Александр Яйков – Проклятье одиночества (страница 34)

Поутру, когда только-только начало светать, я уже поднялся в воздух и двигаясь на предельно низкой высоте, чтобы тратить как можно меньше энергии, полетел в сторону озера. Всего полчаса и вот мне уже удалось добраться до нужного места и тут уже пришлось взлететь повыше, чтобы, вооружившись биноклем осмотреть всю округу на наличие людей. Которых тут оказалось довольно немало. Да и обустроились они неплохо, настроив множество примитивных жилищ и каких-то сараев. В довольно большом загоне паслись какие-то крупные незнакомые мне птицы с сильно обрезанными крыльями. Мне со своей высоты удалось даже приметить несколько лошадей и коз. И такой неожиданно хороший прогресс даже удивлял. В Кишалоне, конечно же не без моей помощи, уже начали разводить в неволе пойманных кабанов и зайцев, да и наловленные в немалом количестве мелкие перепёлки усердно снабжали людей яйцами, но увидеть что-то подобное на другом конце нашей погибшей страны было… крайне удивительно.

Зависнув на одном месте, я довольно долго рассматривал суетящихся внизу и кажется заметивших меня людей, но, как бы не сосредотачивался, так и не смог заметить ни одного шеледа. Было уже понятно что безумный ящер защитил от изменения только меня одного, но моя надежда всё равно не угасала, заставляя и дальше смотреть вниз, веря в какое-то чудо. Которое так и не случилось. Лишь люди махали мне руками, пытаясь привлечь внимание владельца летательного аппарата и позвать его к себе, но мне были глубоко безразличны их потуги, так как говорить нам было попросту не о чем. Эта полуголая стая насчитывающая около тысячи особей не могла сообщить или дать мне хоть что-то интересное. Поэтому, изучив всё в подробностях и узнав что хотел, я больше не стал задерживаться на месте и полетел прямо над рекой, распугивая наглых птиц и высматривая другие поселения по обоим берегам.

И одно таковое нашлось. Всего на несколько десятков разумных и довольно отдалённое от основного, но тут тоже имелся небольшой загон с крупными птицами. А ещё я заметил несколько сетей и одинокого рыбака с плохенькой удочкой. Молодой парень смотрел на глисаду с широко открытым от удивления ртом, когда я подлетел поближе чтобы осмотреть скрытое за деревьями поселение. Ну а когда он начал что-то кричать, а на шум принялись выбегать другие люди… Я решил что и тут нет смысла задерживаться, после чего плавным маневром отдалился от берега и устремился дальше вниз по реке. Только вот, даже преодолев почти пять десятков километров и исследовав все мелкие ответвления этой реки, других осколков жизни в округе так и не нашёл. И лишь уверившись в том, что в дальнейших поисках нет никакого смысла, приземлился прямо посреди какого-то поля. Проверил вновь опустевший на целых восемь процентов накопитель и, запустив пассивное заполнение, принялся наносить на карту заметки по двум найденным поселениям. И даже про неизвестных птиц упомянул, почему-то думая что это как-то поможет в будущем моим людям из Кишалона.

— Моим людям… Как же это глупо звучит… — поймав себя на этой мысли, я неожиданно громко рассмеялся, скорее не веселясь, а просто выплёскивая через хохот всё накопившееся за последнее время напряжение и сбрасывая с себя оковы ненужных сомнений.

Сомнений в том, нужно ли мне вообще возвращаться домой или нет.

— Я обязан быть рядом с женой и дочкой, чтобы помогать им и защищать их — заявил с напускной уверенностью, почему-то глядя на пролетающего мимо шмеля и не давая отчёта кому именно и почему обязан. А затем, стараясь не думать ни о чём и более не сомневаться в своём решении, кинул сложенную карту на заднее сиденье и мысленной командой заставил глисаду ввинтиться в небо на предельную высоту. А затем направил её в сторону такого далёкого и родного города — Има, Ева. Ждите меня. Я скоро вернусь.

Глава 29

По пути назад сомнения конечно же вернулись и появилось стойкое желание где-нибудь задержаться, но я был твёрд и не позволил слабости прервать мой путь. Поэтому остановился лишь раз чтобы заполнить накопитель и поспать, а потом опять летел без посадок, при чём даже ночью. Так как иной летательный транспорт сейчас отсутствовал, шанс столкнуться был только с птицами, поэтому можно было двигаться на пределе скорости не боясь сбиться с пути и корректируя направление утром по солнцу. Поэтому добраться до Кишалона получилось очень быстро. Как по мне… даже слишком быстро.

