Александр Яманов – Рок-звезда Советского Союза (страница 12)

Подойдя к хмурому мужичку, читающему сложенную газету, я поинтересовался.

— Доброе утро! Не подскажите, мне надо переоформить на себя платёжные поручения. Это в бухгалтерию или к инспекторам?

Товарищ оторвался от прессы и поднял на меня выцветшие глаза, защищённые очками в некрасивой оправе.

— Здесь все стоят в четвёртый кабинет. Там сидят инспектора, они финансами тоже занимаются, — произнёс он хриплым голосом, обдав меня неприятным запахом изо рта. — Занимай очередь, я крайний.

Зубы у собеседника предсказуемо оказались жёлтыми с чёрными вкраплениями. Брр!

— А спросить можно?

— Не советую, — ухмыльнулся мужик, кивнув на двух насторожившихся тёток.

М-да! Дамочки среднего возраста в похожих сарафанах смотрели на меня, как на врага народа. Они явно приготовились к атаке, словно львицы, увидевшие больную антилопу. Ну на фиг!

— Тогда я за вами, — говорю мужику, с трудом сдерживающему улыбку.

Встав так, чтобы не попадать под его дыхание, являющееся формой химического оружия, я начал расспрос. Дядька оказался нормальным и, скорее всего, скучал. Поэтому с энтузиазмом просветил неофита, незнакомого с лабиринтами советской бюрократии.

Володя, так звали соседа по несчастью, жил в посёлке «Правда», что в двух остановках на электричке от меня. Работал на фабрике ёлочных игрушек, сейчас в отпуске. Вот и решил заняться делами. Чего-то у него со счётчиком.

Оказывается, приём посетителей происходит в этом отнорке. А технические службы с остальным персоналом располагаются с другой стороны здания или на втором этаже. Принимают народ сразу четыре инспектора, просто сегодня работают двое. Что сильно замедляет продвижение очереди.

Узнав, что я недавно дембельнулся, мужик подобрел и убрал «Труд» в тряпичную и явно самодельную сумку с короткими ручками. Его даже не пришлось особо расспрашивать, он выложил мне все подводные рифы, так как сам их обходил не раз.

— В Райгазе дело поставлено лучше всего. У них всё чётко, три кабинета, в коридоре есть стулья. Посетителей хватает. Сейчас ведь сезон, многие проводят газ. Однако большой очереди и бардака нет. В Водоканале похуже, но терпимо. Только там как попадёшь. Иногда бывает людей тьма, и один инспектор принимает. А здесь просто ужас! Три дня настраивался, чтобы приехать. Ещё и не дозвониться! То занято, то трубку не снимают. У меня же простой вопрос, тем более уже вызывал один раз мастера.

Тётки слушали Володю внимательно, но не перебивали. Лишь одна периодически кивала, отчего тряслись все три её подбородка. Бедняга! Наверное, тяжко в такой духоте. Даже я начал потихоньку потеть, хотя с утра провёл полноценную тренировку. Во мне и жидкости сейчас нет, кроме чашки чая. А эти тяжеловесы стояли уже мокрые, вытираясь носовыми платками.

Тем временем сосед закончил свой рассказ, а за мной очередь заняли ещё два человека — мужчина и женщина средних лет.

— Ты куришь? — спросил Владимир, и после моего отрицательного жеста произнёс: — Тогда скажешь, что перед тобой занимали? Хотя вряд ли очередь сильно сдвинется.

Киваю в ответ, прислоняюсь к стене, стараясь абстрагироваться от происходящего и не нервничать. Надо было купить газету в киоске, чтобы не скучать. Инерция мышления, привык, что с собой всегда мобильник, где можно читать или смотреть новости.

Мужик появился минут через пять, принеся с собой жёсткий запах табака. Чего он курит? Самосад? Хотя есть такие марки, как «Прима» без фильтра. Жуть! У нас в армии парни курили «Памир», он ещё хуже. Один сослуживец с Кузбасса утверждал, что есть сигареты «Шахтёрские», мол, они ядрёнее. Куда уж дальше? Хотя есть ещё папиросы, там вообще мрак. Меня даже от запаха их дыма мутит.

Тем временем очередь сдвинулась на полтора метра, практически добравшись до двери, за которой располагалась приёмная с нужным кабинетом. На самом деле прошло всего минут пятнадцать, как я зашёл, и в обратном направлении уже проследовала пятёрка счастливых граждан. Просто обстановка давила, сразу нахлынули смутные воспоминания из прошлого. Ничего особенного, всего лишь лёгкое раздражение.

Тут произошёл забавный инцидент, вызвавший оживление очереди и заставивший меня отвлечься от невесёлых мыслей.

В проходе появился невысокий мужик средних лет, щеголявший новыми джинсами и импортной рубашкой. Он не стал интересоваться, кто последний, и попытался пройти в приёмную. Но путь ему перегородила та самая монументальная дама с тремя подбородками и истекающая потом:

— Гражданин, вы куда? Конец очереди там, — мадам указала в нужном направлении пальцем, похожим на сосиску и опасно обвитым обручальным кольцом.

Тут мужик совершил ошибку, причём двойную:

— Мне просто спросить, — произнёс он с нотками неуверенности в голосе.

