Александр Яманов – Режиссер Советского Союза 4 (страница 28)

Шутки ради предложил Светочке, на презентации, изобразить из себя классическую стерву — эдакую строгую даму в очках и строгом костюме, обязательно с зализанными волосами. Уж излишне она похожа на западную кинозвезду. Военные любят строгость, и должны клюнуть на подобный образ. Капитонова послала меня очень далеко, но идею воплотила. Не знаю, что она там изобразила, но министр обороны теперь горит идеей создания передачи. А на одну манипуляторшу, похоже, запало более молодое поколение защитников советского отечества.

Всё это быстро проносится в голове. Но я не забыл про ещё двух защитников. О чём и спросил Месяцева.

— Алексей, у нас через неделю запланирован круглый стол. Ты сам так его назвал. Кто же просто так разрешит запускать в эфир «Международную панораму»? Товарищ Громыко концепцию передачи полностью одобрил, но есть много вопросов. В первую очередь у отдела идеологии, второго международного отдела ЦК, ряда главных редакторов центральных газет и журналистов-международников. Надеюсь, ты опять не уедешь за границу, оставив отдуваться Светлану Андреевну?

Да! Здесь я заварил такую кашу, что без пол-литра не разберёшь. Идея создания «Международной панорамы» давно витала у советских телевизионщиков. И тут влезаю я со своим предложением сделать передачу совершенно иного формата. Естественно, начинаются прения, которые доходят до ЦК и МИДа. Там запросили оба варианта программы. Мне кажется, что наша группа придумала более интересную подачу, чем конкуренты. Те, как принято в это время, решили пойти своим путём, то есть в обход и по минному полю. Основными рубриками коллеги решили сделать: обзор важнейших политических и экономических событий недели, борьба трудящихся за свои права, безработица и расизм, национально-освободительные движения, международная безопасность и культура.

С первым пунктом я полностью согласен. Меня смущает только подача материала, которую придумали оппоненты. Далее, нафига советскому зрителю заострять внимание на проблемах именно негров? Ну и как безопасность связана с культурой? Тем более что последнюю мы уже освещаем и очень качественно. Ещё встал вопрос по ведущему. Моё личное мнение, что человек, появляющийся на ТВ, не должен иметь отталкивающую внешность и проблемы с дикцией. Смазливые дуры и гламурные пидорасы тоже никому не нужны. Но работник телевидения обязан быть симпатичным. Для передачи подобного формата ещё необходимо образование, знание темы и вообще общий кругозор. Так что ситуация сильно осложняется.

Вот и нашла коса на камень. Дело в том, что МИДу и части редакторов понравился наш вариант. Идеологи и ведомство товарища Русакова, с примкнувшими к ним ретроградами, заняли весьма агрессивную позицию. В итоге решили провести встречу, где каждая сторона должна обосновать свою точку зрения.

Блин, если бы я что-то понимал в международной политике этого времени! Опять вся надежда на Светочку, которая нашла нескольких консультантов по многим вопросам.

Если же брать саму передачу, то она не должна идти в формате стандартной советской пропаганды. Я уверен в одном, что об оппоненте надо говорить правду. Другой вопрос, как её преподать. Ведь с ней можно немного поиграть, чего-то умолчать, а где-то раздуть небольшое событие, но нельзя нагло врать. С учётом того, что половина грамотных людей слушает вражеские голоса, то это чревато в будущем проблемами с собственным народом.

Уходил я от Месяцева в совершенно разобранном состоянии. Голова просто пухла от задач, которые надо решать в ближайшее время. А у меня, вообще-то, личная жизнь есть. И одной симпатичной особе не объяснишь, что сегодня ты предпочёл ей толстого профессора, специализирующегося на жизни иммигрантов в Европе. Ещё и Светочка, с которой я стараюсь не видеться. Но, думаю, это её ещё сильнее распаляет.

Кстати, я спросил и про третью силу, на которую могу опереться. Не знаешь, смеяться или плакать. Это главный фанат программы «Смак» и несколько её подруг. Говорят, она даже отправляет рецепты блюд на передачу и очень заботится о питании советских граждан. Письма в редакцию привозит хмурый дядечка, от которого так и несёт органами безопасности.

— Вахтёр такая строгая! А когда я зашла сюда, то боялась, что могу поскользнуться на мраморном полу. Сам подъезд — будто музей, и сколько здесь лифтов! Нам, кстати, на какой этаж?

— Сейчас дождёмся управдома, которая должна принести ключи, заодно узнаем.

Не выдерживаю и от души смеюсь, уж больно забавное было выражение лица у Ани. При этом внимательно смотрю на вахтёршу, скривившую потрёпанный временем фэйс. Битву взглядов выиграл попаданец. Потому что ему пофигу до здешних традиций, и свою жилплощадь он заслужил. И надо сразу пресекать, чтобы какая-то держиморда шпыняла мою будущую жену.