Всего пять полных дней и вот я уже зависаю высоко над бывшей окраиной города, ставшей сейчас его центром, и размышляю куда бы сперва зайти, к главе поселения или сразу домой. Ииии… на этот раз всё же поддавшись желанию потянуть немного время, выбрал первый вариант. На таком расстоянии было сложно понять что там происходит внизу, поэтому пришлось немало удивиться когда, завершив стремительный вираж снижения, глисада опустилась возле полуразрушенного дома. При чём это случилось не из-за нехватки энергии, так как я наполнил накопители практически во всех оставшихся жилыми домах. Да и само здание несло следы физического воздействия, а не давления времени. Люди не могли изливать в информационное пространство свои эмоции, но я всё равно смог почувствовать ярость вложенную в некоторые удары, приведшие дом в столь печальное состояние. А хуже всего в этом зрелище было то, что от входа и дальше по залитой бетонопластом земле протянулся длинный кровавый след волочения тел. И это даже слишком явственно говорило о том, что власть в моём городе сменилась. Очевидно, насильственным путём и отъёмом жизни у прошлого главы. И это мне конечно же не понравилось, так как с ним мы уже нормально сработались. Да и… на земле осталось три полосы волочения, а это значило лишь то, что за ним последовали и жена с дочкой. И это уже меня не просто расстроило, а откровенно разозлило.

Понимая что с новым главой людского поселения могут возникнуть проблемы, я взял с заднего сиденья лайзер и карту, после чего, выпрыгнув из глисады, мысленным приказом заставил её взлететь на десяток метров вверх и зависнуть на одном месте. И лишь после этого, в последний раз осмотрев побитый чужой яростью дом, пошел прямо по кровавому следу, при этом не спеша убирать оружие за спину. Новые правители города уже показали свою агрессивность, так что мне стоило их опасаться как крупных диких животных, способных на любую глупость. Да и встречающиеся по пути люди смотрели на меня как-то растерянно, будто менее чем за пять месяцев позабыв о существовании шеледов, без постоянного напоминания в моём лице. Растерянно и… опасливо, будто боясь что я обязательно сделаю им что-то плохое.

Когда решил подойти к одной слабо знакомой женщине, работавшей когда-то на сортировке травы, она почему-то испытала явственный страх и даже отшатнулась назад, прижавшись к стене какого-то сарая и замерев, словно смертельно напуганный заяц. Приближаться ближе и пытаться расспрашивать её конечно же не стал, понимая что в этом нет никакого смысла и, отступив на пару шагов, просто продолжил свой путь домой. По пути из зданий выбиралось всё больше людей, будто бы желая посмотреть на меня как на какого-то редкого и опасного зверя. А ещё от них начинал доноситься явственный, но неразборчивый шепот обсуждений. И понимая что все они сейчас говорят обо мне… Я в очередной раз пожалел о том что решил вернуться обратно… С печалью понимая что в любом случае прилетел бы сюда из-за Ими и Евы.

Хотя, сильнее всего меня ранили не опасливые взгляды и остающийся позади шепоток, а довольно громкие и прямолинейные слова пока не ведающих о существовании морали детей. «Монстр» говорили они глядя мне в след, а родители с большим запозданием затыкали их грязные рты руками или сильными ударами по головам. Ну а я просто шёл дальше… скрипя от злости зубами и ненавидя этот безумный мир. Да, если бы по улице шел тот самый ящер, будучи одним из людей, я наверное реагировал на подомное вторжение также, с сильной опаской и злостью. Вот только меня сейчас куда сильнее злили не слова или реакции… А то, что эти мягкотелые слабые твари менее чем за пять лет забыли о том что совсем недавно были такими же шеледами.

«Как же коротка… Как же коротка людская память. Возможно этот сгусток серой жижи ущербен и работает куда хуже обычной искры разума? Иных вариантов у меня попросту нет» — пришел я к неутешительному выводу об умственных способностях новой расы. А затем мысленной командой отключил предохранитель на своём оружии. Чем дольше находился в своём родном городе, тем отчётливее понимал, что без боя уже не обойтись.

Видимо кто-то побежал вперёд и уже успел предупредить новых властителей поселения о моём приходе, так как на подходе к дому меня встретила целая толпа вооруженных мужиков, примерно в пол сотни пустых голов. Все они были вооружены примитивным оружием, от отвратных по качеству мечей и дубин, до самодельных луков и просто увесистых камней в руках — они явно готовились к сражению и были настроены воинственно, даже несмотря на то что с моей стороны не случилось ни одного агрессивного действия. Вероятно они чувствовали во мне врага лишь потому что мы теперь принадлежали к разным расам. Наверное этого примитивным людям теперь было достаточно.