Очередь всколыхнулась как единый организм. Даже с виду спокойный Володя вдруг преисполнился пролетарской ненависти к махинатору. Свою роль сыграли дорогие шмотки и этакий налёт уверенности хозяина жизни. Даже я, обладая скудными знаниями Ника, сразу понял, что перед нами, скорее всего, работник сферы услуг. Такие люди обычно нужны в условиях дефицита или скудного выбора. Они всегда помогут — за отдельную плату, конечно. Одновременно простые граждане эту публику недолюбливают, понимая, что те используют своё положение для личного обогащения.

— Здесь всем спросить! — громко поддержала тётку её более мелкая и худая товарка. — В прошлый раз зашёл один такой и пропал минут на двадцать! Как раз моя очередь подходила, а потом обед! Пришлось лишний час стоять!

Из приёмной раздался одобрительный гул. Мужик растерял всю уверенность, но сделал попытку проскочить:

— Вы не понимаете, мне действительно спросить. Плёвое дело, надо узнать по квитанции…

В ответ раздался уже возмущённый гул, заставивший модного дяденьку ретироваться. Он занял очередь после парня в шортах, затем сообщил, что покурит и не уходит. Народ ещё долго возмущённо обменивался мнениями о всяких наглецах и блатных.

Через какое-то время очередь снова оживилась.

— Пришла наконец! Третья! Сейчас процесс пойдёт! — раздались довольные голоса тёток.

Насколько я понял, теперь будут работать три инспектора. И это замечательно! Несмотря на недавнее развлечение, ожидание утомляло.

Далее процесс действительно пошёл, и минут через десять я оказался в большой приёмную с двумя дверьми. На одной висел номер «3» и табличка с каким-то текстом. Мне же была нужна дверь номер «4», вокруг которой толпились страждущие.

Очередь чем-то напоминала дышащий и потный организм. Такие у меня появились ассоциации при внимательном рассмотрении ожидающих. Наверное, из-за духоты и смеси запахов, где превалировали пот и дешёвый одеколон. Духами этот аромат не назовёшь. Контингент тоже оказался специфическим.

Женщины разного возраста с бумажными папками или целлофановыми пакетами, куда сложили документы и расчётные книжки. Несколько мужиков простоватого вида типа Володи. Возраст в основном 50+, оттого и специфический внешний вид. Выглядели люди по-разному. Кто-то одет неплохо, другие похуже. У некоторых тёток на голове высокие причёски. «С шиньонами», — подсказала память Ника. И не одной девицы, дабы отдохнул глаз, а на сердце стало легче. Зато некоторые дамы несказанно поразили. В худшую сторону.

Я сначала подумал, что у стоящей напротив женщины колготки с рисунком. Подобные мне пока не встречались. Но потом вместе со сгустком желчи, подступившим к горлу, пришло понимание. Меня чуть не вывернуло! Это же волосы! Причём не только у этой, но и ещё как минимум у трёх тёток! Давненько мне не попадались волосатые женские ноги. Жуть и тоска!

Немного успокоившись, продолжил разглядывать собравшихся. В глаза сразу бросились неухоженные ногти на руках и ногах, растрескавшиеся пятки. А у двух бабок — весьма неопрятные причёски. Ведь лето на дворе. Почему не привести себя в порядок? Или зачем надевать открытую обувь и платья до колен? Пожалейте окружающих!

Ладно, сделаем скидку на контингент. Всё-таки основная часть граждан сейчас работает, молодёжь на каникулах, а здесь собрались люди старшего возраста и пенсионеры. Не нужно искать во всём негатив. Пока я вижу больше плюсов от своего переноса из будущего, чем минусов.

Наконец в дверь нырнул Володя, а буквально через три минуты оттуда вышла улыбающаяся старушка. Пришла моя очередь! Мысленно помолившись, чтобы документы оказались в порядке, переступил заветный порог.

Внутри оказалась привычная контора. Четыре заваленных папками и журналами стола, за которыми сидели женщины средних лет. Вернее, одно рабочее место пустовало. На подоконнике стоял металлический вентилятор, шумно гоняющий воздух. У стен шкафы с документами, также отдельный стол для машинки и тумбочка с чайником. Всё обыденно. На стульях перед дамами пристроились посетители. Из-за небольшого размера помещения в нём стоит тихий гам.

Здороваюсь и подхожу к фигуристой мадам в сарафане на бретельках, позволяющих увидеть её роскошные стати. «Размер четвёртый», — прикидываю мысленно, опускаясь на стул. Стараясь не смотреть на грудь и красивые плечи, достаю папку с паспортом и объясняю ситуацию. Выслушав меня, инспектор кивнула, тряхнув крашеной каштановой шевелюрой, и наклонилась к шкафу. Силой воли заставляю себя не отводить взгляд от ручки и журнала, лежащих на столе. Чую, что мой новый организм окончательно оправился от отравления и требует сбросить напряжение. Пока девушки у меня нет, придётся прибегнуть к способу Адриано Челентано и вечером нарубить дров. Вернее, допились яблоню. А ещё как бы не случился конфуз, кровь-то прилила не только к голове. Хорошо, что на мне джинсовые шорты. У них ткань плотная, если что — не заметят, да и папочкой прикроюсь. Однако мадам шикарная!