ней… Одеты совсем по-иному, и на лицах очки темные. Спешат, наискосок бульвара расстояние сокращают.

Побежала, понимая, что спастись можно, только если опередит их. Забежав в подъезд, снова чиркнула воздух перед собой, а в прорехе холод и темнота. Сейчас…

Темнота никак не хотела впустить ее к себе. Когда через стеклянную дверь заметила тех двоих, напрягшись, спиной провалилась в темную черноту непонятного пространства, тут же превратившись в маленькую искорку, лишившись астрального тела. Будь что будет! Потянулась по пустоте, полетела по слепку маркера места силы, едва ощутимого и такого далекого… Как вырвалась в свою реальность, сама не поняла, только знала, что появился тот, кто ей нужен, тот кто мог помочь. Он рядом, он здесь, вот на этой лесной поляне, будто на ладони, представшей перед ней.

Люди спали крепким сном, а вот сознание человека, заинтересовавшего ее, бодрствовало. Попробовала проникнуть в него, заставить действовать по своей подсказке и тут же получила отпор. Невероятно! Сознание простого смертного выбросило ее прочь. Как быть? И нужен ли ей такой? Слепок ауры пугал. Перед ней предстал хладнокровный убийца. Нет, не маньяк, не человек, испытывавший от своего деяния плотское удовлетворение. Его сущность убийцы возведена в профессию, сродни ее сущности колдуньи. Они оба явно не подарки для человечества, но такие, какие есть, а значит, годны для этого мира. Как же с ним быть?..

…На эту поляну они вышли уже в сумерках. Дождь кончился, но люди вымотались капитально. Каретников хотел это место стороной обойти, уж слишком оно походило на геопатогенную зону, да и сам лес ему не нравился, на заброшенный городской парк похож, со множеством нахоженных тропинок, только ведь люди чуть ли от усталости не валятся. Ну, ничего! Стерпится! Сегодня отоспятся, а завтра поднимет их ни свет ни заря, бог даст, к своим пробьются. Зато в примыкавшем к поляне распадке криница имеется. Распорядился:

— Лейтенант, места определи, два поста охраны выставь. Бойцам поесть и спать.

С первой же темнотой лагерь будто вымер. Каретников прикрыл глаза, но заснуть так и не смог. Теперь, когда появилась возможность в тишине осмыслить сделанные шаги по новому лабиринту, мысль снова соскочила на земляков и их появление в этом времени. Выходит, не только волхвы Бусова колена способны со временем шутки шутить. Есть! Есть люди, обладающие таким умением, и у других народов. Это ж надо было умудриться попасть такому самородку под раздачу! Как там старлей рассказывал?.. Выехали взводом на зачистку кишлака в горном Бадахшане, ну и не слишком уважительно отнеслись к старому деду, хозяину примыкавшей к скале хибары. Когда малость поприжали, старый перец и «поплыл», жестом указал схрон за саманной перегородкой хлипкого строения. Стенку проломили, а за ней нора, прямо в скалу уходит. Молодые!.. Показалось, фарт пошел, мол, это они удачно зашли и кое-кого за бороду ухватили. Сунулись втроем в «пещеру Аладдина» и прямиком в сорок первый год загремели. Как? Сами толком не поняли. Добрый дедушка их до дембеля на Родину спровадил, живыми и здоровыми… Ну, а для Каретникова ясно прорисовался вывод из афганской одиссеи попаданцев. Если возможен вход, то однозначно можно найти и выход назад. Только вопрос — нужно ли ему все это.

При таких мыслях какой сон? Поворочавшись, поднялся. Пошел проверить несение службы часовыми. Удивился. Как сурки оба спали. Растормошить так и не сумел. Ты их хоть ногами пинай — словно тряпичные куклы лежат, только что сопят.

Вот оно! Ведь не хотел же…

Цепляясь где ногой, где рукой за корневища, спустился к кринице, умыл лицо. На самого слабость валится, но перебороть ее может. Вот почему даже птицы тут не гнездятся. Дед говорил, по ночам в таких местах по-настоящему страшно. Мол, можно услыхать странные, будто с того света, звуки, да и вообще, увидеть нечто загадочное.

Хотел было подняться, лагерь-то кому-то охранять нужно, да только до ушей долетел шелест слов, будто бы ручей с ним разговор затеял.

«Помоги!»

Может, все же воспаленное воображение с ним шутки шутит? Нет.

«Убийца. Ты ближе всех к нам. Помоги!»

Почему убийца? Что за…

Глядя в темную «чашу» криницы, будто в глаза собеседнику, спросил:

— Кто о помощи просит?

«Чайалэ».

— Цыгане?

«Да».

Твою ж дивизию! Снова цыгане нарисовались. Им что, здесь медом намазано? С раздражением в голосе, непонятно к кому обращаясь, задал вопрос:

— Что нужно?

«Черный человек задержал табор. Считает, что мы животные, не люди. Утром убивать поведут. Убийца, помоги!»

