Александр Яманов – Колонисты Пандоры (страница 23)

— Да вот посмотрите сами, тут у меня запись, — сержант нажал на гаджет, и в воздухе появилось голографическое изображение.

Четырёхмерная картинка воспроизвела мой прорыв к панели через группу тринадцатых.

— На сколько процентов ускорен ролик? — задал вопрос капитан, будто прочитав мои мысли.

Мне тоже показалось, что события происходили излишне быстро.

— Ничего не ускорено, — мигом ответил сержант.

— Раскидать шестерых номерных менее чем за полминуты? Как-то не верится. Надо проверить зека на предмет незаконных модификаций.

— Возможно, у него искусственная нервная система, — предположил говорливый сержант, — Я слышал, что в главном медицинском центре Новгорода, могут поставить дублирующую систему, намного повышающую реакцию человека.

— Сержант, ты опять за своё? Ты хоть понимаешь, сколько стоит подобный апгрейд? Это сотни тысяч!

— Но господин капитан, я ещё во время приёмки новичков, заподозрил именно этого дикаря в наличии незаконной модификации.

— А дайка, я на него ещё раз посмотрю.

Подойдя вплотную, офицер грубо приподнял мой подбородок и рассмотрел лицо.

— А ведь точно! Это тот самый дикарь. Его пригнали с фронтира по спец распоряжению. Значит, не зря в центр прислали сопроводительную директиву. Очень интересно. Похоже, придётся во всём разбираться самому.

— Господин капитан, так что с зеком делать? ИскИн уже несколько напоминаний скинул, с требованием соблюсти протокол.

— В жопу эту железяку и его протоколы! Дикаря перевезти в центр управления. Вызовем эскулапа и положим в капсулу для полного обследования. Если надо, вскроем и посмотрим, что с ним не так.

Пока шёл диалог, я с вожделением рассматривал взломанный глайдер. Близость высокоскоростного аппарата манила. Ведь стоит просто до него добраться, дотронуться до панели управления, а ключ переведёт его под мой контроль. И тогда можно заскочить на сидение и дать по глазам.

И только одно, кроме дружинников, мешало это сделать. До разблокировки грёбанного ошейника оставалось пять минут.

Хреново, что если меня заволокут в командный центр, то о побеге можно будет забыть. Вернее, тогда надо просто распрощаться с жизнью.

На мгновение я даже пожалел, что наехал на тринадцатых и сбежал из барака. Ведь с ними и в карьере можно было справиться.

— Так бойцы, что рты раззявили? Выполнять приказ! — рявкнул капитан и начал разворачиваться.

И в этот момент я плюнул ему на ботинок.

— Капитан, что бы ты ни выяснил, тебе это не поможет, — произношу с усмешкой.

— Не понял? Это существо ещё и разговаривать умеет! — обернулся офицер, а я услышал, как зажужжал сервопривод, сжимающий бронированный кулак.

— Могу, но с тобой в принципе разговаривать не о чем. Как только сигнал об инциденте пройдёт по системе, сюда примчится кто-нибудь из клана Смирнова. И уверяю, меня заберут ещё до рассвета.

Я говорил, напустив в голос пренебрежения, как это делал дед, когда желал зацепить человека ещё больше. Конечно, так себя вести крайне опасно, но как по-другому осуществить задуманное?

— Всем отойти на десять шагов и отвернуться! — рявкнул капитан и бойцы моментально выполнили приказ.

– Дикарь, ты хоть знаешь, с кем разговариваешь? — вкрадчиво поинтересовался офицер.

— Ты обычный капитан городской дружины, за какие-то прегрешения сосланный на окраину новгородского сектора. Теперь сидишь при каторге и присматриваешь за осужденными бедолагами.

Испугавшись, что переборщил и сейчас мне просто свернут шею, я всё равно продолжил гнуть свою линию и ехидно ухмыльнулся. Капитану явно пришлось проявить недюжинную силу воли, чтобы не превратить мою рожу в кровавое месиво. Однако он справился.

— Спрашиваю ещё раз. Дикарь, ты знаешь кто я такой?

— Ой, да какая разница. Для Смирнова и его семьи, ты всё равно просто обслуживающий персонал, несмотря на четыре маленькие звёздочки.

— Я Алексеев! — прошипел капитан и, схватив меня за шею, — Обещаю, что за каждое слово ты ответишь ещё до рассвета.

Оставив в покое мою шею, ублюдок уставился в мои глаза. И в этот момент таймер взлома ошейника остановился. А я неверяще уставился на подвисший элемент виртуальной панели.

Неужели заметили активность импланта и изменили блок паролей? Если так, то мне конец!

— Эта каторга, тоже принадлежит моему отцу. Точно так же, как и все её обитатели, — слова капитана вернули меня к реальности.

Значит, Алексеев. На фронтире много слышали об этом клане. И, по традиции, ничего хорошего. Ещё один член новгородского совета и хозяин многочисленных производств. Насколько я помню, площадка для приземления имперских челноков, находится под охраной именно его дружины.

