Александр Яманов – Неожиданный наследник 4 (страница 8)

Толкаю небольшую папку в сторону всё ещё оторопевшего князя. Ну не занимались ранее русские императоры подобными подлостями. Поэтому изумление вельможи вполне понятно. А вот Вахромеев слушал меня чуть внимательно, и глаза его поблёскивали от предвкушения. Чую, что я не ошибся с выбором. Думаю, именно Андрей Николаевич и займётся австрийскими делами.

– Не будем забывать и об угнетаемых народах. Здесь спешка также без надобности. В первую очередь ищите просветителей – литераторов, учителей, меценатов или просто людей, увлечённых историей и культурой своих народов. Именно они должны начать деятельность по внедрению родных языков в тамошние общества, особенно в высший свет. Что должно стать не только модой, но и доброй традицией. Ведь чешская, хорватская и каринтийская знать давно перешла на немецкий или венгерский. А у валахов просто нет общей формы литературного языка. Значит, мы должны его создать. Как и подтолкнуть местных к составлению учебников, выпуску газет и иной литературы на родных языках. Поверьте, подобный шаг гораздо опаснее для Вены, нежели мятеж. Нам надо создать обособленные и сплочённые нации, взамен нынешних разрозненных племён.

Вяземский перестал удивляться и просто быстро черкал карандашом в блокноте.

– Заодно надо убедить, особенно славян, что их главный друг и защитник находится на востоке. При этом необходимо вбивать клинья между венграми и славянами с валахами. Ибо за последние десятилетия накопилось немало противоречий между этими народами. Мы должны пойти дальше и сделать их непримиримыми. В Трансильвании и делать ничего не надо. Там сами венгры оказывают нам помощь, угнетая валахов по языку и преследуя православную веру. То же самое должно произойти в Богемии, Моравии, Банате, Каринтии и Хорватии через несколько лет, – делаю глоток воды и продолжаю, – Следующим шагом должно стать национальное возрождение и борьба за автономию. Да, нельзя даже намекать об отделении от Вены. А вот вбить в тамошние общества мысль о необходимости частичной независимости, в первую очередь культурной и экономической, просто необходимо.

Делаю ещё небольшую паузу, оглядывая чиновников. Но оба молчат и не собираются задавать уточняющие вопросы. Значит, продолжим.

– Далее, местная знать и промышленники сделают всё сами. Лет через десять-пятнадцать они поймут, что глупо делиться с австрияками или венграми деньгами и властью. Будет ли потом война, мятеж, а может, революция – неважно. Мы подорвём Австрию изнутри, и её развал станет делом времени. Вена может залить кровью непокорные провинции, но это будет Пиррова победа. Насилие и жестокость только приблизят развал империи Габсбургов. Ведь ничего иного, кроме онемечивания и угнетения иных конфессий, нежели католичество, они предложить не могут. Вернее, все народы, кроме немцев, должны думать именно так. Даже если я ошибаюсь, то эта зловонная держава ослабнет и уже не сможет вести независимую политику. Как можно воевать и думать об экспансии, если у тебя в тылу тлеет огонёк недовольства, грозящий перейти в открытый мятеж? Ваша задача – разработать детальный прожект, который возглавит тайный советник Вахромеев. МИД, военные и любые иные ведомства окажут вам полную поддержку. Главное – держите всё втайне, даже от самых высокопоставленных чиновников. Мы не станем извещать о нашей задумке даже канцлера.

После ухода Вяземского и Вахромеева я некоторое время сидел в полной тишине и обдумывал разговор. Даже меня немного зацепило поветрие, вызванное преклонением перед Европой. Мол, как бы чего не вышло, вдруг на нас обидятся. И вообще, надо вести себя так, будто мы больше европейцы, нежели жители Франций с прочими Голландиями. Раз австрияки не хотят соблюдать соглашения, а англичане готовы устроить пакость в любой момент, то пусть получат обратно сторицей. Благо у меня хватает знаний из будущего, пусть и теоретических, как разлагать общество и народ противника.

Глава 4

Май 1774 года, Санкт-Петербург, Российская империя.

– Здравия желаем, Ваше Императорское Величество! – дружно произнесли ученики и учителя, заполнившие лекционный класс.

Оглядываю явно волнующихся ребят и машу им рукой, чтобы садились. А сам, в сопровождении директора гимназии, министра образования Щербатова и двух секретарей, занимаю стол, накрытый белой скатертью.

