Александр Юдин – Журнал «Парус» 78, 2019 г. (страница 6)

Умной рыбы – речных дураков,

Где рыбацким сачком

Только мойрам махать не с руки,

И несёт тухлячком

От Большой человечьей реки;

6

Впрочем, дух еще жив

И, терпя баснословный урон,

Тянет чудный мотив,

Что когда и за краем времён

Соловьи запоют

И сирень зацветёт навсегда,

Страшным будет не суд,

Страшной будет ненужность суда!

7

Что ещё вам сказать,

Чем ещё вас, друзья, удивить,

Или кузькину мать

Мы не можем, как Кузька, любить,

Чтоб не в игры играть,

А, трезвея надеждой скупой,

Не по-детски страдать,

Если мамка зашилась с судьбой?

СООБРАЖАЯ НА ТРОИХ…

фреска

Соображая на троих

под тёрном, яблоней и вишней,

здесь каждый счастлив, как жених,

как гость бесценный, вечер с лишним

и рассуждает, и поёт,

и улыбается, и мыслит,

и облегчённых душ полёт,

что кислород под маркой “Priestley”*!

Среди падений и разрух,

при щедрой власти Каганата,

их тосты, скромные на слух,

невольно жгут меня, как брата.

И вот, случайный человек,

какой-то трезвенник-прохожий,

я – мученик библиотек, —

взгляд на седьмой, пью с ними тоже.

Увы! статистика страшна

(тут не двурушничать пора б уж):

великолепная страна

споткнулась о Великий шабаш;

под страшно давящим крестом

на горько пьющих, с их сердцами, —

не социальным ли вином

становятся они же сами?

А впрочем, духом ободрясь,

откроюсь в чём поинтересней:

всю эту пагубную страсть,

не пачканную в фарисействе,

казнящую любую спесь,

печаль кидающую за борт,

не променял бы я на весь

благополучно трезвый Запад.

Что молвить: «Не соображай!..», —

а может, завтра, вышней волей,

к последней жатве урожай

на диво будет в русском поле,

и примет всё река одна

кристальная в Четвёртом Риме,

всё, разделенное сполна

когда-то этими троими.