Вдруг таймер скакнул вперёд на пару секунд и на миг подарил надежду на освобождение. А потом также быстро откатился на пять секунд назад. Ладно, всё равно надо тянуть время, в центр мне никак нельзя. Хорошо, что клановые высокомерные до абсурда. Правда, обычного колониста избить за кривой взгляд, но сейчас мне это на руку. Можно дразнить недоумка, выводя его из себя.

— У промышленника Алексеева авторитетный клан. Возможно, такой же, как у Смирнова. Только непонятно, почему его сын прозябает в этой дыре? В то время как в Новгороде сейчас происходят великие дела.

Ненавидящий взгляд капитана и остановился на моей переносице.

— Ну, всё дикарь. Похоже, ты доигрался.

После слов капитана таймер внезапно обнулился, а в информационном поле появилась панель управления девайсом. Значит, пора действовать!

Вырубив все системы, кроме точки примагничивания, я разлепил скованные руки и разомкнул ошейник. А затем со всей силы влепил лбом в нос капитану. Его бронекостюм, несмотря на внушительный вид, был не таким продвинутым как у отпрыска Смирнова. Так что лоб спокойно достал до переносицы.

Забрало шлема автоматически захлопнулось, среагировав на угрозу. А офицер попытался меня схватить. Однако поздно. Я проскользнул под его руками и рванул к глайдеру. Дружинники продолжали стоять спиной. Поэтому мне удалось проскочить мимо и запрыгнуть на сидение. После этого палец прошёлся по сенсорной панели, отдавая команду принять подобранный ключ.

Мгновенно получив доступ, я ударил кулаком по всплывшей иконке зажигания и вцепился в рукояти. Турбины взревели, и аппарат сорвался с места за миг до того, как сзади заработал электромагнитный игломёт. Десяток разрывных игл ударили по переборке погрузочной платформы, прочертив кривую линию вспышек позади меня. При этом последний снаряд попал в ограничитель между сидением водителя и пассажирским и взорвался, разодрав мой комбинезон.

А через секунду аппарат, наконец, набрал скорость, и едва не влетев в столб, вырвался из транспортного узла. Взвыв от боли, я с трудом удержал руль и, крутанув до упора рукоять акселератора, начал заламывать широкий вираж, огибая соседние бараки.

Несмотря на мощный антиграв и маневровые турбины, глайдер начало сильно заносить. И я едва не протаранил стену одного из строений. Буквально через несколько секунд мне удалось вырваться на простор. Быстро сориентировавшись на местности, я погнал в ту часть зоны, где один из мехов, загружал очередной транспорт.

Отлично понимая, что остаются последние мгновения до объявления тревоги и потому, вместо того чтобы хоть чуть сбавить темп, я переключил аппарат в турборежим.

После этого глайдер набрал скорость под триста километров в час, и пулей пересёк двухкилометровый отрезок пути. Затем проскочил зону погрузки минерала и влетел в прореху, оставшуюся в заборе, между двумя пулемётными вышками.

Спина нестерпимо болела. А я переживал, сумеет ли аппарат преодолеть крутой подъём на пятидесятиметровый вал из породы. Но, несмотря на это, я всё равно продолжал выжимать рукоять акселератора, разгоняя аппарат до предела.

Вырвавшись за границы периметра, аппарат за пару секунд преодолел полукилометровую зону отчуждения и взмыл на подъём. И в этот миг за спиной сверкнула яркая вспышка. На экране заднего вида я увидел, как в то место, где только что находился глайдер, ударил заряд рельсотрона.

Одновременно с этим, спаренная турель одной из вышек пришла в движение и разрядилась длинной очередью, прочертивших неровную кривую разрывов, чуть пониже меня.

Скорость в четыреста километров в час, только чудом помогла избежать прямого попадания. Но всё то время, пока болид скользил по склону, меня осыпало мелкими осколками известняка, больно лупящими по плотной ткани комбеза.

Несколько кусочков сумели прорвать многослойный материал и вонзились в спину. А когда глайдер преодолел гребень и взмыл ввысь, прямо под его брюхом, пролетел ещё один заряд, выпущенный из рельсотрона. Но до следующего заряда ещё десять секунд, а значит, я успею!

Глава 10

Клан Смирновых

Новгород.

Массивные переборки бесшумно распахнулись и в кабинет главы клана Смирновых, вошёл молодой майор. Полевой комбинезон имперского образца облегал его тело словно вторая кожа. Стоил этот девайс неимоверных денег, но полностью оправдывал вложения. Комбез способен неделями поддерживать выставленную владельцем температуру. Как в саванне, граничащей с океанской зоной приливов, так и на вершинах горного хребта, разделяющего единственный материк планеты Пандоры на две почти равные части.

На левой стороне груди офицера виднелся личный логотип клана Смирновых, литера «С». А на плече располагался шеврон новгородской дружины со звездой майора и специальной меткой, для считывания контрольными системами полиса.