Ещё раз быстро осматриваю огромное помещение. А неплохо поработали архитекторы и строители! К тому же со звуком здесь полный порядок, любая опера обзавидуется. Мы изначально задумывали такой класс, где можно проводить собрание всех учеников, выступления приглашённых лекторов, защиту работ и даже театральные постановки. Юноши должны развиваться гармонично, поэтому в увлечении ребят литературой и театром нет ничего плохого. Будущие мастеровые, главы цехов и даже инженеры, не должны сосредотачиваться исключительно на технике.

После тяжёлых месяцев работы, у меня сплошные поводы для гордости и радости. Я решил посетить учебные заведения, построенные в последние годы. И надо признать, что пока нет поводов для разочарования. Как раз, наоборот.

Пять лет назад мы приняли «образовательный прожект». В отличие от остальных государственных задач, мы не экономим средства на обучение, хотя расходы только растут. Это, включая пять высших учебных заведения, открытых за столь короткий срок, которые идут отдельной статьёй. Но сейчас речь о школах и ремесленных училищах. Пусть не сразу, но они начали появляться по всей империи, добравшись даже до Иркутска. Майор постоянно талдычил мне, что основной причиной безнадёжного отставания России от европейских стран являлось отнюдь не крепостное право. Оно не особо мешает Австрии, Дании, Пруссии и даже Франция неплохо развиваться в данный исторический отрезок. Может там форма закабаления крестьян немного иная, что не меняет сути. А в карпатских землях до недавних пор существовало самое настоящее рабство. И отменили его исключительно благодаря моей воле, в том числе на австрийских землях.

Но в той же Пруссии и других немецких государствах, давно принят закон об образовании. Пусть оно пока не всеобщее, но все более-менее обеспеченные жители тамошних земель, включая крестьян, грамотные и имеют право получить высшее образование за счёт государства. Опять-таки в каждой стране разные условия, но у нас до недавних пор попросту не было школ для купцов, мещан и крестьян. Существовали только Славяно-греко-латинская, Киево-Могилянская и Архиерейская духовная академии, где могли учиться представители податных сословий. Но все они связаны с церковью, что меня никоим образом не устраивало.

Одно время я думал о распространении образования путём открытия церковно-приходских школ, но признал сию затею тупиковой. Нет, полностью от обучения крестьянских детей при церквях мы не отказались. Да и сами иерархи восприняли идею весьма положительно, ведь за это положены неплохие деньги. Но чему может научить детей и юношей деревенский поп? В лучшем случае заставит вызубрить молитвенник, напичкает юные умы мракобесием, едва ознакомив их с арифметикой и грамматикой. Только в нынешних условиях даже такое образование – огромная помощь общему делу.

Основную часть работы по открытию школ с училищами я возложил на земства. Заодно мы провели самую настоящую кампанию через газеты, убеждая прогрессивную общественность и просто богатых людей, присоединиться к нашим замыслам. Ведь ранее хватало отдельных попыток со стороны неравнодушных подданных по созданию школ. Только в их деятельности не было никакого порядка. Мы же приступили к реформе с подготовки учителей, печатания учебников и прочих пособий и одновременно начали строить школы. Не вижу смысла в красивом здании, которое будет пустовать, либо работать на десятую часть от своих возможностей. Поэтому пока шла подготовка учителей, возводились необходимые помещения.

А ещё особые земские инспекторы получили приказ искать таланты. И в первую очередь среди крестьян и городской бедноты. Такое же поручение получили владельцы заводов и мануфактур, дабы они направляли наиболее толковых работников и детей на обучение. Ведь все расходы взяла на себя казна. Вернее, Образовательный комитет, возглавляемый императрицей. Моя супруга – весьма прогрессивная особа, а её бабский кружок не мог пройти мимо столь важного начинания. Именно прогрессивные дамы собирали деньги и назначали стипендии толковым студентам.

Надо признать, что благодаря своей деятельности, комитет получил немало пожертвований. Я и сам выделил сто тысяч рублей из комнатных денег, о чём нескромно упомянули в газетах. Со скрипом, но дело пошло. Пусть в России не будет такого охвата, как в Европе, но уже лет через десять более одной шестой части населения будут грамотными. Пусть половина условно, но мы выполним одну из важнейших задач – поиск неординарных людей, которых в империи немало. Только глупая система не позволяла им проявить свои таланты. Четыре года назад люди Щербатова закончили работу по ревизии деятельности Академии Наук, российских университетов, военного ведомства, Мануфактур и Берг-коллегий. После прочтения доклада моему возмущению не было предела. Уму непостижимо, какое количество изобретений и предложений по улучшению ситуации в промышленности с земледелием, просто отказались рассматривать. Удивительно, что при таком отношении Шувалов умудрился запустить производство единорогов. Хотя именно такие персоны и могли сдвинуть дело с мёртвой точки.