Что он должен осознать под понятием «черный человек». Негр, что ли? Откуда здесь негры?

— Почему ты называешь меня убийцей?

«Слепок твоей ауры соответствует такому понятию… Нет, скорее тебя нужно назвать палачом. Да! Так вернее будет. Помоги!»

— Много вас?

«Весь наш род».

— Табор прихватили, что ли?

«Да».

— Один справлюсь?

«Не знаю».

— Мои все спят, не добудиться.

«Место такое. Сами виноваты, что здесь остановились. Местные его стороной обходят. Вынеси человека с поляны, он проснется, только больше одного забрать не получится».

— Как вас найти?

«Смотри».

Прямо над криницей, из ниоткуда возникла искорка, повисла в метре от его лица. Протянул руку, она отплыла от него.

«Иди за мной».

Поднялся наверх, по пути пришел к мысли, что ему потребуется пулеметчик. Гавриков или Вавилов? Скорее Спицу брать придется, с его MG-34, самое то будет.

Взвалив десантника на плечо, вынес с поляны, как бревно сбросил у тропы, тем самым разбудив молодца.

— Жди здесь, — распорядился без лишних объяснений.

Снова сходил в лагерь, принес оружие обоих…

В ночное время контуры населенного пункта выказывали его размер. Для восприятия Каретникова он тянет на поселок городского типа, только с поправкой на местное время. Смыкания окраины с лесом не было, потому как сразу перед опушкой находилось поле, перебравшись через которое уперлись в речушку, вот как раз на крутых берегах ее в призрачном свете луны и проявились отчетливо первые постройки. Как и большинство украинских городков, этот тоже весь утопал в зелени, только по темноте она глянулась темной массой и сейчас скрывала разрушения жилых кварталов от бомбардировок и прошедших не так давно боев.

Искорка, на которую всю дорогу ориентировался Михаил, потянулась вправо, заскользила вдоль берега речки. Пришлось и им последовать тем же путем. То, что шли по натоптанной тропе, хоронясь за стеной камыша, позволило заблаговременно заметить костер и три тени, сидя расположившиеся при его круге. Почему они находились здесь, стало понятно сразу. Мост. Тройка бравых вояк сторожила мост, а заодно под треск дерева в огне костра вела неспешный разговор.

Подходы к сторожам открыты, незаметно не подойдешь. Скорее всего, камыши еще до начала войны подрезали, тем самым оголив пространство для нормальной видимости. Хотя… Каретников прикинул вариант. Вся тройка сидела лицом к горевшему огню, а значит, глаз замылен и в темноте видеть они ничего толком не могут. Обстановку воспринимают на слух. Это не профессионалы.

Положил на траву у ног уже привычный карабин, туда же сбросил с головы пилотку и сбрую с двумя ТТ в кобурах. Пятерней мазнул по лицу влажной грязью, подхваченной ладонью у самого берега. Выпрямившись, обернулся за спину, где напарник, поставив на приклад свою тяжелую ношу, не проронив лишнего слова, тоже наблюдал за сторожами, отдал приказ:

— Спица, будь здесь, пока рукой не махну, жди. Да, и одолжи мне свой нож.

— Сами справитесь, товарищ лейтенант?..

Заботливый! Вдох-выдох, вдох-выдох… Кузьмич в привычку вдолбил, оказывается, это существенно повышает чувствительность и остроту зрения. А в темноте важное значение имеет внимание диверсанта, нельзя отвлекаться никакими посторонними мыслями, действиями, внимание исключительно на объект.

— Все. Пошел.

Генка, на время оставив свой пулемет, приник к прицелу карабина, с интересом наблюдая за происходящим. Очень удивился, когда командир без всякого шума будто растворился в темноте. В обычной обстановке шум даже тихих шагов люди различают метров за тридцать, а тут… раз, и человек в полном смысле исчез. Это ж где так учат?..

По тому, что вверх от костра вдруг сыпанул рой искорок, понял, что дров подкинули.

…Не торопится командир. Да и где он? Может, с подветренной стороны зайти решил? Правильно. Странный он человек. По виду моложе всех в отряде выглядит, а на поверку, как старый, умудренный жизнью, в нем не раз битый волчара проглядывает, вроде того мудака, который их троих из Афгана сюда законопатил…

Напряженное зрение различило лишь мелькнувшую на фоне отсвета костра тень у самых контуров фигур сторожей. Организм почувствовал прилив крови и желание поучаствовать в самой процедуре снятия караульных. Сна ни в одном глазу, усталости — ноль, кипучая жажда деятельности на пике подъема.

Наконец-то! Заметил, как на сторону отвалилось пятно одной из сидевших теней. Такое же пятно резко пошло вверх, наверное, человек попытался вскочить на ноги, да не смог, тоже свалился. А дальше… дальше почти не слышимый уху шум борьбы у костра. Спица сорвался с места. Несмотря на приказ, решил помочь товарищу.