Да, мне наконец-то выдали ордер на жильё. В этот раз советская власть не стала крохоборничать, и выделила молодому дарованию «трёшку» в высотке на площади Восстания. Честно говоря, я и сам был малость в шоке. С другой стороны — какая разница, где жить? Ну, в центре, конечно, и обязательно, чтобы дом был статусный. На меньшее я бы точно не согласился. Вот теперь стою в холле, заменяющем небоскрёбу подъезд, ожидая местное начальство.

— А ещё здесь, прямо в доме, есть гастроном. Говорят, он не хуже «Елисеевского», — прошептала до сих пор не отошедшая от шока Аня.

— Здравствуйте, товарищи! Меня зовут Зинаида Ильинична, и я местный управдом, — представились тихо подошедшая женщина в очках.

Скорее даже дама средних лет, отнюдь не хабалистого, а весьма интеллигентного вида. Одета в строгий костюм, на ногах весьма приличные туфли, и вообще весь её вид выражал, что мадам не бедствует. Выражение лица только излишне строгое, если не сказать презрительное.

— Предлагаю подняться в квартиру, заодно я расскажу вам историю здания, расположение нужных объектов и наши правила.

Я слушал вполуха, больше всего меня заинтересовало наличие четырнадцати подъёмников, если я ничего не перепутал. Ранее, наверное, на них возили уголь и дрова, кроме стройматериалов и мебели. Анна же не могла сдержать эмоций, хотя вроде образованная девушка и точно родилась не в конуре.

А ничего так халупка! Три комнаты, общая площадь под сто метров, и этаж не самый плохой. Особо осматривать полупустую квартиру не стал, только отметил наличие отличного паркета. Большую часть мебели наследники прежнего хозяина вывезли, оставив самый хлам. Хорошо, что хоть унитаз не выломали, как поступили с плитой.

Аня была в состоянии полного восторга, её даже не смущал вид на халупы, где в моё время расположена Кудринская площадь. Она обошла все комнаты, долго наслаждалась видом из окна, думаю, размер ванной комнаты её тоже впечатлил.

А вот Зинаида Ильинична начала понемногу напрягать. Лекция по использованию лифтов, подъёмников, мусоропроводов и вызову сантехников, была весьма полезной. Небольшой исторический экскурс с перечислением живших или проживающих в доме персонажей — тоже весьма занятен. Анна так вообще заслушалась. Она не могла поверить, что будет жить в одной высотке с академиком Глушко, десятками героев Советского Союза, чуть ли не сотней известнейших людей, кующих мощь нашей Родины, и даже Элиной Быстрицкой.

Мне, как циничному продукту XXI века, всё равно, кто затопит мою квартиру — профессор или лётчик-испытатель. Также меня мало волнует, нагадит нам на коврик котик народного артиста или собачка примы Большого театра. Это не значит, что я быдло и не уважаю всех этих людей. Но теперь мы соседи, и падать на колени перед каждой звездой, едва её увидев, я точно не собираюсь. Я сам теперь звезда, причём международного масштаба! Надо, заодно, с Аней провести профилактическую беседу.

Управдом тем временем начала делать крен на то, что мы здесь вроде на птичьих правах и вообще должны ходить едва дыша. Мол, типа нельзя тревожить уважаемых людей. Напрямую это сказано не было, но читать между строк я умею. Наверняка ей донесли, что какой-то выскочка или мажор сорвал куш, и будет жить здесь с любовницей-профурсеткой. То-то периодически в её взгляде проскальзывает что-то презрительное, когда она смотрит на Аню. Это она зря! Розарио Агро будет мстить!

Когда Зинаида Ильинична начала про недопустимость больших сборищ и не дай бог громкой музыки, моё терпение лопнуло.

— Все знаковые мероприятия со своей невестой мы, обычно, проводим в ресторанах, — после этих слов губы упрадома презрительно дрогнули, — Каждый понимает сказанное в меру своей испорченности, вот и вы меня неверно поняли. Небольшие посиделки с роднёй и близкими друзьями — это одно. А вот для крупных мероприятий надо накрывать большой стол. И я не хочу, чтобы с молодости моя невеста превращалась в помесь повара и уборщицы. Анна слишком красива для того, чтобы погрязнуть в бытовухе. Да и для кожи всякие готовки со стирками весьма вредны.

— Знаете, Лёша запрещает мне готовить или чего-то мыть. Обычно он всё делает сам. Он только гладить не умеет, — очаровательно рассмеялась моя красавица.

— Для мытья полов и прочих стирок есть специальные люди, которые и будут этим заниматься, — не поддерживаю веселья Ани и буравлю взглядом начавшую нервничать Ильиничну, — Касаемо праздников, то мы будем делать здесь всё что душе угодно. В пределах установленных норм приличий, конечно. Не удивлюсь, если ваши лётчики-истребители бурогозили здесь так, что милицию вызывали. И теперь главное — уже сейчас по своим заслугам перед страной я превосхожу половину ваших жильцов, если не больше. Моя невеста — будущая учёная, которая наверняка скоро превзойдёт половину перечисленных вами профессоров. Поэтому впредь прошу не смотреть на нас, как на грязь под ногтями и, тем более — не читать нотаций. Я вас больше не задерживаю.